— Ну так как, идем сегодня смотреть дома?
Шельма пожала плечами.
— Ты идешь. Я — нет. Я вчера и так угрохала на тебя уйму времени в приемной у доктора. Подумаешь, синяк на локте! Из-за тебя я опоздала накормить Дадли полдником.
— Не может быть! Ах, какой кошмар! Неужели все из-за меня? Да ты сама меня вчера чуть не угрохала! А еще подруга называется!
— Не понимаю, о чем ты. По-моему, как раз я-то тебя и спасла, разве нет?
— Лучше бы ты сделала это до того, как я шмякнулась о землю!
— Говорю тебе, я вспомнила нужное заклинание лишь в самый последний момент. Впрочем, лучше бы и вовсе не вспоминала. Вот, держи, — сказала Шельма и швырнула Пачкуле очередной выпуск «Чертовских ведомостей». — Сама ищи. Я устала все за тебя делать.
Даже не взглянув на газету, Пачкуля буркнула, что ничего подходящего там все равно нет. Шельма посоветовала ей не слишком привередничать. Тогда Пачкуля пожаловалась на свою больную руку и сказала, что ей сейчас вообще нельзя шевелиться, на что Шельма заметила, что пошевелиться ей все же придется.
— Потому что… — ехидно протянула она, — потому что здесь ты больше не живешь.
Пачкуля насупила брови и принялась мусолить свой черствый сухарик, затянув под нос унылый мотив. Дела ее и впрямь были неважнецкие. Тем временем Шельма молча покончила со своим завтраком, убрала со стола, наложила макияж, надела колпак и отправилась за покупками. Когда она вернулась, Пачкуля сидела все в той же позе, уставившись в пустоту, и в прострации вытягивала ниточки из своего бинта.
Шельма сварила обед и съела целую тарелку перед самым носом у бесконечно несчастной Пачкули. В конце концов у Шельмы сдали нервы.
— Ну хорошо, хорошо, — простонала она. — Я схожу с тобой, но только один раз. Все что угодно, лишь бы скорее от тебя отделаться! Но с завтрашнего дня я разрываю с тобой всякие отношения, и утром ты уберешься отсюда, не важно, будет у тебя новый дом или нет. Идет?
— Идет, — вздохнула Пачкуля. — Не велика потеря.
Денек им выдался не из легких. Они сходили по всем объявлениям, напечатанным в «Чертовских ведомостях», побывали и в кроличьих норах, и в берлогах, и в логовах, протащились по всем выставленным на продажу пещерам, подземельям и даже коровникам. Они осмотрели избушку, вагончик и даже вигвам, не говоря уже о прочих землянках, хижинах и лачугах, что им довелось посетить. По той или иной причине все они Пачкуле не годились. Отчаявшись, она даже согласилась посмотреть тот уютный маленький домик с прекрасным видом из окна. В объявлении о нем говорилась сущая правда, домик оказался очаровательным, и Пачкулю от его вида чуть не стошнило.
Пока ведьмы плелись обратно к дому Шельмы, уже успела взойти луна. Всю дорогу они отчаянно переругивались.
— В жизни не встречала такой привереды, — вопила Шельма.
— А я не виновата, что мне ничего не подошло, — вопила в ответ Пачкуля.
— Тогда пеняй на себя, если завтра окажешься на улице.
— И как только тебе не стыдно вышвыривать из дому подругу, да еще с больной рукой, а?
— Я не вышвыриваю подругу, я вышвыриваю тебя!
— По-моему, раздружиться мы собирались только завтра, — обиженно буркнула Пачкуля.
— Завтра тебя уже здесь не будет!
— Нет, все-таки у меня в голове не укладывается, как ты можешь вышвырнуть из дому подругу, да еще с больной рукой…
И так далее в том же духе.
Внезапно Пачкуля остановилась как вкопанная и повела носом. Шельма продолжала шагать вперед, не оглядываясь.
— Обожди минутку, Шельмуся, — окликнула ее Пачкуля, продолжая принюхиваться. — О, этот запах… этот чудный аромат, откуда он?
— Воняет, как на свалке, — отозвалась Шельма, стараясь глубоко не дышать.
— Верно! Свалка! На одной из них я выросла! О, этот запах, он как будто из детства! Давай взглянем, хоть одним глазком!
— Что, прямо сейчас?
— Ну Шельмочка, ну пожалуйста. Иначе я не выдержу!
— Какая ж ты зануда. Ладно, сходим, раз уж тебе так приспичило.
Они на пару потянули носом воздух, чтобы определить, откуда доносится запах. Похоже, источник его находился где-то поблизости.
— Ты только представь себе, — прошептала Пачкуля с благоговением, — мусорная свалка при свете луны! Я сейчас заплачу!
— М-м-м, очень миленько, — соврала Шельма, которая мечтала только о том, чтобы поскорее вернуться домой к Дадли.
