Стоявшие на этой равнине города были захвачены и разграблены, и далее в Библии описано, каким образом Авраам спас своего племянника Лота, попавшего в плен к захватчикам. Города эти физически не сохранились, поскольку в главе девятнадцатой Книги Бытия рассказывается, как огонь с небес сошел и разрушил их. Возможно, землетрясение, или извержение вулкана, или даже крупный метеорит вызвали небольшое оседание почвы, и воды Мертвого моря хлынули на юг. (Южная часть Мертвого довольно мелкая по сравнению с северной.) Это могло вызвать также ухудшение климата в тех местах.
Обрушившиеся на Ханаан несчастья — набег с востока и природные катаклизмы, что бы это ни было, — позволили Египту вновь утвердить свое господство на этой территории после двухвекового перерыва, вызванного вторжением амореев.
Около 1850 г. до н. э. Среднее царство достигло своего расцвета, и египетский фараон Сенусерт III смог послать в Ханаан армию, которая дошла на севере до Сихема.
Колесница
К этому времени, однако, амореи все самое худшее уже совершили, и цивилизация воспряла. Один из аморейских правителей — Хаммурапи сделал своей столицей ничем до тех пор не примечательный город Вавилон и создал самую впечатляющую империю из всех, которые когда-либо видела Азия до того. В 1700 г. до н. э. вся область между Тигром и Евфратом оказалась под его властью и достигла нового пика культурного расцвета, а Вавилон стал мировой столицей, и это положение ему суждено было занимать в течение следующих четырнадцати столетий.
Но беда грозила из-за гор, окаймляющих Плодородный полумесяц с севера. Варварские племена Центральной Азии приручили лошадь и к 1800 г. до н. э. придумали, как запрячь это животное в легкую двухколесную повозку, достаточно прочную, чтобы выдержать человека. Так что опасность представляли лошадь и колесница.
Воины на колесницах передвигались по суше гораздо быстрее, чем пешая армия. Кроме того, в атаке лошади легко могли прорвать строй пехотинцев. Жители Плодородного полумесяца пришли в ужас, оказавшись лицом к лицу с неодолимым врагом.
Первые всадники были из группы племен, которых мы называем хурритами. Они пришли к северной дуге Плодородного полумесяца от подножия Кавказского горного хребта, то есть с севера, сразу после смерти Хаммурапи. Лошади и колесницы обрушились на западную оконечность Плодородного полумесяца, ворвались в Ханаан и с грохотом пронеслись по его земле. Аморейские правители, ошеломленные внезапным нападением, не смогли оказать сопротивления. Некоторые из них присоединились к захватчикам и пошли с ними за пределы Ханаана на запад — через Синайский полуостров в Египет.
Впервые в истории Египта ему пришлось встретиться с врагом, пришедшим из-за Синая. Умения противостоять колесницам и лошадям у египтян было ничуть не больше, чем у хананеев. Египетским войскам пришлось все бросить и бежать, и примерно в 1680 г. до н. э. хуррито-аморейские захватчики заняли самую северную часть долины Нила, причем без всяких сражений. Среднее царство было разрушено и прекратило существовать.
В течение столетия в дельте Нила правили не египтяне. Их религия и культура были не такими, как у коренных египтян, вследствие чего те их ненавидели. Египтяне называли захватчиков гиксосами («чужеземными царями»). Впоследствии египетские историки, которым было стыдно за поражение своей страны, старались рассказать об этом эпизоде как можно меньше и лишь поносили гиксосов, называя их нечестивыми и жестокими. По этой причине мы почти ничего не знаем о периоде правления гиксосов.
Но несомненно, в это столетие существовало централизованное государство, простиравшееся за пределы Северного Египта и включавшее в себя Ханаан со столицей в Танисе (Аварисе), городе стоявшем на самом восточном рукаве Нила. В Библии этот город упоминается как Зоан.
Хотя столица и была в дельте Нила, чтобы правители-гиксосы могли находиться рядом с центром богатства и власти, сердцевиной их владений являлся Ханаан, там народ в большей степени мог отождествлять себя со своими правителями, чем в Египте, где население было настроено чрезвычайно враждебно. Впервые в истории государство, ядром которого был Ханаан, простирало свою власть на земли, лежавшие за пределами западной половины Плодородного полумесяца.
