- Неужели Кецалькоатль? – до Кости, наконец, дошло повернуться, и он заворожено уставился на среднего ростом, довольно крепкого сложения юношу, одетого в классический индейский наряд. Тот приветливо махнул рукой и ловко отбил подлетевший мяч.
Что-то произошло. Мяч больше не взлетел со стороны Чиракан. Костя резко повернулся и увидел, что богиня держит его в руках.
- Что-то не так? – настороженно спросил Костя, припоминая, что боги играли его судьбой.
- Нет, все так. Мне просто надоело, и я сдалась, - объяснила Чиракан.
- И что?..
- Он выиграл!.. – девушка, насладившись напряженным ожиданием гостя, все-таки сжалилась и объяснила. – Пернатый змей считает, что твоя задача на Земле еще не выполнена, а вот мне ты очень понравился. Ты такой необычный, беленький! - затем наигранно грустно, совсем по девичьи, вздохнула и призналась. – Придется тебе возвращаться.
- Но ты не расстраивайся, - донесся голос подходящего к нему молодого человека. – Когда-нибудь, через много долгих лет, ты сможешь гостить в нашей пирамиде столько, сколько тебе вздумается.
- Подождите, я хотел еще так много у вас расспросить! – до Кости дошло, что сейчас его выпроводят обратно на Землю, и он так ничего и не узнает о древнейшей культуре и их богах.
- Не волнуйся ты так, бедненький. Мы совсем не такие жестокие, как нас представляют историки. Спрашивай, у нас есть еще чуть-чуть времени, пока тобой не перейдена критическая черта.
Костя почувствовал, как у него от восторга разъезжаются мысли – столько всего и сразу хотелось спросить.
- Тогда… почему ты здесь, Кецалькоатль? Ведь ты жил у Ацтеков?
- Действительно, бедненький! Какая же у вас, историков каша в голове должна быть. Я Пернатый змей. Просто наиболее известен под именем Кецалькоатль. Меня можно встретить и под другими именами, например, Кукумак или Кукулькан. Что это меняет? – потом юноша вздохнул. – Ты прав, я воплощался у толтеков, но мне не удалось… – было видно, что ему трудно об этом говорить.
- Давай, я лучше об этом по порядку расскажу, - вмешалась девушка, подойдя и положив расстроенному юноше руку на плечо. – Тоже мне, несчастный наш, Змеик! Ладно, слушай, Костя, нашу грустную историю. Понимаешь, майя, ацтеки, мицтеки и другие индейцы – дети одной цивилизации, которую мы выращивали несколько тысяч лет. Племена и народы сменяли друг друга, от века к веку и от места к месту, и всюду мы пытались им помочь.
- Но зачем столько крови? – не удержался от возгласа Костя и тут же подавился своим нахальством. Настолько сильно резанули его обидные слова по безмятежному взгляду богини. Ее лицо сразу как-то осунулось и погрустнело. Так что гость сразу попытался исправить ситуацию.– Простите, я не хотел вас огорчать.
- Нет, ты прав, - это море пролитой крови и есть наше проклятие, лежащее на всей цивилизации. Индейцы – они же несчастные дети, которые смотрели на жестокость природы и уверовали, что и им нужно поступать так же бесчеловечно, чтобы выпросить у нее милостей для себя. Не тебе объяснять, что все юные цивилизации болели этой детской, ничем неоправданной беспощадностью. Другим народам Земли удалось ее преодолеть, но в мире майя и затем ацтеков кровавые жертвоприношения кормили и плодили инфернальных чудовищ, которые, в свою очередь, требовали все больше жертв и жестокости. Однако развитие человека и общества не может быть основано на страданиях и насилии. Мы в течение столетий пытались привить в наших несчастных детях тягу к прекрасному, и толтеки, в конце концов, сумели развить высокую науку, религию и искусства.
- Подожди, а кто такие, эти таинственные толтеки?
- Толтеки таинственны для вас из-за того, что их пытаются отождествить с отдельным народом. Но это не народ, а качественное отличие людей, живших в городах и занимающихся наукой, философией и искусствами. Таинственности им придают их высокие достижения в постижении космогонии и создания своей, отличной от других цивилизаций, философии и мистики. Они были не только на севере, но и здесь в Яшчилане, Теночтитлане и других городах.
- Но почему так опечалился Кецалькоатль? – спросил Костя у девушки, видя, что юноша совсем погрустнел.
- Когда толтеки достигли вершины своего развития, воздвигнув земной рай, основанный на море крови своих жертвоприношений, этот диссонанс между зверскими культами и развитием культуры достиг предела, и тогда, бедный Змеик… - девушка нежно погладила по голове не сопротивляющегося ее ласкам юношу. - …решил принести себя в жертву и воплотился в одного мальчика. Он много перенес и долго вспоминал, взрослея, что и как ему нужно сделать... Он и сейчас остался в памяти народа, как лучший правитель: более пятидесяти лет он вел народ к высочайшим достижениям души и разума, настраивая их мысли о напрасности ритуальных жертв. В конце концов, он прямо призвал их отказаться от убийства людей в храмах. Но толтеки не захотели отречься от своих кровавых ритуалов, и тогда он сам отрекся от них, вернувшись сюда. Это событие и стало началом заката индейской цивилизации.
- Мне не удалось то, что сумел ваш Иисус, - с горечью признал вечно юный бог.
- Но ничего, не все пропало даром! – воскликнула Чиракан. – Ты даже не представляешь, как космогония и мистика толтеков инспирируют миллионы людей на дальнейшее духовное развитие, и в будущем наших последователей будет только больше. Ты еще увидишь!
- Тебе надо уже уходить, - напомнил Пернатый змей и показал Косте ветку с красными ягодами и характерными зубчатыми листьями. – Смотри внимательно. Если не хочешь в ближайшие дни очутиться у нас навсегда, ешь эти ягоды и дай их твоему другу. Иначе в этих джунглях вам даже антибиотики не помогут. Прощай!
- Подожди! А самое главное забыл? – воскликнула богиня.
- Да, запомни хорошенько, – Кецалькоатль заглянул глубоко в глаза Кости, и тот понял, что говорит с настоящим богом. – Когда-нибудь, на закате твоей жизни к тебе придет человек за помощью. Скажи ему: «Не надо бояться орла».
- Какого орла?
- Гуитцилопочтли – на самом деле, не важно, как его зовут. Главное запомни и скажи. Я сам не знаю, зачем, но это очень важно.
- И еще одно. На обратной дороге остановись перед перевалом в городе на ночь. Не езжай в горы, - задала еще одну загадку девушка. Не успел Костя, как следует ей удивиться, как она еще больше его ошеломила. Видимо, чем-то он все-таки понравился богине, так как она сняла с шеи и протянула ему кулон с нефритовой женской фигуркой. - Я вижу, ты хороший мальчик: понимаешь наших несчастных детей и любишь их культуру. Возьми на память – так наши дети изображают меня. Пусть это будет твоим талисманом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
