3
Сергею рассказанная история запала в душу. В детстве он занимался в группе прикладного тренинга, ему нравилось лепить из пластика загадочные фигурки созданий, которые стадами толпились в его сознании, он строил из подручных материалов модели кварталов Москвы, но лучшей его работой стал миниатюрный электротехнический гравицикл. Крошечный гравициклист в чёрной блестящей униформе с глянцевым шлемом совершал всевозможные трюки: мог ехать, стоя ногами в седле, или задом наперёд, держа руль вывернутыми за спину руками. И сам гравицикл не просто разгонялся по ровной поверхности, но умел совершать все те кульбиты, на которые способна настоящая спортивная машина. Модель была так хороша, что стала прообразом для знаменитой скульптуры «Мальчик с гравициклом», правда, Ерёмину, поскольку он тогда ещё был ребёнком, не досталось ни еврази гонорара.
А затем детство кончилось. Ерёмин поступил на ферму синтетического мяса в центре Москвы — механиком двенадцатого звена. Ещё пару лет он забегал в сквер группы детского тренинга, где, прячась в кустах, выменивал у ребятишек пластик, картон и металлические детали на недоступные малышам взрослые продукты — синтетический шоколад и «Колу». По вечерам изготавливал для собственного удовольствия поделки. И может, так продолжалось бы до сих пор, но однажды Сергея застиг в момент обмена товаров детский воспитатель. Он доложил о Ерёмине на службу, а там устроили нагоняй и объяснили, что к ресурсам следует относиться бережно, даже старые свалки и те теперь перерабатываются. Так что экономить нужно ресурсы. Беречь. То, что полезно и незаменимо для детского развития, — для взрослого всего лишь баловство — прихоть, которую общество себе позволить не может. Короче, ещё одно замечание и проведёшь остаток жизни на ферме синтетического мяса, где одна радость — наедайся до отвала, да только через год фермерской работы это мясо уже в глотку не лезет. В общем, впереди была долгая жизнь, но детские игры закончились.
Тогда-то Ерёмин и увлёкся грависпортом, но, видать, осталась в глубине души тоска по работе своими руками, ибо когда он впервые услышал о Мастерах, то стал тихо лелеять несбыточную мечту о том, что когда-нибудь случится чудо, и ему, Ерёмину, не придется зарабатывать себе на жизнь, а можно будет заняться любимым делом. И вот на голову Сергею свалилось то самое чудо, о котором он грезил, но прекрасно понимал, насколько оно несбыточно — у него был миллион еврази, и он мог распоряжаться своей жизнью, как только пожелается.
— Я хотел бы стать подмастерьем, — повторил Ерёмин и вопросительно посмотрел на Синицыну. — Ты помнишь, где встретила того человека, что назвал себя Мастером?
Женька важно насупилась:
— Ох, где же я видела Мастера? — пробормотала она и замолчала, но увидев, как лицо Ерёмина становится всё более расстроенным, прыснула в сторону. Сергей понял, что она просто дразнится. — Конечно, я тебя отведу туда. Даже дом покажу и подъезд.
И Синицына, поймав аэрорикшу десятого звена, повезла Ерёмина в Сокольники — тот район, где по её заверениям, она встретила небритого мужчину в шляпе с пером. По дороге она опять начала рассказывать о Мастерах — о том, что нормальные служащие никогда Мастерами не становятся, только иззвены — маргиналы, не желающие служить обществу. Бывает так, что, несмотря на все старания генетиков, рождаются люди, слабо приспособленные к социальной жизни. Они покидают мегаполисы и живут небольшими колониями в необитаемой зоне. Говорят, уже лет двести можно безопасно жить на открытом пространстве. Коновалов, вернувшись из прошлой командировки, рассказывал, как пролетая над древним городом Калугой, видел там какие-то огни — то ли электрические, то ли от костров — он не разобрал. Но, очевидно, что есть места вне мегаполисов, где обитают люди.
В Сокольниках находился общественный парк, окружённый со всех сторон однотипными высотными жилыми зданиями постройки прошлого века. Это было хорошо знакомое Ерёмину место, он гулял здесь после выпускного бала, и частенько впоследствии заглядывал сюда. Высадившись у входа в парк, Синицына отпустила аэрорикшу и, махнув рукой в сторону одной из аллей, произнесла:
— Вон там, у скульптуры «Мальчик с игрушечным гравициклом» я и встретила Мастера. Отвести тебя?
— Я знаю это место, — покраснев, сказал Ерёмин. Он приводил сюда каждую свою спутницу года и хвастался тем, что игрушечный гравицикл в руках мальчика сделан по образцу той модели, которую он соорудил в детстве. Пару раз он даже представлял, как приводит сюда Женьку, а теперь, когда она сама его сюда завлекла, отчего-то застеснялся.
— Тогда я тебе сразу покажу дом, куда отправился Мастер, — обрадовалась Синицына, и они повернули к серому массиву жилых домов. У одной из дверей Женька остановилась. — Сюда, — сказала она, — Но квартиру тебе придётся искать самому. Ты, действительно, уверен, что хочешь стать подмастерьем? Тогда ведь придётся уйти со службы, и ты станешь обыкновенным иззвеном, — похоже, Синицына поняла, что Ерёмин настроен серьёзно и решила попытаться остановить его. — Мне такое решение кажется опрометчивым. Ты серьёзно обдумал последствия?
— Я знаю, что делаю, — успокоил её Сергей. — Если хочешь, присоединяйся ко мне, станешь тоже подмастерьем. Денег нам обоим хватит, и я тебя не оставлю, об этом не беспокойся.
— Вот ещё! — фыркнула Синицына. — Очень мне надо — становиться иззвенкой. Ладно, пошла я. Сообщи вечерком, что из этого вышло, — и тут она быстро и резко обняла Сергея, прижавшись щекой к его щеке. Не успел он ответить на объятие, как Женька уже сорвалась с места и побежала на остановку общественного транспорта.
А Сергей остался перед закрытой дверью парадной. Удастся ли ему найти Мастера? И есть ли он здесь вообще? Может, он и не живёт в этом доме, а в тот день, когда встретил Женьку, просто шёл в гости? Но тогда его должны хотя бы знать здесь. Ерёмин твердо решил, если понадобится, обойти все квартиры, но обязательно выяснить этот вопрос.
4
Парадная была заперта. Сергей позвонил в пару нижних квартир, надеясь, что жильцы откроют дверь на лестницу, но жители дома оказались несговорчивыми. Минут десять он постоял внизу, ожидая, когда кто-нибудь войдёт в парадную, чтобы прошмыгнуть вместе с вошедшим. Первое время никого не было, только аэромобили то и дело причаливали к окнам. Наконец появился нагруженный продуктовыми сумками паренёк, похоже, только-только закончивший обучение в гипношколе и приступивший к службе в двенадцатом звене.
— Мне сказали, тут живёт Мастер, — Ерёмин придержал дверь перед входящим и прошёл вслед за ним. — Но я забыл спросить номер квартиры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
