— Эрик, я провел последние годы в блистательном нигде. Маги и глашатаи по непостижимым причинам обходили нашу ферму стороной.
— В том-то и дело: маги Галавера знают о нем немногим больше, чем ты. Корлин путешествовал, собирая знания о тонком огне — то, что мы забыли, утратили, растеряли. Всю жизнь он писал книгу, назвав ее Драконлор. Горькая ирония, не правда ли, Квентин? Маг совершил то, что должны были выполнить мы.
— Он был здесь? — Я вскочил, чуть не перевернув столик. — И вы знаете, где книга? И мы сможем начать все заново? Вернуть замки и земли, тонкую магию, перестать прятаться?
— А ты умеешь читать на изначальном языке? — Эрик, с бокалом в руке, с любопытством смотрел на меня снизу вверх. — Резать дерево, воздух и металл плоскостями огня, как это делают маги? Ковать мечи? Давать огненные имена? Ты сможешь прочертить одно-единственное слово раскаленной вязью, Квентин?
Я тяжело опустился в кресло. Мы оба знали ответ.
— Даже если Драконлор попадет тебе в руки, — невозмутимо продолжал Эрик, — ты поймешь не намного больше, чем средний крестьянин. Мы потеряли все. Но волшебники смогли овладеть огнем с нуля. Мы поступим так же.
— Так вы пытались проникнуть в библиотеку Галавера, чтобы изучить магию? — Я безуспешно пытался сдержать истерический смех. — Пустите переночевать маленького дракона! И струей пламени — по высшим чинам ордена! Разворот, ударом хвоста сносится башня, и вот уже сам Дален выносит Драконлор на шелковом покрывале. Фанфары, всеобщее ликование, и Галавер — вновь оплот истинных повелителей мира!
— Когда-то замок Галавер принадлежал моей семье, — тихо сказал Эрик. — Не стоит недооценивать ни основателя ордена, ни его последователей.
Я осекся. Да уж, после моих эскапад только молчать в воду.
— Вернемся к Корлину. После того, что я узнал о нем в цитадели магов, я провел годы, пытаясь проследить его путь, но нашел лишь место смерти — тот самый трактир, где юная Лин коротает вечера за стойкой. Сама девочка ничего не помнит, но няня, ныне, увы, покойная, после долгих уговоров описала всю церемонию. Так вот, ничего похожего на обряд имени не было. Скорее волшебник пытался замаскировать другой ритуал.
— Какой? — Я подался вперед.
— Если бы знать! Няня видела образы: драконов, огонь и горячий ветер… и книгу. Более того, Корлин сказал, что книга уже написана и находится «там, где ей надлежит быть». После чего он махнул рукой, и девочка словно бы вобрала все образы в себя. Имя же он произнес так, будто оно никакого значения не имело.
— Значит, Лин — послание. Ключ в ней!
— А сейчас эта девочка сидит и терзается. Мать ее скончалась, убитому горем отцу нет до дочери никакого дела, со сверстниками ей неинтересно, потому что огненное имя, видите ли, ставит ее выше остальных — тут Корлин оказал ей плохую услугу. Она ждет пробуждения огня, которое никогда не наступит. Скоро Лин отправится в Галавер, потому что больше идти ей некуда. И принесет Драконлор магам на блюдечке.
— И что вы предлагаете делать? Посадить ее в подвал, найти заезжего мага, что ее прочитает, и отправиться на поиски книги самим?
— Заезжим магом будешь ты, — спокойно сказал Эрик. — После обучения в Галавере. А девочку придется взять с собой.
— Постойте-постойте, — я потер виски. — Давайте сделаем паузу до утра? Мне очень не нравится та часть, где я отправляюсь в Галавер.
— Боюсь, не получится. Чем дольше мы будем откладывать, тем труднее тебе придется, — он грустно улыбнулся. — По себе помню.
Я обхватил голову руками.
— Эрик, я… вы осознаете, что предлагаете?
— Послание прочитает лишь искушенный маг, — Эрик разлил мед по бокалам. Спаивает, не иначе. — Тонкому огню не обучиться в одиночку. Я пробовал, — он кивнул на книжные полки.
— Вариант с заезжим чародеем, как я понимаю, отпадает?
— Даже мастера образов, что создают гравюры на огне, вряд ли справятся. Но ты не задаешь главный вопрос: как тебе сойти за ученика-мага, а не пышущего пламенем дракона? Сдерживать дикий огонь не так трудно. Я тебя научу.
— Научите так хорошо, что мне отнимут обе руки? — Я понимал, что преступаю черту, но не мог сдержаться. — А что мне делать с девушкой?
— Она отправится в Галавер, так или иначе. — Он побледнел, но отвечал по-прежнему спокойно. — Даже если бы я мог запереть ее в подвале, я бы этого не сделал: мы не герои мифов, но это ничего не меняет. Не стоит играть с огнем. Ей лучше пойти с тобой — с таким же, как она, молодым кандидатом в чародеи. Ты справишься.
— У меня голова идет кругом, — простонал я. — С водопада в реку…
— Если все, что тебе нужно, — домик, сад и мешок золота, ты их получишь, — резко сказал Эрик. — Ты знаешь, каково это — после стольких лет одиночества встретить молодого себя? И тут же, не давая передышки, выталкивать в неизвестность? Здесь ты сопьешься, грязно и тихо.
— Еще бы, так усердно подливают, — огрызнулся я и тут же скис. — Хорошо. Но я сам приму решение.
— Как и должно быть. Ты дракон.
— Скажите… — Я помолчал. — Идея отправить меня туда возникла у вас сразу, едва вы меня увидели?
Эрик долго не отвечал.
— Я бы с радостью отправился туда сам, — наконец произнес он. — Если бы мог, если бы был в силах, если бы мое лицо оставалось для обитателей цитадели чистой страницей. Мы должны получить Драконлор. Не ради власти — ради самих себя.
Он наклонился, пошарил рукой под креслом. Когда он выпрямился, я увидел в его ладони грубо вырезанный деревянный цветок, больше похожий на распотрошенный гриб.
— Результат моих усилий за восемь лет. — Глядя на его усмешку, я на секунду почувствовал, что смотрю на себя в зеркало. — Не знаю, стоит ли жить ради вот этого; знаю лишь, что хочу большего. Завтра я отправлюсь в трактир и договорюсь с отцом Лин о поездке. Дней через девять-десять — я же должен показать тебе, как сдерживать пламя.
— А мне пока предлагается гулять по городу и оплакивать загубленную молодость?
— Тебе носа отсюда не следует высовывать, — неожиданно сурово сказал он. — Свободным городам нет дела друг до друга, но я буду очень удивлен, если мэтр Дален не знает всей правды о мэтре Лероне. Ученику-магу в Галавере ничего не грозит, а вот посланнику дракона там весьма обрадуются.
— Как пожелаете. — В голове шумело. Несколько дней передышки! А потом, глядишь, все окажется сном. Хотя… хочу я этого или нет?
Эрик поставил бокал и встал. В дверях он обернулся.
— Ты не ответил на мой вопрос, так что я отвечу за тебя. «Лин» на изначальном языке — водопад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
