— Я чувствую, что должна извиниться за вчерашнее, — говорит она, но, черт возьми, нет, это совсем не так.
Я хмурюсь. «Не за что извиняться», — вот, что я должен сказать. Но вместо этого, когда открываю рот, у меня вырывается самый тупой вопрос в мире:
— Почему?
Ее губы приоткрываются, а щеки вспыхивают румянцем.
— Ну, потому что, в некотором смысле, я спросила тебя о твоей личной жизни. Я не пыталась…
— Ты могла бы попробовать, — прерываю ее я. Какого черта? Никаких попробовать! Но я улыбаюсь ей, будто мой рот живет своей собственной жизнью. Как и все мое тело. Оно, по-видимому, согласно с ним, потому что я прислоняюсь к дверному косяку. — Возможно, это я должен извиниться перед тобой, так как произвел неправильное впечатление.
Джана широко распахивает глаза.
— Ох.
— Это немного сложно для меня, — говорю я. Прямо преуменьшение года.
— А, — пожимает плечами она. — Я не усложняю. Но все в порядке. Без обид.
Это выход для меня. Это мой шанс вернуть нас к профессиональным отношениям, где я не знаю, как выглядят вблизи ее губы.
Но игнорирую это.
— Это не такой уж плохой вид сложности, — говорю я. — Я не женат.
— Довольно редкое явление. — Ее губы растягиваются в легкой улыбке.
— Я редкий.
— И скромный?
— Очень скромный.
Она смеется.
— Приятно знать. А то я начала думать, что ты идеальный. Теперь знаю, что ты слишком самовлюбленный и самоуверенный.
— Виновен по обоим пунктам, — подмигиваю я, и это так здорово. Она видит меня таким, какой я есть — по крайней мере, на базовом уровне — и я веду себя настолько разумно, насколько могу.
— Это «сложно» касается части твоей работы? Ты временный работник или что-то в этом роде?
Черт, это опасная территория, но я киваю.
— Только до Рождества.
— Верно, тогда это имеет смысл. — Она поднимает коробку. — Увеличение количества доставок и все такое.
— Люди любят онлайн-покупки.
— М-м-м. Что-то вроде этого. — Она наклоняет голову набок. — Ну, уверена, что скоро снова увижу тебя.
Я смеюсь, и меня удивляет, как хорошо ощущается этот легкий разговор. Когда я в последний раз говорил с кем-то ни о чем? Я не хочу уезжать отсюда.
— Слушай, нам не обязательно видеться друг с другом только когда… — Я указываю на коробку у нее в руках. — Ты хочешь…
В ее квартире звонит телефон, и она вздрагивает.
— Думаю, теперь моя очередь сказать, что я должна ответить.
— Иди. И я… надеюсь увидеть тебя завтра.
Она лучезарно улыбается мне, и всё, решение принято. Завтра я заеду сюда, будет для нее посылка или нет. Мы можем еще немного поговорить о том, что я недостаточно хорош для нее, но, возможно, достоин частички или двух. Улыбки. Поцелуя. Вторую половину дня я бы провел, исследуя все места, которые краснеют, если Джану подразнить.
Я не ожидал, что наш разговор пройдет так, но черт с ним. Иногда жизнь слишком коротка, чтобы не рисковать.
Глава 6
Джана
Через семь дней после Дня благодарения
Чаще всего по утрам во время завтрака я смотрю новости. Не из-за того, что я новостной наркоман — это не так — а потому, что когда впервые отправилась в Нью-Йорк на редакционную встречу, я терялась в разговорах, в которых, как взрослая, должна была разбираться, но не могла, потому что больше смотрю «Нетфликс», чем CNN. (Примеч.: Netflix — американская развлекательная компания, поставщик фильмов и сериалов на основе потокового мультимедиа. CNN — новостной телеканал).
Недостаточно разговоров о «Девочках Гилмор», что я нахожу странным для компании по производству поздравительных открыток. (Примеч.: «Девочки Гилмор» — американский комедийно-драматический телесериал).
