аниматору здесь такого срочного понадобилось, раз он умудрился впопыхах забыть часть своего актерского реквизита? В засаде, что ли сидел?
С одной стороны, это совершенно меня не касается — то, что какой-то незнакомый тип позабыл здесь перчатки. Я не обязана лезть враскорячку за ними под огромную колючую елку…
Но с другой стороны — а почему бы и нет?
Прямо сейчас у меня есть выбор. Задержаться и помочь аниматору… или подняться на десятый этаж, где находится ВИП-уровень с роскошными залами для «сливок общества» и грустить там среди людей. Пожалуй, вынужденное одиночество в толпе — это особо мучительная форма пытки для всех социофобушков и закомплексованных снедурочек…
Коротко и тихо вздыхаю. Затем окидываю быстрым внимательным взглядом фойе с постепенно густеющей толпой, проверяя, не смотрит ли кто на меня, и решительно ныряю под ветку.
Передвигаться на корточках жутко неудобно, то и дело в лицо болезненно тычется колючая хвоя. Наверное, надо голову пониже пригнуть, но тогда можно и равновесие совсем потерять.
Раздраженно останавливаюсь. А, была не была!
Мысленно махнув рукой на пыльный пол, перехожу на гордый львиный способ передвижения — четвереньки.
Дела сразу же налаживаются.
Контейнера, из которого растет живое дерево, я достигаю в считанные секунды. Хватаю перчатки, скатываю в трубочку и запихиваю в карман. Теперь можно и назад.
Обратный путь проделываю намного увереннее, но возле самого конца тяжелой еловой лапы меня ждет не очень-то приятный сюрприз.
Мужские голоса.
— …это та самая юридическая фирма «Дрозд и партнëры», услугами которой я пользуюсь, Андрей, — доносится до меня знакомый голос Артëма Александровича. — Мы с Григорием Артуровичем отлично сработались, у него работают настоящие профессионалы в штате. Рекомендую. Ты же подыскивал для корпорации более надежных и проверенных юридических консультантов.
— Интересное название у вашей фирмы, Григорий Артурович, — отзывается другой голос, очень низкий, густой и почему-то неосознанно внушающий страх своей равнодушной отстраненностью. — Оно что-то означает?
— Дрозд — это всего лишь дань моей фамилии [*], - учтиво отвечает третий, надо полагать, сам Григорий Артурович. — Наши юристы в вашем полном распоряжении, Андрей Борисович, если у корпорации СЭВЭН возникнет необходимость испытать, на что они способны.
— Хорошо. Царевичев так редко кого-то рекомендует, что не вижу препятствий нашему сотрудничеству. Мои люди свяжутся с вами в ближайшее время.
— Уже есть какие-то конкретные задачи, Андрей Борисович?
— Возможно. К примеру, в нашем сегменте шоу-бизнеса образовалось несколько напряженных ситуаций с клиентами из-за одной специфической проблемы нашего партнера… Тëм, как у нас сейчас Морозов? Что с его ретардированной напастью?[**]
— Консультировался на днях с ведущими нейрохирургами, — сообщает Артëм Александрович. — Те говорят, что у него активная положительная динамика, а голова крепкая, как у дикого кабана. Провалы случаются все реже. Предполагают, что скоро они совсем прекратятся.
— Хорошо. А будет еще лучше, если ты убедишь его съездить куда-нибудь. Отдохнуть в спокойном приятном месте, восстановиться. Дела подождут.
— Морозов слишком упертый, сложно будет с этим, — скептически откликается Артëм Александрович.
— А ты Волчарина подключи. Его Матвей послушает — лучшие друзья детства как-никак… — густой сильный голос неведомого Андрея Борисовича делает короткую паузу, затем продолжает: — Ладно, это всë лирика. Григорий Артурович, предлагаю подняться на ВИП-уровень и до полуночи хотя бы забыть о делах. Новый Год нас ждать не будет.
— Согласен, всему свое время…
Понемногу разговор становится всë более приглушенным, и я с облегчением понимаю, что собеседники неспешно направились в сторону лифта.
Ну наконец-то!
Колени из-за слишком жестких глянцево-мраморных плит пола онемели так, что стоять на них уже больно. Надеюсь, синяки после всего этого у меня не появятся…
— Нашла? — раздается над моим ухом требовательный голос кролика-аниматора, и я резко поднимаю голову. — Давай сюда. Свое дело они выполнили.
— В смысле? — спрашиваю озадаченно и быстро выползаю из-под мохнатой еловой лапы.
Пузато-праздничные шары на ней активно раскачиваются и тихой невесомой дробью бьют меня по лбу и макушке.
— Неважно. Потом поймешь, — загадочно роняет кролик и с некоторым сомнением добавляет: — Может быть. А может, и нет. Всë зависит от того, с какой стороны смотреть, сказали бы космонавты. Например, когда висишь вниз головой, то мир кажется совсем другим. Сказать, каким?
— Каким? — машинально спрашиваю я.
— Более многомерным, Мэри Анна. Более многомерным. Ведь какая странная в этом мире штука происходит… Ты живешь в трехмерном мире, а зрение у тебя всего лишь двухмерное. Так что все люди, считай, все равно что наполовину слепы! К примеру, они не увидят жителя четырехмерного мира с трехмерным зрением, даже если тот ирландскую джигу-дрыгу перед ними спляшет. Пока он сам в их двухмерную видимость не влезет специально. Забавненько, а?
Он издает громкий ехидный смешок. Затем по-хозяйски выдергивает из моих рук перчатки и одновременно бросает взгляд на свои увесистые золоченые часы, которые болтаются на цепочке. Они у него как настоящая музейная реликвия, честное слово.
— Я не Мэри Анна, — с усталым раздражением напоминаю ему. — Вы, конечно, классно изображаете белого кролика из Страны Чудес, но это прям перебор.
— А кто тебе сказал, что я не он? — с пугающей сумасшедшинкой в голосе отмахивается странный аниматор и, пока я озадаченно размышляю над его словами, начинает бормотать под нос какую-то околесицу, вроде считалочки:
— Цвет жасмина — это раз,
Праздник будет под заказ…
Мандаринка - это два,
Надо спутать всë сперва…
О Снежинке помню — три,
Нужен вау, а не хмыри…
С Льдинкой проще… м-м… четыре,
И с нормальным на буксире…
У-у, а Зайка - это пять!
Покуражимся опять…
Шесть — понадобится маска,
Это северная сказка…
Семь — снегурка-нестандарт,
Ледяной ей нужен гад… [*]
— Складные стихи, — с вежливым равнодушием хвалю я и риторически интересуюсь: — Это какая-то новая детская считалочка?
— Чшш… — недовольно шипит кролик. — Не перебивай, прямо сейчас с помощью этих перчаток и цилиндра я настраиваю свои эманации на объекты с критической недо… хм… неважно! У меня еще пять пунктов!
Что за чушь он несет?
Кажется, теперь понемногу проясняется, почему помощник управляющего «Дворца» с таким сомнением говорил об эзотерической направленности агентства «Твоя снежная любовь». Этот аниматор же совсем чудик с прибабахом…
Раздраженно вздыхаю и делаю шаг в сторону, чтобы обойти его. Но он неожиданно хватает меня за руку и самым наглым образом начинает использовать мои пальцы, чтобы перечислить оставшиеся пять пунктов своей дурацкой считалочки!
— Дважды две, считай, попали -
Ляпнут коль, о чём мечтали.
Не отбиться от объятий
Ледяной четверки братьев …
Хм… одиннадцать в итоге…
Кто еще..? А! Недотрога…
Когда аниматор
