Сохранилось предание, что они пришли из Египта, где находились в рабстве. Возможно, это связано со смутными воспоминаниями о том времени, когда гиксосов изгнали из Египта. Какие- то из этих израильских племен могли оказаться среди семитов, оставшихся в Египте после изгнания гиксосов и захваченных в рабство мстительными египтянами. Трудно сказать, что легло в основу этого предания, поскольку не существует никаких письменных свидетельств о пребывании израильтян в Египте или их исходе из Египта, за исключением еврейских легенд, дошедших до нас в виде Библии.
Израильтяне признавали свое родство с иудейскими племенами, которые пытались до них захватить Ханаан во времена Эхнатона, то есть полтора столетия назад. С точки зрения родственных связей это выражалось предположением, что все иудейские племена (колена) произошли из семьи Авраама. (В одном месте Библии, точнее, в Книге Бытия, 14: 13, об Аврааме упоминают как об иудее.)
Таким образом, идумеи, предположительно, произошли от Эдома, которого отождествляли с Исавом, внуком Авраама, и, следовательно, братом предка израильтян Иакова-Израиля. Народы Аммона и Моава, предположительно, произошли от Лота, племянника Авраама.
Признавали ли это общее родство идумеи, аммонитяне и моавитяне, мы сказать не можем. Ни одно из их исторических преданий до нас не дошло. Мы знаем про них лишь то, что рассказывают нам в Библии израильтяне.
Израильтяне намеревались захватить ханаанские земли западнее Иордана, более богатые и плодородные, чем земли за Иорданом, истощенные предыдущими завоевателями. Территория к западу от Иордана с ее водными источниками и хорошо укрепленными благоденствующими городами действительно казалась обитателям Аравийской пустыни «страной млека и меда». Но путь к ней преграждали Аммон, Моав и Эдом.
Завоевание израильтянами
Израильские племена могли быть успешно загнаны в угол совместным противостоянием иудейских царств, но как раз в это время Моав подвергся нападению ханаанского города Хешбон, расположенного восточнее низовья Иордана. Его территория служила границей влияния Моава на севере, но теперь он взбунтовался, и небезуспешно. Войска моавитян были отброшены южнее реки Арнон, которая впадает в Мертвое море с востока.
Несомненно, бунту Хешбона способствовал тот факт, что моавитские войска сосредоточились на востоке для отражения израильской угрозы, но если так, то их расчеты не оправдались. Израильские племена быстро воспользовались преимуществом, появившимся в результате беспорядков на севере от Арнона. Они напали на только что одержавший победу Хешбон и овладели им, проложив себе путь через Иордан у северной оконечности Мертвого моря.
Около 1240 г. до н. э.[8] в последние годы правления Рамсеса II, израильтяне прорвались за Иордан. Согласно их легендам, походом руководил Иисус Навин, преемник законодателя Моисея, умершего как раз перед самым переходом.
В библейской Книге Иисуса Навина обстоятельства этого перехода и последующего завоевания земли к западу от Иордана чрезвычайно идеализированы и описаны как непрерывная череда побед. Согласно рассказанной в ней истории, израильтяне пересекли Иордан и укрепились сначала в Галгале, примерно в пяти милях западнее берега и всего лишь в миле к востоку от Иерихона.
Иерихон, несмотря на свои мощные укрепления, был захвачен и разграблен, а стены взорваны, что в более поздней легенде приписано было божественному вмешательству. Оттуда израильтяне двинулись на запад в центр Ханаана.
В двенадцати милях северо-западнее Иерихона находился город Аи, а еще на две мили дальше — крупный город Вефиль. Израильтяне, поначалу чересчур самоуверенные, пошли в лобовую атаку очень малыми силами и были отбиты. Тогда Иисус Навин применил более коварный ход. Основную часть воинов он оставил в засаде, а сам с небольшим отрядом нанес отвлекающий удар. Напавшие притворщики прикинулись побежденными и бежали. Воины Аи и Вефиля, тоже чересчур самонадеянные, устремились в погоню. Израильские же силы, стоявшие в засаде, тем временем вошли в незащищенные города. В подходящий момент отступавшие развернулись и вступили в бой, а когда хананеи попытались вернуться в свои города, то обнаружили, что их уже занял противник. Аи, по крайней мере, оказался разрушенным и больше никогда не отстраивался заново.
