Она почувствовала, как напряжение, не покидавшее ее весь последний год, спадает, превращаясь в прах от жаркого дуновения пустыни.
– Это ваш дом на ближайший месяц, – сказал Акил. – Позвольте, я покажу вам остальное.
Всего несколько минут, и она убедилась, что в Аль-Сакре позаботились абсолютно обо всем, что могло ей понадобиться. Сплошные роскошь и комфорт.
– Мистер Крюгер будет находиться в соседнем сьюте, – добавил Акил и вручил Брэду старинный ключ ручной работы. – Его вещи уже там.
В комнату внесли багаж. Сера взяла всего один чемодан, но даже он казался лишним. Здесь можно благополучно провести весь месяц в купальнике, набрасывая платье лишь чтобы сходить поесть. Она взглянула на столик возле бассейна.
В том случае, если еда сама не будет являться сюда.
Сера почувствовала, что плечам стало немного легче, будто спала часть тяжести, сковывавшая их.
– Спасибо вам, Акил. Именно то, что мне нужно. Тишина. Красота. Природа. Настолько далеко от цивилизации, что даже у нее не будет причин рваться отсюда. Идеальное место, чтобы ненадолго залечь на дно.
И никакого намека на рождественское оживление.
– Мы гордимся, что можем предложить своим гостям то, что им нужно, – негромко ответил Акил и объяснил, как она может с ним связаться, если что-то понадобится. Попрощался и удалился.
Она прислонилась спиной к теплому стеклу двери, закрыла глаза и почувствовала, как еще какая-то часть напряжения растаяла в этом тепле.
Открыв глаза, она увидела, что Брэд все еще в комнате, молча ждет указаний.
Крюгер. Брэд Крюгер. Подходящее имя для сильного мужчины.
– Я хочу достать фотоаппарат. – Она с усилием оттолкнулась от двери, словно это могло помочь отбросить мысли о нем. – И еще я собираюсь искупаться. И поваляться в шезлонге. Хотя, возможно, и не в таком порядке. А вы пока могли бы расположиться у себя в номере. Когда закончите, мы обсудим, как будем жить дальше.
Он кивнул, сохраняя непроницаемое выражение, и вышел, оставив ее с тяжелым сердцем наедине с бесстрастной пустыней.
Брэд оторвал взгляд от знакомого пейзажа и встал с дивана. На то, чтобы «расположиться», у него ушли считаные минуты. А сколько нужно времени, чтобы распаковать небольшую сумку и разложить туалетные принадлежности в неприлично большой ванной?
Если бы британская охранная фирма не платила именно за близкий контакт с Серой, он бы остался в своей городской квартире и приезжал сюда каждое утро, чтобы присматривать за ней. Но близкий контакт подразумевал близость, а значит, придется бесплатно наслаждаться шестизвездочным сервисом в пустыне. Его взгляд снова устремился на пески, залитые роскошным мягким светом.
Определенно не самый плохой способ провести Рождество.
Издалека доносился плеск воды – Сера плавала в бассейне, – и Брэд уже начинал верить, что она будет слишком занята, чтобы выкинуть какой-нибудь фортель. Однако понимал: возможно, после драматического происшествия в аэропорту, ей требуется небольшая передышка. Поэтому, быстро разложив вещи, он притормозил еще минут на двадцать, а потом, немного потянув время, внимательно осмотрел периметр обоих домиков.
По опыту Брэд знал, что охраняемые персоны всегда хуже приспосабливаются к мысли о близком контакте, чем те, кто их охраняет, даже в тех случаях, когда их жизнь напрямую зависит от надежности охраны. Нащупать тонкую грань между слишком пристальным и недостаточно пристальным наблюдением за клиентом – это особое искусство. Нужно держаться достаточно спокойно, чтобы не раздражать клиента, но и не расслабляться, чтобы избежать рисков, от которых его нужно оберегать. Вместе с тем клиент не должен полагаться на телохранителя настолько, чтобы перестать прислушиваться к собственным ощущениям и инстинктам. Слишком полагаться и слишком восхищаться. Слегка свело живот, когда он вспомнил, как порой это опасно и как дорого ему обошлась подобная наука.
Индифферентное сотрудничество – наилучший вариант.
Именно этого он хочет добиться от Серы.
Их сьюты ничуть не изменились с тех пор, как он последний раз жил в Аль-Сакре. Те же три запертые изнутри стеклянные двери, большая двухстворчатая деревянная дверь в сторону аллеи, от которой сьют отделен изгородью, обеспечивавшей атмосферу приватности, в то время как вид на пустыню полностью открыт. Главное правило гласит: во время передвижения по пустыне нельзя приближаться к гостевым сьютам. Персоналу запрещалось входить к Сере, когда она в номере, кроме того, никому не разрешалось подниматься на дюну, чтобы увидеть территорию вокруг ее бассейна.
Хотя запрет не всегда означал беспрекословное исполнение. Инструкции, которые получил Брэд, сводились к тому, чтобы оградить ее от возможных неприятностей, пока не утихнет интерес прессы к ее недавним проблемам с законом. Но когда твой отец богат и знаменит, может случиться всякое. И Брэд не мог допустить промаха. Обжегшись на молоке, будешь дуть на воду.
Заперев за собой дверь номера 11, он пробежал мимо сьюта Серы, чтобы удостовериться, что в девятом действительно никто не живет. Потом посмотрел на часы. Прошел час. Он вернулся к ее двери и решительно постучал. Сосчитав до десяти, повторил попытку. Снова ничего.
– Сера?
Грудь наполнилась свинцовой тяжестью. Только бы она не пошла осматривать окрестности в одиночку.
В машине она согласилась выполнять правило номер один, но это еще не значит, что будет соблюдать его, оказавшись перед соблазном изучить столь уникальное место. Брэд спустился с террасы, примыкавшей к входной двери, обошел домик со стороны прохода, которым пользовалась обслуга. Среди привычных звуков пустыни до него донесся странный прерывистый звук неизвестного животного, который ни о чем не говорил.
– Сера? – Тишина над пустыней почему-то не вызывала желания кричать. – Я иду к вам.
Стоило подняться на террасу с задней стороны ее домика, как он тут же понял, почему она его не слышит. Сера сидела в воде в дальнем глубоком конце маленького бассейна, положив руки на плитку. Подбородок покоился на руках, глаза смотрели на расстилавшуюся пустыню. Длинные волосы, которые мокрыми казались еще темнее, спадали по спине, контрастируя со светлой кожей плеч и синей полоской купальника. Брэд отчетливо видел торчавшие у нее в ушах наушники. Он проследил за проводами ее телефона, белевшими на плиточном обрамлении бассейна. И все же что-то в ее позе не позволило ему подойти.
А потом он услышал сдавленный звук, уловленный среди других звуков пустыни. Не крик экзотической птицы. Сера плакала. Рыдала. Правда, руки сильно приглушали плач. Брэд стоял как вкопанный, глядя на вздрагивающие плечи и спину. Внутри все горело желанием подойти и успокоить ее, настолько сильным, что свело ноги.