— Постой, что это там виднеется? — указала вперед Пачкуля. — Вон там. Да нет же, там, тетеря. За кучей старых матрасов. Слева от разбитой тележки. Рядом с ржавой плитой. Видишь? Смотри точно поверх кучи жестянок из-под кошачьего корма. Вон на тот дырявый коврик. Ну что, разглядела?
Шельма прищурилась.
— А, это? Ты имеешь в виду ту старую развалившуюся хибару? — скривилась она. Но Пачкули уже и след простыл. Со всех ног она понеслась навстречу дому своей мечты, и Шельма нагнала ее только на пороге лачуги.
Дверь дома была нараспашку, а если говорить точнее, то она рухнула на поросший бурьяном пол в кучу ошметков отслоившейся от стен краски. Ржавые петли, некогда крепившие ее к косяку, валялись неподалеку. В оконных проемах болтались рамы без стекол, а на крыше зияли огромнейшие дыры. Из глубины темной лачуги доносился затхлый запах сырости и гнили. Зажмурившись от удовольствия, Пачкуля с наслаждением втягивала в себя смрадный воздух.
— Эй, ты в своем уме? — осведомилась Шельма. — На что тебе эта старая развалина?
Пачкуля открыла глаза, блаженно улыбаясь и часто моргая, словно только что вышла из транса.
— Шельмуся, — произнесла она, сияя от счастья. — Дорогая моя, вот оно, свершилось! Наконец-то я нашла то, что так долго искала. Добро пожаловать в мое новое жилище!
Глава третья
Настырный помощник
— Ну как, обживаешься? — поинтересовалась Шельма, когда несколькими днями позже Пачкуля заглянула к ней, чтобы одолжить запасной котелок. Ее собственный, как мы помним, восстановлению не подлежал. Получив котелок, Пачкуля, тем не менее, уходить не спешила. В глубине души она надеялась, что Шельма предложит ей остаться на завтрак.
— Вовсю, — рапортовала Пачкуля. — Заканчиваю ремонт. Уже починила дверь и перетащила из пещеры уцелевшие пожитки. Хорошо хоть, палочка заработала. Ни за что бы не смогла сама поднять все эти тюки. Впрочем, мебель перевозить не стала, недаром же на свалке живу — там и нашла новую.
Она старалась говорить бодро, однако временами в ее голосе сквозила печаль.
— Надеюсь, ты удосужилась там прибраться? — спросила Шельма. Она сидела за туалетным столиком с треснутым зеркалом и грела над свечами свои ежиные бигуди. Вокруг громоздились бесчисленные тюбики с губной помадой и пузырьки с лаком для ногтей.
— Прибраться? Это еще зачем? — фыркнула Пачкуля. — Мне и так хорошо. Может, заглянешь ко мне вечерком?
— Сегодня не могу, — ответила Шельма. — Нам с Дадли надо поработать над новым заклинанием.
— Ах, вот оно что, — расстроилась Пачкуля. — Ну, тогда в другой раз, — вздохнула она.
— Послушай, в чем дело? — спросила Шельма, видя, как помрачнела подруга. — Тебе разонравилась хибара?
— Нет, что ты, она чудесная. Просто… знаешь, честно говоря, мне там немножечко одиноко. На свалке такая тишина… кругом ни души.
— Хм. Пожалуй, я знаю, что тебе нужно, — задумчиво проговорила Шельма, нагибаясь за непокладистым перегревшимся ежом, который вырвался у нее из рук и устремился к дверям. — Тебе нужен помощник. У тебя единственной из всех ведьм никого нет.
— У меня есть мухи, — возразила Пачкуля, тыча вверх пальцем. Жужа и Дейв мгновенно оторвались от банки с печеньем и преданно закружили над колпаком хозяйки.
— Мухи? Мухи не в счет.
Жужа и Дейв возмущенно заметались взад-вперед. Но Шельма была права. Мухи не считались. Если верить словарю, то помощниками ведьм зовется всякая нечисть, которая им прислуживает и подчиняется. Впрочем, помимо нечисти помощниками могут быть коты, совы, вороны, летучие мыши, — да кто угодно, лишь бы у них была хоть капелька соображения. Чего не скажешь о Жуже с Дейвом и их сородичах. Ведь мушиное тельце такое маленькое, а уместить в него нужно столь многое, что для мозгов места, как правило, не остается.
— Подумай, сколько времени ты сможешь с ним сэкономить, — продолжала Шельма. — Разве тебе не надоело самой доставлять письма и выискивать нужные травы? Не говоря уж о том, чтобы за кем-нибудь шпионить.
На это Пачкуле нечего было возразить.
— То-то и оно. Торчишь днями напролет в своей хибаре в компании с помелом и киснешь. Тебе определенно стоит нанять помощника. У всех приличных ведьм они есть. Не знаю, что бы я делала без Дадлика. Поставь-ка чайник, и за кружечкой горячей болотной водицы мы сочиним для тебя объявление. Отнесешь его потом в «Чертовские ведомости».
