все сами. Ты же не будешь против?
— Разумеется!
— Ну, вот и отлично, — кивнул я, поднимаясь на ноги. — Надеюсь, я тебя успокоил?
Она улыбнулась и тоже встала. А потом, уже не сдерживаясь, поцеловала меня в губы. Это был, наверное, наш самый страстный поцелуй за последние месяцы.
— Спасибо, Дмитрий, — выдохнула девушка, когда я обнял ее за талию. — За все.
Мне оставалось только крепче прижать помощницу к себе.
Мы через многое с Кристиной прошли. Она помогала мне столько, сколько вряд ли кто-то когда-либо поможет в этой жизни. И я действительно буду рад помочь изменению ее статуса. Она заслужила этого как никто другой.
— А теперь, — отстранившись от меня, прошептала Кристина, — раз уж ты скоро заведешь невесту, а я буду носить ребенка, может быть, отвлечемся в последний раз?
Нужно ли говорить, что к работе мы приступили только после того, как я оказался уже неспособен на постельные подвиги?
Глава 3
Утро воскресенья началось с шума по всему гостевому крылу особняка. Прислуга таскала мебель, реорганизовывала убранство, меняя обстановку залов и комнат с праздничной на более спокойную, больше подходящую деловому закрытому приему.
После того, как вчера я получил подтверждение от всех приглашенных родов, мое участие в подготовке окончилось. Зато Ирина Руслановна с Ксенией на пару развлекались от души. Я же после завтрака вернулся к работе над интеллектом для «Оракула». За вчерашний день я успел достаточно, чтобы не чувствовать себя напрасно теряющим время.
Когда служанка увезла от меня второй пустой кофейник, она же передала повеление князя явиться к нему в кабинет, как только освобожусь.
— Садись, Дмитрий, поговорить нужно, — указал он мне на кресло.
Сегодня князь воздержался от сигарет, что намекало на отсутствие проблем рода.
— Итак, я видел твою просьбу сделать твою Кристину боярыней, — заговорил отец, когда я устроился на сидении.
Я кивнул.
— Я считаю, что она заслужила.
— Я этого не оспариваю, — приподнял он ладонь. — Но нам нужно решить, какие земли мы готовы ей отдать. И что это будет за род.
— Кристине нужно будет сменить фамилию, — хмыкнул я.
— Да, в ином случае мы возведем всю ее семью, — подтвердил Алексей Александрович. — Но ты ведь хочешь, чтобы твоей помощнице достался собственный род, и ей не пришлось передавать власть отцу.
Несмотря на то, что подобная практика действительно существовала, к ней старались не прибегать. Получив боярский титул через достижения детей, родители нередко оказывались недостойны новых привилегий. В отношении отца Кристины я ничего плохого сказать не мог — я просто его не знал.
— Возьми часть моего наследства, — пожал я плечами. — Пусть будет земля рядом с моим личным особняком под Казанью. И не слишком далеко, что для помощницы удобно, и вместе с тем — достаточно престижно жить поблизости с княжичем.
— У тебя три имения в соседях. Что готов отдать? — спросил отец, разворачивая на экране карту наших земель.
— Пожалуй, северную часть. Там красивое озеро, — с улыбкой произнес я. — И территория сама по себе неплохая.
— И с твоим особняком связана подземным переходом, — кивнул князь. — Уже планируешь, как будешь бегать от будущей жены к проверенной любовнице? — посмеялся он. — О времена, о нравы! Раньше любовницам дарили бриллианты, теперь — особняки и боярские титулы.
Я развел руками.
— Что поделать, отец, инфляция.
Посмеявшись вместе, мы разошлись. Князя ждало головное отделение «Руснефти», меня — «Оракул». Присутствовать на встрече матушки я был не обязан, а потому как можно быстрее скользнул к себе в покои, пока княгиня не решилась привлечь меня к своему развлечению. Походов в Кремль и по гостям к Соколовым мне хватило с избытком, чтобы не желать проводить еще один день в обществе аристократов.
Обед мне доставили в покои, и пока я наслаждался едой, телефон завибрировал, уведомляя о новом сообщении. Отложив приборы, я снял блокировку и открыл переписку.
Резиденция великого князя Московского: Княжич Романов, вам назначена встреча с великим князем завтра в 8:00.
Захотелось засмеяться, но я просто проигнорировал сообщение. Я казанский княжич, и подчиняться Московскому владыке не обязан без приказа Михаила II. Так что обойдется Невский без встреч со мной. Тем более что тон для дружеской беседы выбран в корне неверный. Не говоря уж о том, что в это время я буду занят.
Отложив телефон, я вернулся к еде. Кристина сегодня отсутствовала, пользуясь своим законным правом на выходной. Я не стал ее отговаривать или приказывать, и так понятно, что она проведет весь день в поисках идеального донора для своего ребенка.
Так что, оставив пустую посуду для слуг, я вернулся за компьютер и полностью погрузился в работу. Пока государь будет взвешивать все «против» и «за» моего предложения, я уже успею закончить создание полноценного «Оракула». Все равно интеграция искусственного интеллекта в неповоротливую махину крупного государства займет не одну неделю, а то и месяцы. Слишком большая у нас страна, чтобы все делать моментально.
За окном успело стемнеть, прежде чем я покинул свои покои ради ужина. Встреча матушки с другими семействами уже закончилась, о чем я знал, выглянув в окно, где не осталось ни одной машины других родов. Так что можно было не бояться, что меня привлекут исполнять обязанности младшего княжича и демонстрировать всем свое уважение, провожая их до двери.
— Зря ты спрятался, Дмитрий, — заявила мне матушка, потягивая красное полусладкое из хрустального бокала. — О тебе было очень много вопросов.
Я пожал плечами, не отрываясь от разделывания мяса на тарелке.
— У меня тоже было занятие. Однако я уверен, что вы с сестрой хорошо провели время.
— Так и было, — заверила меня Ксения. — Кстати, боярыню Морозову приняли довольно тепло.
— Это только Дима еще не понял, что Виктория Львовна в скором времени станет княжной Романовой, до остальных все доходит гораздо быстрее, — посмеялась Ирина Руслановна. — Так что неудивительно, что Ингу Витальевну приняли как свою.
— Матушка, — протянул я в ответ, глядя на нее с укором. — Ты теперь будешь до конца года на эту тему шутить?
Она покровительственно улыбнулась.
— Только до вашей помолвки, Дима, только до помолвки. И чтобы ты знал, боярыня тоже ждет этого события.
— Да, как оказалось, Виктория Львовна совсем не обрадовалась появлению великого княжича Московского, — вставила сестра. — Он, между прочим, прислал ей сегодня цветы от своего имени. С извинениями.
— Что же сам не пришел в таком случае? — хмыкнул я.
— Он под арестом, — напомнила княгиня.
— Цветы слать ему это не мешает, — пожал плечами я.
— Не забывай, кто его отец. Василий Емельянович сидит под домашним арестом,