В любом случае, теперь у меня есть этот небольшой утренний ритуал, и я научилась достаточно хорошо ориентироваться во взрослых разговорах. Иногда я просто просматриваю заголовки. Но сегодня тяну время со своим тостом, потому что один из репортажей о «СвифтЭкс», и я мысленно возвращаюсь к парню из доставки. Телеведущий обещает больше информации после перерыва, поэтому я ставлю еще один тост. Затем делаю несколько отжиманий от стойки, потому что калории из-за дополнительного тоста должны быть сожжены.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Когда реклама заканчивается, ведущий новостей сообщает больше деталей. По-видимому, какая-то компьютерная сеть очень старая. Вчера ночью произошел сбой сервера, это запустило каскадный эффект, и теперь большая часть системы Восточного побережья не работает.
Я не знаю, что это значит, но смогу говорить об этом с некоторым авторитетом, а это все, что имеет значение. Основное, что поняла: сегодня я, вероятно, не получу никаких посылок.
Впервые с тех пор, как Нина и Дейзи начали заваливать меня игрушками для кошек, я с разочарованием думаю, что не смогу получить еще одну партию.
* * *
Мне следовало больше верить в парня из доставки. В середине дня его грузовик с грохотом останавливается перед моим домом. Я встречаю его у двери после того, как отвлекаю кошек угощениями. Он быстро передает мне коробку — она тяжелее, чем предыдущие — и я не удивлена, когда он говорит, что не может остаться.
Но мое сердце немного трепещет от мысли, что он думал обо мне. О том, что я могу ожидать, что он задержится даже хотя бы на несколько минут.
— Это был сумасшедший день, — добавляет он.
Вот именно. Я пытаюсь пошутить.
— Я слышала в новостях. Кроме того, помимо обычных праздничных заказов, у некоторых людей слишком много… — кошачьих игрушек. Нет, я не могу признаться в этом вслух. — Обычных вещей.
Вау, Джана. Вот это способ действительно добавить изюминки.
Но уголок его губ все равно приподнимается в полуулыбке.
— Эй, мы просто признательны, что ты все еще благодарный клиент.
— На тебя сегодня много кричали?
— Если можно так сказать. Я тоже предостаточно кричал. — Я удивленно приподнимаю брови, и он смеется. — Не на клиентов.
— В офисе сейчас сумасшествие?
Он дарит мне еще одну полуулыбку. Она освещает его лицо, взгляд смягчается, когда он признает правду, будто делится со мной секретом.
— Ты даже не представляешь. Но мы с этим разберемся.
— Жаль, что это просто временная работа, — говорю я.
Он колеблется, прежде чем кивнуть.
— Ага.
— Ну, ты очень хорош в этом, — дразню я. Но это правда, так и есть. — Может быть, они наймут тебя на полный рабочий день.
Я явно переступила черту, потому что его лицо становится непроницаемым. Больше нет мягкости, больше нет света.
— Джана…
Я отмахиваюсь от него.
— Игнорируй меня. Прости. Это не мое дело. — Я поднимаю коробку. — И спасибо за это.
— Всегда пожалуйста. — Он хмурится, но больше ничего не говорит.
Флирт с парнем из доставки должен сопровождаться инструкцией. У меня это хреново получается. Я делаю все возможное, чтобы улыбнуться и сделать шаг назад, готовая закрыть дверь и притвориться, что всей этой неловкой беседы на самом деле не было.
Но парень из доставки более собранный, чем я. Он бросает быстрый взгляд на часы.
— Наверное, двадцать три часа или около того, пока мы не встретимся снова.
— Если не возникнет дальнейших технологических аварий.
Он смеется.
— Думаю, профессионалы уже работают над тем, чтобы подобного больше не произошло. Но обратный отсчет, чтобы увидеть тебя снова, безусловно, хорошая мотивация, чтобы удостовериться в том, что к утру все снова полностью заработает.
Я хихикаю.
— Правда. Эти разговоры…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Лучшая часть моего дня. — Он прикусывает нижнюю губу, и я стараюсь не слишком остро реагировать на это, но боже мой. — Мне нужно идти.
— Ага. Пока.
Он уходит, быстро помахав, и я заставляю себя подождать, пока не окажусь в квартире, прежде чем начать визжать и прыгать вверх-вниз.
