Основанием классификации может быть соотношение конвергентных и дивергентных социальных процессов. Предтечами современной глобалистики можно считать философов, создавших концепцию поэтапного (стадиального) развития человечества в направлении единого глобального социума, в числе которых выделяются фундаментальные труды И. Канта, К. Маркса, П. Тейяр де Шардена, В.И. Вернадского, А. Тойнби, Б. Рассела, К. Ясперса и др.
На ограниченности конвергентных тенденций глобализации в социокультурной сфере настаивают, в частности, представители цивилизационного подхода, акцентирующие внимание на неожиданно устойчивом сохранении социально-культурных общностей и культурно-цивилизационных различий даже в условиях связной экономической и социальной среды.
Большая часть известных теорий и концепций основана на редукции глобализации как всеобъемлющего явления к частным, пусть и существенным, феноменам экономического, социокультурного или политического характера.
При этом абсолютизируются конвергентные аспекты развития (монополизации и унификации, в том числе этнокультурной), а также отрицается феномен социального регресса, как объективная тенденция, атрибутивно присущая глобализации.
Не менее важно, что глобализация – это целостная система качественных, часто революционных и катастрофических изменений в отдельных сферах социального бытия, несводимая к их сумме, порождающая качественно новый уровень сложности социальных феноменов новой эпохи.
Анализу и прогнозу развития глобализационных процессов препятствует характерный для глобализации кризисный характер изменений, все более чреватый переходом от технического и социального прогресса предшествующих двух веков к нарастающей неуправляемости и глобальной катастрофе: современный мир меняется быстрее, чем возникает научный консенсус по характеру этих перемен.
Находящиеся в центре внимания научного сообщества объективные проблемы ресурсного, экологического и экономического порядка не исчерпывают угроз и вызовов глобализации. Не меньшее значение имеют субъективные по природе глобальные угрозы социального порядка, связанные с трансформацией системообразующих социальных общностей, в частности, национальных и этнических.
Новую глобальную угрозу представляет этнокультурная фрагментация гражданских наций. Она вызывает не только активизацию старых и возникновение новых этнических и конфессиональных конфликтов, но и новые формы их становления и развития. Таким образом, «столкновение цивилизаций» принимает не межгосударственный, а внутренний, диффузный характер, связанный с элиминацией пространственных границ и барьеров.
Представляется продуктивным деление составляющих глобализацию феноменов на объективные составляющие, связанные в основном с обострением природно-ресурсных ограничений и объективно неизбежным становлением глобального экономического и социального пространства, и субъективные составляющие, связанные с деятельностью социальных субъектов (акторов) глобального развития, включая такие крупные и значимые социальные общности, как нации и этносы.
Одной из ведущих объективных составляющих глобализации является рост связности глобального пространства, то есть собственно экономическую, транспортную и информационную глобализацию, а также глобальный ресурсно-демографический кризис.
При этом нарастание объективной составляющей мирового системного кризиса неизбежно порождает его субъективные проявления в форме противоборства социальных субъектов (акторов) глобального процесса, вовлекаемых в борьбу за ограниченные ресурсы уже не столько стремлением к выгоде и господству, сколько необходимостью самосохранения.
Объективную и субъективную компоненту можно выделить и в теоретических подходах к глобализации. Известно, что теории могут носить дескриптивный, описательный характер и нормативный, предписывающий характер. Так, при анализе теорий и моделей глобализации следует выделять их объективную, описательную составляющую, и субъективную составляющую, отражающую особенности, интересы и намерения субъекта (актора), предлагающего тот или иной теоретический подход в качестве предпочтительного.
Нормативная составляющая социальной теории (в том числе и теории глобализации), понимаемая как идеальная модель общества, играет исключительную роль в формировании наций и других социальных общностей политического генезиса.
Национальная идея – не что иное, как нормативная теория общественного устройства, овладевшая массами и формирующая их общую идентичность.
Поэтому особо следует выделить идеологическую, нормативную составляющую теорий глобализации, то есть ценностную посылку, адресованную определенной социальной группе (целевой аудитории), порожденную определенными социальными субъектами (как правило, элитами), использующими идеологию в качестве инструмента социального управления, активно формирующего, «конструирующего» социальную реальность.
Таким образом, сравнительный философско-методологический анализ известных теорий и концепций глобализации, созданных в рамках различных научных дисциплин, показывает, что большая их часть основана на редукции глобализации как всеобъемлющего явления к частным, пусть и существенным, феноменам экономического или политического характера.
При этом для большинства известных концепций глобализации, как апологетических, так и критических, свойственна абсолютизация конвергентных аспектов развития – монополизации и унификации, в том числе этнокультурной.
Указанная ограниченность теоретических подходов с неизбежностью порождает когнитивные ограничения, мешающие теории не только прогнозировать, но и объяснять ход глобального развития постфактум, и требует пересмотра применяемых в отдельных общественно-научных дисциплинах подходов на социально-философском уровне.
Глобализация обычно описывается в известных категориях интернационализации экономики и интеграции государств, то есть с точки зрения экономического детерминизма и концепции мировой политики как взаимодействия суверенных государств.
Однако глобализация не только ослабляет достигшие в XX веке пика своего развития национальные государства, включая «великие державы» («great powers»), и размывает нации как системообразующие социальные общности, но и вызывает к жизни новых акторов «глобальной игры», новые центры и механизмы власти, альтернативные национальному государству.
Так, по мнению одного из крупнейших философов и социологов современности, создателя концепции социальной структурации Энтони Гидденса113, процесс глобализации несводим и к таким его существенным предпосылкам, как информационно-коммуникационные технологии и либерализация торговли и финансов.
Определенное распространение получила концепция «гибридизации» общества, что предполагает процесс культурного, расового, этнического смешения, метисации114. Таким образом, «гибридизация» – это модель «замедленной конвергенции», сводящая возникновение новых сущностей к механической суперпозиции, наложению уже известных явлений и сущностей.
По мнению А.А. Гусейнова115, глобализация представляет собой трансформацию исторически сложившихся, вполне самостоятельных, хотя и сложным образом взаимодействующих друг с другом культурно-цивилизационных и национально-государственных форм общественной жизни в единую систему, охватывающую все человечество. И эта новая система неизбежно противостоит тем формам коллективности, которые призвана снять в неком новом, более широком, широком до всеобщности, синтезе.
Противостояние глобального и локального становится особо очевидным, драматично конфликтным, когда глобализация выходит за рамки экономики, захватывает культурную, политическую и идеологическую в широком смысле (мировоззренческую, ментальную) сферу жизни.
По мнению В.С. Степина, глобализация представляет собой выбор между двумя сценариями, которые получили название концепции «золотого миллиарда» и концепции «диалога цивилизаций»116.
Концепция «золотого миллиарда» исходит из восприятия глобализации как господства, торжества цивилизации Запада и западных народов, «конца истории» (Фукуяма). Все остальные должны подтягиваться к ним под угрозой того, что будут обречены на периферийное или полупериферийное существование. Соответственно, будущее глобальное общество мыслится как подобие феодально-иерархической системы с западноевропейской цивилизацией в центре и с расположенными вокруг него концентрическими кругами различных уровней.
Концепция «глобального человейника» как предельного и окончательного варианта интеграции человечества в рамках западной парадигмы была социологически спрогнозирована и изображена в трудах А.А. Зиновьева117.
