Неожиданностью стало то, что новое поколение, сумевшее выжить, подверглось мутации. Некий зоолог, Уильям Барлетт Шиллер, говорили, нелегально ввез в страну крысу или несколько крыс, никто не знал в точности, с острова неподалеку от Новой Гвинеи, где проходили ядерные испытания. Их логово было обнаружено в подвале старого здания возле лондонского порта, что принадлежало зоологу до его смерти. Он скрестил животное — или животных — с нормальными корабельными крысами, или черными крысами, как их обыкновенно называли, и получил новую породу. Написанные Шиллером статьи о воздействии радиации и мутациях были обнаружены в его кабинете вместе с рисунками вскрытых животных. Об этом много писали средства массовой информации, даже правительство опубликовало все, ничего не засекретив, и все же... Все же, разговаривая со Стивеном Говардом, Пендер чувствовал какую-то недосказанность.
Он припарковал машину и, войдя в здание, помахал рукой девушке, сидевшей за столом.
— Как Чешир? — спросила она.
— Холодно, — усмехнулся он. — Стивен Говард у тебя?
— Да, но ему скоро надо уходить. Приехали из министерства сельского хозяйства, так что он пойдет показывать им лаборатории перед ленчем.
— Ладно, попытаюсь перехватить его.
Пендер поднялся по лестнице и пошел в самый конец длинного коридора, по одну сторону которого были окна, выходящие в парк, по другую — множество дверей. Когда он встал возле открытой двери, его приветствовал стук пишущей машинки.
— Джин, привет! Он здесь? — спросил Пендер, переступая порог приемной.
Секретарша Говарда подняла голову от машинки и одарила его ослепительной улыбкой.
— Привет, Лук. Как съездил?
— Ничего, — уклончиво ответил он и, вопросительно подняв брови, кивнул в сторону кабинета начальника исследовательского отдела.
— Нет его, — сказала Джин. — Пошел в лабораторию проверить, все ли в порядке. Приехали из...
— Знаю, знаю. Из министерства. Она кивнула.
— Я только брошу портфель и пойду его искать. Наверно, он хотел меня видеть?
— Да. У него есть для тебя еще один маршрут.
— Господи, я ведь только вернулся. Мне еще писать отчет.
— Кажется, там немного работы. Пендер вздохнул.
— Наверно, я должен быть благодарен и за это. Как твой приятель?
— При мне, — сказала она. — Но на ленч я согласна. Возле двери Пендер, обернувшись, улыбнулся.
— Я тебе сообщу, — сказал он и быстро прикрыл за собой дверь, спасаясь от карандаша, запущенного ему в голову.
Он хмыкнул и отправился в обратный путь по коридору, морщась от брани, летевшей ему вслед.
Двое из его коллег были в большой общей комнате. Еще двое были в дальних командировках в разных концах страны, где обнаружились крысы, а шестой уволился месяц назад, до смерти устав от «мохнатых зверьков».
Оба, и энтомолог, как он сам, и биолог, помахали ему в знак приветствия и продолжили стучать на машинках. Они тоже ненавидели писанину, входившую в круг их обязанностей, однако понимали, что избавиться от нее можно, только ничего не запуская. Пендер открыл портфель, достал бумаги со своими заметками и положил их на стол. Потом пошел искать Стивена Говарда.
Он шел по расположенным внизу лабораториям, то и дело останавливаясь, чтобы взглянуть на клетки с крысами и мышами. Многие животные выглядели вялыми, потому что на них пробовали разные яды в небольших дозах, а потом следили за их реакцией. Другие, с горящими глазами и даже чересчур активные, просовывали дрожащие мордочки сквозь тонкие прутья, изо всех сил стараясь вырваться на свободу. Пендер бросил взгляд на несколько генераторов ультразвука, стоявших рядом на скамейке. Их присылали со всех концов земли, чтобы компания испытала их и дала положительное заключение. Многие работали на принципе изгнания грызунов из зданий, а не привлечения их внутрь, и владельцы фабрик и заводов считали их бесценными, если надо было решить проблему в отдельно взятой фабрике или в магазине.
Он сел на скамейку рядом с техником, который внимательно осматривал механизмы изнутри.
— Хороши? — спросил Пендер. Техник удивленно поднял голову.
— А, здравствуйте, мистер Пендер. Давно вас не видел. — И он опять наклонился над работой. — Да нет, ни одна из них не годится. Не та частота. Думал, японская будет поэффективнее, потому что у нее диапазон побольше и на верхней границе она могла бы работать. Но крысы и к ней привыкают.
— Сколько она берет?
— Около трех тысяч квадратных футов. В ней прерывистый передатчик, поражающий крыс какое-то время. Восемнадцать килогерц они боятся больше всего, но и вы, и я на нее тоже будем реагировать. Самое плохое с этими крысами, что они быстро ко всему привыкают, и даже эта частота через какое-то время уже меньше на них действует.
— Но какое-то время это все-таки работает?
Техник кивнул.
— Да, небольшое.
— А что с ультразвуковыми машинами, которые не разгоняют, привлекают?
— То же самое. В тот раз в Лондоне они сработали, потому что раньше не применялись. У крыс не было возможности к ним привыкнуть. То же самое, когда они впервые попали под пули.
— Некоторые все же спаслись.
— Не так много, чтобы делать из этого проблему. Да и с этими скоро покончили.
— А если они выжили и дали потомство, то могли они развить способность к сопротивлению к звуковым волнам?
— Возможно.
Пендер внутренне содрогнулся. Все сходилось на том, что в Лондоне где-то произошла утечка.
— Вы не видели мистера Говарда?
— Минут двадцать назад они были тут с мистером Леманном. Потом ушли, наверно, туда, где фермы.
Пендер не стал больше мешать технику и направился к выходу из лаборатории. Он аккуратно закрыл за собой дверь и вошел в длинное, похожее на ангар помещение, на дверях которого висела табличка «Осторожно. Яды». Пендер прошел помещение до конца, задыхаясь от запаха гниющей соломы и испражнений, бьющего в нос. То с одной, то с другой стороны мелькала в клетке черная спина. Кормораздатчики, где помимо еды были еще другие привлекающие крыс компоненты, располагались в клетках не абы как. Чувствительность крысы на незнакомые запахи была предварительно возбуждена и заставляла съедать положенную ей пищу прежде, чем она разбиралась в ее составе, — но вся эта операция была не из легких. Огромных трудов стоило найти привлекательный для крыс компонент, зато его использование невероятно облегчало уничтожение грызунов.
Людей тут видно не было, и он решил, что Говард и главный биолог Майк Леманн отправились посмотреть на наружные фермы. С облегчением он покинул ангар, наполненный запахом смерти. Посыпанная гравием дорожка вела в парк, потом на заросший травой луг. Там он увидел двух мужчин, осматривающих огромный крысиный загон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