Одним из важных ханаанских центров во времена гиксосов был Хацор, расположенный примерно в 90 милях к северу от Иерусалима. Он был со всех сторон окружен большим со скошенными стенами крепостным валом, отстоявшим далеко от самого города, — метод фортификации, придуманный для сдерживания конницы. Остатки подобных сооружений можно найти на всем пути до Каркемиша, города в верховьях Евфрата, в 400 милях севернее Иерусалима.
Среди более поздних жителей Ханаана, считавших себя потомками Авраама, ходили легенды относительно проникновения их предков в Египет во времена завоевания его гиксосами. У Авраама был внук Иаков, а он, согласно рассказам, запечатленным в Библии, имел двенадцать сыновей. Один из них, Иосиф, завоевал расположение египетского царя (предположительно, одного из правителей-гиксосов) и служил ему в качестве, как мы сказали бы сегодня, премьер- министра. Потом Иосиф привез в Египет остальных членов своей семьи, и там число их преумножалось.
В век процветания царства гиксосов севернее и восточнее него завоеватели, обладавшие лошадьми и колесницами, основали другие царства. В верхнем течении Тигра и Евфрата, на развалинах империи Хаммурапи, племена хурритов объединились в государство Митанни. Тем временем в Малой Азии племена, известные как хетты (они же — библейские хеттеи), образовали еще одно сильное царство.
Хурриты говорили на языке, у которого не было отчетливых связей с другими языками, но хеттский язык имел тип грамматической структуры, ассоциирующийся почти со всеми языками современной Европы и части современной Азии, вплоть до Индии. Вся эта языковая семья в целом считается ныне индоевропейской.
Другие племена двигались на восток от Черного моря и пересекли холмистую территорию, которая вошла в состав современного Ирана. Они называли себя ариями, что значит «благородные», а мы зовем их арийцами. (Слово «Иран» является формой слова «Ариан», то есть «арийский».) В конце концов они заселили и Индию.
Но и Египет нельзя было сбрасывать со счетов. Полностью он никогда не был завоеван. Южная часть долины Нила оставалась в руках ее коренного населения. Появилась новая и сильная группа правителей, тяготевшая к южному городу Фивы.
Научившись обращаться с лошадьми и колесницами, южные египтяне под предводительством царя Амоса ринулись на север. Около 1570 г. до н. э. успокоившихся к тому времени правителей-гиксосов выгнали из дельты Нила, и Египет восстановил свою целостность. Теперь это было Новое царство, и наступил период величайшего могущества Египта, когда его цари получили титул фараонов («фараон» значит «огромный дом» или «дворец», то есть место, в котором они жили) и были самыми сильными монархами в мире.
Новое царство не удовольствовалось восстановлением власти над всем Египтом. Унижение, испытанное от вторжения гиксосов, не забылось. Надо было любой ценой обезопасить северо-восточную границу, чтобы племена из Азии никогда больше не смогли осквернить долину Нила. Поэтому фараоны стремились занять Ханаан — не просто ради экономической выгоды, а для того, чтобы использовать его как аванпост для охраны своего отечества, аванпост, где будет стоять мощный гарнизон.
Но именно этого не желали новые государства, расположенные севернее Ханаана. Митанни, в то время самое могущественное царство на севере, было полно решимости подчинить Ханаан своему влиянию, чтобы отразить возродившуюся египетскую мощь.
Земля Ханаана лежала между этими двумя сильными государствами. Поражение гиксосов в Египте нарушило единство Ханаана, и он снова представлял собой скопление городов-государств. Останься он в одиночестве, ему ни в коем случае нельзя воевать с Египтом и Митанни или даже с кем-то из них по отдельности. Надо было выбирать кого-то одного в качестве друга и союзника, и в итоге ханаанские города выбрали Митанни. Во-первых, по своим традициям и культуре это государство было им ближе, чем Египет. Во-вторых, оно было гораздо слабее Египта, а в союзниках лучше иметь кого-то слабее, чем сильнее себя. (Сильный союзник легко может проглотить тех, кому помогает.)
Пика своего развития Новое царство достигло, когда Тутмос III стал в 1469 г. до н. э. единовластным правителем Египта. Фактически первым его самостоятельным поступком явилось решение уладить дела в Ханаане. Ему противостояла лига ханаанских городов-государств во главе с Кадешем, городом, расположенным примерно в 325 милях к северу от Иерусалима. Он представлял собой, видимо, последний оплот былой мощи гиксосов и потому больше всех опасался мести Египта. Кроме того, Кадеш находился достаточно близко от Митанни, так что в случае чего мог положиться на его военную помощь в дополнение к финансовой и материальной, которую, несомненно, получал.