В пяти милях южнее Аи находился город Гаваон. Его жители, уже не надеявшиеся одолеть свирепые израильские племена, заключили с ними союз и предложили дань в обмен на то, чтобы их оставили в покое. Южные ханаанские города во главе с Иерусалимом и Хевроном к тому времени образовали содружество против общего врага и пошли на Гаваон, чтобы заставить его вернуться в ряды хананеев.
Иисус Навин поспешил со своей армией на помощь Гаваону и в решительном сражении вынудил хананеев отступить, и их отступление быстро превратилось в беспорядочное бегство. Библия лирически повествует, что именно в ходе этой битвы солнце и луна остановили свое движение, чтобы продлить день и дать израильтянам возможность полностью разгромить вражескую армию. Затем Иисус Навин осуществил несколько быстрых военных кампаний на севере и юге, очистив таким образом весь Ханаан.
Довольно уже говорить о более позднем идеализированном описании этого завоевания. Что же происходило на самом деле? В действительности, кроме Библии, мы располагаем весьма скудной информацией. Книга Судей, следующая в Библии за Книгой Иисуса Навина, видимо, содержит более древние и, возможно, более реалистичные предания, и она рассказывает о Ханаане, где израильтяне чувствовали себя весьма уязвленными, а хананеи удерживали за собой многие территории. Мы можем только предположить, что, несмотря на рассказ Иисуса Навина, это завоевание не было ни быстрым, ни полным.
Вполне возможно, что легендарный Иисус Навин перевел через Иордан народ только трех племен (колен) — Ефрема, Манассии и Вениамина. Это так называемые «колена Рахили», поскольку в более позднем предании они рассматривались как потомки Израиля-Иакова и его жены Рахили.
Это первое вторжение племен Рахили проходило отнюдь не гладко. Фараон Египта Рамсес II скончался в 1237 г. до н. э.[9] в возрасте девяноста или даже более лет, и трон унаследовал его сын Мернептах. В 1232 г. до н. э. Мернептах повел своих египтян в Ханаан и, очевидно, нанес израильтянам поражение. По крайней мере, в оставленном им письменном свидетельстве об этой кампании он выражается с типичным для официальных документов преувеличением: «Израиль опустошен; семя его развеяно».
Преувеличение это или нет, но мы вправе предположить, что, если бы Египет никто не беспокоил, он принял бы меры по поводу израильского вторжения и не допустил бы этого завоевания. Однако покоя Египту не было, потому что как раз в это время весь античный мир переживал потрясения.
Все началось на северном побережье Эгейского моря в Европе примерно в то же время, когда израильские племена вторглись в Ханаан. Говорящее на греческом языке племя дорийцев пробивалось на юг, уничтожая государства, основанные более ранней волной греков — ахейцами, которые, в свою очередь, двумя столетиями раньше разрушили Критскую империю. Дорийцы проложили себе путь до самой южной точки Греции, а затем двинулись морем к островам Крит и Родос. Тем временем другая группа племен — фригийцы — пришла с севера Эгейского моря в Малую Азию, где разгромила ослабленное и готовое развалиться государство хеттов, которое теперь навсегда исчезло из истории.
Многие из тех, кто был низвергнут завоевателями, не видели иного выхода, как присоединиться к тем, кого не смогли одолеть, и отправиться грабить другие народы. Банды мародеров из греков и негреков, отправившись с Крита, пересекли Средиземное море и высадились на берегах Ливии (африканское побережье к западу от Египта). Они объединились с коренными ливийцами и напали на Египет.
Мернептах, только что вернувшийся с победой из Ханаана, обнаружил, что должен теперь противостоять наступлению тех, кого египтяне называли «народами моря» (потому что они вторглись с моря). Мернептаху удалось-таки одолеть этих «людей с моря», но на это было затрачено столько сил, что ему пришлось прекратить дальнейшие попытки восстановить в Ханаане египетское владычество. Никто не мешал израильтянам завоевывать все, что захотят — или что смогут.
Однако угроза со стороны «народов моря» еще не миновала. Разбитые египтянами, они, тем не менее, захватили, по всей видимости, Кипр. С Кипра они совершили еще одну вылазку. Около 1185 г. до н. э. их орды вторглись в Ханаан и подошли к Египту с той же стороны, откуда пришли гиксосы пятью веками раньше.
