В самый разгар военной кампании к флоту Сеймура присоединился «Хайфлаер». Первый удар было решено нанести по меньшему отряду, состоявшему из 41 джонки и сосредоточившемуся в одном_из рукавов реки в 25 км к юго-востоку от Гуанчжоу[28]. 25 мая 1857 г. военные пароходы «Гонконг», «Сэр Чарльз Форбс» и несколько винтовых канонерских лодок, под общим командованием коммодора Эллиота, вошли в реку и атаковали китайцев. У канониров на джонках не выдержали нервы и они дали залп слишком рано. Ядра упали с недолетом, не причинив англичанам никакого вреда. Джонки попали под убийственный огонь с английских кораблей и вскоре многие из них были покинуты командами. Коммодор Эллиот докладывал Сеймуру, что в течение 25–27 мая его корабли уничтожили или захватили 40 джонок[29]. По большей части это были совсем небольшие суда, вооруженные одной 32- пли 24-фунтовой пушкой, расположенной в носовой части, и шестью легкими пушками, размещенными вдоль бортов. Англичане легко разделались с ними, потеряв всего 2 человека ранеными[30].
Сложнее обстояло дело со второй флотилией джонок, сосредоточившейся в фошаньском рукаве реки Чжуцзян, примерно в 12 км юго-западнее Гуанчжоу. Она состояла из 70 или 80 судов, значительно более крупных, чем те, которые были уничтожены 25 мая. Каждое из этих судов несло от 10 до 14 32-фунтовых длинноствольных пушек европейского производства[31]. Вход в залив прикрывал небольшой форт, вооруженный 19 пушками.
31 мая «Хайфлаер» отбуксировал к устью реки госпитальное судно и несколько канонерских лодок с тем, чтобы на следующий день они могли начать атаку. Сражение в заливе Чжуцзян началось 1 июня 1857 г. Адмирал Сеймур лично осуществлял руководство операцией. Пока отряд десантников высаживался на берег и штурмовал форт, канонерские лодки под прикрытием кораблей «Хайфлаер» и «Калькутта» приняли бой с многочисленными джонками, подоспевшими к месту сражения. Положение англичан осложнялось тем, что фарватер оказался перегороженным барьером из затопленных лодок, нагруженных камнями. Из-за этого канонерские лодки, имевшие большую осадку, не смогли подойти к джонкам на достаточно близкую дистанцию. Англичанам для преодоления препятствия пришлось использовать шлюпки. 50 или 60 лодок с десантом обшей численностью около 2 тыс. человек устремились к китайской флотилии. На одной из этих шлюпок был и шестнадцатилетний мичман Фишер.
Во время фошаньского сражения был момент, когда перевес оказался на стороне китайцев. Англичане во время атаки подверглись такому частому и меткому обстрелу, что почти все шлюпки получили пробоины. Был потоплен баркас с «Калькутты». Этот эпизод получил отражение в записках Фишера: «Когда китайские пушки открыли стрельбу, и ядро просвистело над лодкой, мы все побросали весла и пригнулись. „А ну-ка, приналягте на весла, друзья“, — сказал капитан Шэдуэлл, и пустился в пространные рассуждения о том, насколько наш испуг замедлил продвижение лодки, по-видимому, совершенно не отдавая себе отчета, насколько нас задержала его лекция»[32].
Первая атака англичан захлебнулась, и они вынуждены были отступить и перегруппироваться. Сражение закончилось в тот же день, 1 июня. Британскому десанту, в конце концов, удалось преодолеть простреливаемое пространство и взять китайские джонки на абордаж. Большинство джонок было уничтожено. Разгром китайского флота и установленная союзниками с августа 1857 г. блокада реки Чжуцзян дали адмиралу Сеймуру возможность сосредоточить все силы на операции по захвату Гуанчжоу.
Несмотря на военные неудачи, китайский представитель Е Мин-чэнь отклонил требования, предъявленные английским и французским посланниками. Однако он не предпринял никаких мер для подготовки к защите Гуанчжоу, хотя концентрация военных кораблей на морских подступах к городу и захват англичанами и французами острова Хэнань явно свидетельствовали о намерениях союзников. Бомбардировка, почти не оборонявшегося города, началась утром 28 декабря. 29 декабря десант союзников начал штурм города, и на следующий день он был захвачен. Общая численность британских и французских войск, участвовавших в захвате Гуанчжоу, составила 5679 человек[33]. В числе 69 матросов и офицеров, которых отрядили на берег из команды «Хайфлаера», был и Джон Фишер. Поскольку цинские власти не обороняли города, союзники понесли совсем незначительные потери.
В первой половине 1858 г. в военных действиях наступило некоторое затишье. Отряд канонерских лодок адмирала Сеймура отправился весной 1858 г. вверх по реке Байхэ, сопровождая британского посла лорда Элгина в Пекин. Крупные корабли британского флота пока бездействовали, отстаиваясь на рейде Шанхая. На время своего отсутствия Сеймур назначил командира «Хайфлаера» капитана Шэдуэлла командующим английскими морскими силами в Шанхае. В этом городе офицеры с «Хайфлаера» встретили весьма теплый прием в доме Эдмунда Уардена, управляющего отделением одной из английских пароходных компаний в Китае. Джек Фишер особенно подружился с миссис Уарден. Эту пожилую женщину знали многие мичманы с английской эскадры в китайских водах. В те времена военным морякам приходилось служить многие годы вдали от родных берегов. Особенно тяжело переживали долгую разлуку самые молодые. Для юных мичманов дом миссис Уарден становился чем-то вроде маленького островка «доброй старой Англии», где они могли отдохнуть и отведать домашних пирогов. Миссис Уарден знала многих мичманов эскадры по именам, а с некоторыми даже переписывалась[34].
Фишер также написал несколько воодушевленных писем супруге Эдмунда Уардена. Шестнадцать из них сохранились до наших дней. Много лет спустя, после описываемых событий, сын адмирала Фишера приобрел их за 21 фунт стерлингов[35]. В 1952 г. они были опубликованы в первом томе переписки Фишера, издаваемой под редакцией американского историка Артура Мардера. Первое письмо к миссис Уарден датировано 15 июня 1859 г., последнее — 13 июля 1860 г. Поскольку Фишер никогда не вел дневник, эти «китайские письма» являются самым ранним источником для изучения его биографии.
Письма не только проливают свет на многие эпизоды службы Фишера в китайских водах, но и позволяют понять некоторые черты его характера. Существенный штрих к характеристике Фишера добавляет его фраза в письме к миссис Уарден с описанием сражения на реке Байхэ, где он замечает, что его письмо к ней «больше, чем, то которое я написал своей матери»[36].
С тех пор, как Фишер в возрасте б лет покинул Цейлон, он ни разу не видел своей матери и, похоже, очень от этого страдал. С возрастом Фишер стал вспыльчивым, и в своих отношениях как с друзьями, так и с родственниками, мог быть очень резок, если его желания не совпадали с их собственными. Но в молодые годы эти черты его характера еще не проявились со всей отчетливостью. Тогда, вне всякого сомнения, ему хотелось иметь и какие-то нежные отношения. Это очень хорошо просматривается в его письмах к миссис Уарден, в которых он называет ее «Мамс». Он писал миссис Уарден с каждой почтой и не упускал случая отчитать «Мамс», если очередной почтовый пароход не привозил письма от нее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
