за работу и вникая в дела, она ожидала увидеть оставленные ей недоделанные задачи, но в документах был полный порядок, а всё, что требовало её проверки или подписи, было помечено стикерами. Лючжи всегда относилась к своей работе ответственно, любила, когда всё стоит по своим местам и не откладывала дела на потом и занять место того, кто придерживался таких же принципов, было очень приятно. Она смотрит на стройный ряд стоящих на полке папок, довольно кивает сама себе и, чувствуя, что ей нужен перерыв, выходит из кабинета. Всё ещё не привыкнув, что теперь может пользоваться отдельной кофемашиной в своём кабинете, Лючжи доходит до общей кухни, делает кофе и наконец-то облегчённо выдыхает. Рабочий день медленно, но верно подходил к концу, и она успешно расправилась со всеми приоритетными задачами на сегодня.
— О, госпожа босс, — улыбается ей заходящий на кухню Цзи Ли, её заместитель.
— Ради всего святого, не называй меня так, — смущённо смеётся Лючжи, прикладывая ладонь к лицу.
— Здесь нет ничего святого, — смеётся Цзи Ли, пристраиваясь рядом и беря с подставки чистую кружку. — Как на новом месте, уже освоилась?
— Весь день чувствую себя жуком под микроскопом, — трёт бровь Лючжи, получая смешок в ответ.
— Молодая, симпатичная и незамужняя начальница… Смекаешь?
— Да брось, не настолько уж я и интересная, — фыркает Лючжи, наблюдая, как Цзи Ли делает себе кофе.
— Ну, как сказать, — понижает он голос. — До тебя на этой должности несколько лет был временный директор. Ну, знаешь, временно исполняющий обязанности. А тут резко назначили тебя, так что я понимаю этот всеобщий интерес.
— Уверяю тебя, через пару дней это уже никому не будет интересно, — усмехается Лючжи, отворачиваясь к раковине и включая воду, чтобы помыть кружку.
Цзи Ли не сдерживает маленькую улыбку и, забирая свою кружку с кофе, отходит к столу, присоединяясь к сидящим там коллегам. Лючжи знает, что это обычное дело в офисе — обсуждать появление нового сотрудника, и надеется, что она окажется достаточно обычной, чтобы о ней все забыли уже к концу недели. Выходя в коридор и доходя до своего кабинета, Лючжи проверяет время, убеждаясь, что рабочий день уже закончен, забирает свои вещи, прощается с помощником в приёмной и выходит за дверь. Коридоры вот-вот начнут заполняться покидающими свои рабочие места сотрудниками, и Лючжи спешит к лифтам, в последний момент успевая заскочить в закрывающиеся двери и чуть не налетая на стоящего в кабине мужчину.
— Извините, — смущённо улыбается она, тут же отходя к стене.
Мужчина отрывается от телефона в руке, окидывает её безразличным хмурым взглядом и неожиданно замирает на месте, впиваясь в лицо глазами и словно впадая в оцепенение, а затем так же резко, беря себя в руки, молча кивает. Лючжи ещё раз бросает ему маленькую неловкую улыбку и переводит внимание на меняющиеся на лифтовом табло цифры этажей. Она чувствует на себе чужой прожигающий насквозь тёмный взгляд и едва заметно ёжится. Очевидно, мужчина был сотрудником компании, и, несмотря на его бесспорно привлекательный внешний вид, Лючжи надеется, что больше с ним не пересечётся. Звук открывающихся дверей лифта кажется настоящим спасением от чужого пристального внимания, и Лючжи спешит выйти, всё ещё чувствуя, как её спину прожигают взглядом.
— Господин Ван! Ну наконец-то! Мы уже опаздываем, — торопится в сторону лифта молодой мужчина в деловом костюме и с папкой в руках.
Лючжи слышит шаги выходящего из лифта незнакомца, очевидно, того самого господина Вана, улавливает, как он что-то отвечает, и продолжает до последнего чувствовать на себе чужой взгляд. Она ускоряет шаг, пересекает вестибюль и, выходя на улицу, с облегчением вдыхает свежий воздух. Её первый рабочий день на новом месте закончился, и Лючжи думает, что, если не брать в расчёт встреченного в лифте хмурого незнакомца, этот день можно считать вполне удачным. Она достаёт из кармана телефон, вызывает такси и строит в голове планы на вечер и завтрашний день, вспоминая, что и когда ей должны были доставить из мебели и сколько нужно отложить денег на мастеров. Садясь в подъехавшее такси и откидываясь на подголовник кресла, Лючжи уставшим взглядом смотрит, как проплывают за окном дома и деревья, как городской пейзаж сменяется загородным, и ощущает себя выжатым лимоном.
В голове, словно в замедленной съёмке, прокручиваются события сегодняшнего дня, и Лючжи думает, что всё прошло даже лучше, чем можно было ожидать. Доезжая до дома и выходя из такси, Лючжи толкает деревянные ставни ворот и ступает на заросшую травой землю. Она обязательно приведёт в порядок внутренний сад, как только закончит ремонт в доме, и эти мысли отзываются на сердце невероятной радостью. Доставая из кармана телефон, Лючжи проверяет уведомления, отвечает друзьям и бывшим коллегам, звонит волнующейся за неё матери и с приятным удивлением встречает на своём пороге Ян Сюэмэй, держащей в руках противень с новой порцией домашней выпечки. Она заваривает для Лючжи принесённый из дома листовой чай, расспрашивает, как прошёл день, и с интересом слушает о новой работе, относясь так тепло, словно Лючжи была её дочерью.
— Не переживай, всё у тебя здесь будет, — неожиданно говорит со стальной уверенностью в голосе госпожа Ян посреди разговора, и Сяо Лючжи может лишь рассеянно улыбнуться.
Ян Сюэмэй производила впечатление доброй, относящейся к ней с материнской теплотой женщины, и Лючжи чувствует себя так, словно её собственная мать, находящаяся за множество километров от неё, сейчас присматривала за ней. Госпожа Ян улыбается, вновь возвращается к прерванному разговору, рассказывая что-то про своих внуков, и не перестаёт подливать чай. Желая спокойной ночи, она оставляет выпечку и обещает зайти завтра.
Лючжи провожает госпожу Ян, принимает душ, умывается, переодевается в домашнюю одежду и засыпает, как только голова касается подушки, видя во сне что-то смутно напоминающее цветущую вишню, застилающую бело-розовыми лепестками землю вокруг и пропитывающую воздух своим нежным ароматом. Она опускается на мягкую траву, поднимает голову к небу, видя яркое пятно солнца сквозь пышную листву дерева, проводит ладонью по волосам, ощущая лёгкое дуновение ветра на коже, и чувствует себя невероятно умиротворённой и счастливой, словно время замедлило свой ход, позволяя с улыбкой наслаждаться этим моментом. Лючжи не знала, где она, и что происходило до этого, но почему-то точно была уверена, что счастлива.
Просыпается Лючжи выспавшейся, отдохнувшей и с отголосками запаха вишни на коже, словно долго стояла в окружении цветущих деревьев, пропитываясь их ароматом. Она щурится от мягких лучей проникающего в комнату солнца, потягивается, сбрасывая с себя сонную негу, и поднимается на ноги, заправляя постель и бросая взгляд
