Лишь единственный образ заставлял его стоять неподвижно, не поддавшись инстинкту, – детское лицо с блестящими глазами, покрытое красными пятнами от горя, прижимавшееся к заднему стеклу удалявшегося джипа, маленький рот был открыт от плача, который Брэд не мог слышать. Но всем своим сердцем чувствовал его.
Чувствовал до сих пор.
Почему она плачет? Да из-за чего угодно. Из-за бывшего парня, с которым рассталась. Брэд читал об этом в ее досье. Из-за плохих вестей из дома. Из-за неприятностей на работе. Правда, она нигде не работала, во всяком случае постоянно. Деньги отца обеспечивали ей свободу от забот обычных людей.
Брэд смотрел на ее вздрагивающие плечи. Очевидно, счастье за деньги не купишь.
Но, что бы там ни было, его это не касается, пока нет угрозы ее физическому здоровью. Его задача – оберегать Серу от проблем. Ее эмоциональное состояние никоим образом не входит в его компетенцию. Ему за это не платят.
Брэд отступил, потом еще – и исчез тем же путем, что явился, оставив Серу одну.
С ее болью.
Глава 3
– Вы пробовали бананы? – выпалила Сера, когда через некоторое время он постучал к ней в дверь. – Они восхитительны. Господи, я так скучала по бананам.
Брэда порадовало выражение искренней радости на ее лице. Всего пятнадцать минут назад она выглядела безутешной. Возможно, пустыня, с ее постоянно меняющимися настроениями, действительно то, что нужно.
– Неужели в Британии дефицит бананов, о котором мне неизвестно?
Сера пошла в глубь комнаты, предоставив ему следовать за ней.
– Я перестала их употреблять. Наши бананы специально обрабатывают, чтобы привезти их из Западной Африки или Южной Америки. Я уже целую вечность не пробовала по-настоящему свежих бананов. Это потрясающе.
Каким-то образом ей удалось придать политический оттенок даже фруктам.
– У вас все в порядке?
Она улыбнулась, судя по всему, совершенно искренне. Значит, быстро приходит в себя.
– Конечно. А у вас?
Брэд, прищурившись, посмотрел в ее слегка покрасневшие глаза:
– Может, вам нужны глазные капли?
В чем дело, Крюгер? Неужели ты снова взялся за свои шпионские штучки? Брось это, парень.
Сера отмахнулась:
– Вода в бассейне слегка солоновата.
А после того как она пролила столько слез, стала еще солоней. Серафина Блейз не нуждается в его помощи и не хочет ее.
Его внимание привлек чемодан, который так и стоял нераспакованным.
– Вы нормально устроились?
Ее губы растянулись в широкой улыбке.
– Невероятно, вы видели этот свет? Он меняется с каждым часом. Фотографии должны получиться потрясающие.
– Может, пойдем фотографировать?
– Я здесь на целый месяц. И сошла бы с ума без фотоаппарата. К тому же я действительно умею это делать. Вы ведь знаете?
Да, он знает все о ее занятиях фотографией. Именно это привело ее на страницы газет. Фотографии подопытных животных, сделанные в частных исследовательских лабораториях. На этом она и попалась. Хотя позже выяснилось, что это не случайность, как она думала поначалу.
– Полагаю, я буду заниматься этим по утрам и ближе к вечеру, когда здесь холодней всего, да и свет самый красивый. А вы будете при исполнении двадцать четыре часа семь дней в неделю?
На первых порах общение с клиентом всегда вызывало определенную неловкость. Но Сера умудрилась довести его до крайности. Будто он охотник и обсуждает условия ее преследования.
– В ближайший месяц я буду находиться при вас семь дней в неделю. Однако не собираюсь постоянно торчать у вас перед носом.
– В середине дня, в самое жаркое время, я, наверное, буду возвращаться сюда часа на три-четыре. В это время вы свободны.
– Возможно, – неопределенно намекнул Брэд. Все зависит от того, чем обернется ее пребывание в одиночестве. Wi-Fi – дополнительная потенциальная опасность. Достаточно одного популярного блога.
– Я ваш телохранитель, Сера, и мне надо находиться здесь, если что-нибудь случится. – А что-нибудь может возникнуть, как буря в пустыне. – Я не стану сидеть в баре в то время, когда могу вам понадобиться.
Она пристально взглянула на него, и ее взгляд сильно напомнил Брэду Серу из аэропорта.
– Этот отель настоящий Форт-Нокс. Что здесь может со мной случиться?
Вопрос о том, для чего он здесь на самом деле, незримо парил в горячем воздухе пустыни.
Ладно. Карты на стол…
– Моя задача – сделать так, чтобы этот месяц вы вели себя тихо.
– На самом деле – это моя задача. А вы здесь потому, что отец, очевидно, сомневается в моей способности сдержать обещание.
Дела ее семьи его не касаются, равно как и ее слезы. Или выражение смущения и обиды, мелькнувшее в ее взгляде. Брэд не без труда заставил себя отбросить невольное сочувствие.
– Британская фирма, отвечающая за вашу безопасность, не намерена рисковать. Мне платят за работу в близком контакте с вами, значит, я должен находиться рядом двадцать четыре часа семь дней в неделю. – Или иными словами, столько, сколько позволяют местные культурные традиции. – Я обязан обезопасить вас от любых сумасбродств и одновременно не допустить никаких публичных заявлений с вашей стороны.
– А что, если я не стану обещать не публиковать никаких манифестов, пока нахожусь здесь? – Она пошутила.
Брэд не смог удержаться от улыбки. Его наняли как раз для того, чтобы не позволить ей это сделать.
– Я буду каждый день менять пароли на всех ваших компьютерах и телефонах. И даже чаще, если потребуется.
– Кто бы сомневался. Почему бы вообще не отобрать их у меня?
– Потому что вы не ребенок.
– Спасибо, что заметили.
– Моя работа состоит в том, чтобы ограничить все возможные риски. Я ваш охранник, а не отец.
Она снова сверкнула глазами. Несмотря на ее явное раздражение, Брэд чувствовал, что оно направлено не на него.
– Вы не можете работать круглые сутки.
– Вы почти не будете меня замечать.
– Я беспокоюсь не о себе. Это несправедливо по отношению к вам. Мне очень жаль, что вы вынуждены терпеть неудобства из-за того, что может никогда не произойти. Я надеялась, что в это Рождество никто не будет страдать из-за меня.
Ему показалось, или она действительно сделала легкое ударение на слове «это»? Однако любопытство в ее отношении так же неуместно, как и сочувствие.
Индифферентное сотрудничество.
– Это моя работа, никаких неудобств. К тому же и личная охрана не так уж обременительна.
– До тех пор, пока…
Ее острый ум снова взялся за дело.
– Такова природа зла. Оно таится поодаль и ждет своего часа, чтобы вырваться наружу.
– Что ж, если и вырвется, то не из-за меня, – пообещала Сера, сверкнув глазами. – И не важно, что думает мой отец. Опасаюсь, весь этот месяц вам придется скучать.
