сказала, что у Пети обыкновенный капризи́т, да ещё с вы́брыками.
У Пети был жёсткий постельный режим, который состоял из четырёх пуховых подушек и двух одеял верблюжьей шерсти. Лечили его тридцатью сортами сдобных булочек и всевозможными сладкими кашами. От этого щёки больного розовым тестом растекались по наволочке и сам он напоминал пятую подушку.
Конечно, простым способом так раскормить человека нельзя было. Тут применялись особые новейшие средства.
Дело в том, что Петин папа был известным в городе изобретателем. Поэтому дома по распоряжению мамы он совершенно бесплатно конструировал прекрасные автоматы, которые сами кормили Петю. Самокормящие автоматы!
У постели больного как раз стояла одна такая машина. Это была новейшая папина конструкция. На её белой крышке большими буквами было написано «ПУП». При расшифровке это слово обозначало: «Полуавтомат Усиленного Питания».
Машина считалась полуавтоматом, потому что подавала пищу в неразжёванном виде. Множество всяких рубильников, переключателей и колёсиков говорило о её сложности. По измерительным приборам, которые шевелили стрелками, всегда можно было узнать количество каши, её температуру, сладость. Была и такая стрелка, которая заранее показывала, что дадут на третье блюдо. Кроме того, во время кормления машина на кастрюлях и бутылках исполняла «Чижик-пыжик».
Но самым главным орудием в этом механизме были три длинных никелированных рычага, похожих на руки. На конце одного рычага была закреплена столовая ложка, на конце другого — вилка, на конце третьего — литровая чашка. Автомат приводился в движение пылесосом и стиральной машиной. Пете не нужно было даже поднимать головы и открывать рта — всё делалось само. Бедный Петя!
Вам, наверное, хотелось бы знать, почему так печально сложилась Петина судьба? Отчего и когда он заболел этой ужасной болезнью?
Расскажем по порядку. Возьмём простую азбуку и по пунктам А, Б, В… изложим Петину биографию.
А) Первые шаги
Честно говоря, до трёх лет Петя ходить не мог. Ему не разрешали. Ножки могут погнуться, и ребёнок на всю жизнь останется кривоногим. Но зато уже с четырёх лет он был отличным наездником.
Каждый день перед завтраком, обедом и ужином он совершал верховую прогулку. Как только на стол ставили дымящуюся тарелку каши, папа или дедушка надевали красную уздечку с колокольчиками и становились на четвереньки. Петя смело садился верхом.
— Но-о! — кричал он и молотил пятками своего скакуна. — Но-о, миленькие!
Мама тоже подбадривала коней:
— Ещё кружок! Ещё! Смотрите, ребёнок цветёт от счастья!..
Петино «Дай!» и «Хочу!» стало в доме законом. Петя ездил верхом на ком хотел и когда хотел.
Б) Кормление
— Главное в жизни — питание, — говорила мама. — От рыбы — ум, от каши — сила, от масла — ловкость! Еда — лучшее средство от болезней!
Поэтому мама завела специальную библиотеку по вопросам кормления ребёнка. На полках стояли толстые книги с вкусными названиями:
СТО КАШ ДЛЯ ПЕТЬ И МАШ.
КОМПОТЫ ДЛЯ СУББОТЫ.
СЕМЬ БЕД — ОДИН ОБЕД
и
ДОРОГА ЛОЖКА К ОБЕДУ.
В квартире жили киска, по прозвищу Сосиска, и пёс породы эрдель, по имени Сардель. Имена эти они получили потому, что кошкин хвост напоминал Пете сосиску, а куцый и толстый хвост собаки — сардельку.
В) Петина азбука
Пришло время обучать Петю азбуке. К этому торжественному дню мама готовилась очень старательно. Разрезная азбука и азбука в кубиках были спрятаны в шкаф. Какие могут быть игры во время еды?
Три ночи просидела семья за сочинением специальной «питательной» азбуки.
В воскресенье за завтраком приступили к первому уроку.
Пете показывали букву «А» и хором говорили: «Ам!» Петя открывал рот, чтобы тоже сказать «Ам», а ему в рот всовывали ложку с кашей. Подносили ко рту булку и хором кричали: «Бэ-э-э!» Давали на закуску грушу и гоготали, словно гуси: «Ге-ге-ге!»
Поэтому, когда Петя впервые поехал в школу и учительница в классе спросила: «Дети, кто из вас уже выучил азбуку?» — Петя Мамин-Папин встал и пропел:
Ам
Булка
Вилка
Груша
Дыню
Ел,
Жаркое кушал,
Землянику
И
Картошку,
Лук,
Морковочки
Немножко,
Огурцы и
Помидоры,
Рыбу,
Сало,
Теста горы… —
и так до самой последней буквы «Я».
Г) Усатые слова
Петино здоровье оберегалось всеми средствами медицины. Каждое утро ему ставили сразу два градусника (под правую и левую руку) и разглядывали язык через увеличительное стекло.
Когда же припадки капризита были очень сильными, Петя требовал немедленно доставить ему домой живого слона.
Мама тотчас же посылала папу в зоопарк за слоном, но папа всегда возвращался о пустыми руками.
Врачи и профессора стали в доме Маминых-Папиных ежедневными гостями. Они заставляли Петю высовывать язык, говорить «э-э-э», дышать, не дышать, а потом разводили руками, тёрли лбы и произносили непонятные слова, которые кончались на «ини» и «ус».
Врачи приходили так часто, что, как только в коридоре раздавался звонок, у Пети язык сам высовывался наружу и изо рта вырывалось громкое «э-э-э».
Конечно, мама, чтобы не ударить лицом в грязь перед врачами, сама начала изучать язык, на котором пишутся лекарства. Для этого она собрала все рецепты, склеила их в книжечку, и получился учебник.
Потом, зажмурив глаза, она ходила по комнате и бормотала разные слова. Скоро она свободно стала разговаривать на чисто докторском языке.
Когда врач прописывал Пете капли для аппетита, то мама бойко добавляла:
— И манус кашус по три разини в денини!
Когда для успокоения Петиных нервов доктор выписывал новое лекарство, мама тоже добавляла:
— И спатус в кроватус на подушатус!
Когда же врач говорил, что Петя выглядит очень хорошо, мама вздыхала и говорила:
— Сынус Петюс не естус пирогини-творогини и куринус супус!..
С помощью докторского языка мама легко связалась со всеми поликлиниками и звонила туда до тех пор, пока домой однажды не прибыла специальная лечебная комиссия для выяснения маминого здоровья.
Петю комиссия выслушивать не захотела и, пожав плечами, уехала. Мама целиком перешла на докторский язык. То и дело слышались её команды: «Полейтус кактус!», «Сваритини компотини!» или что-нибудь в этом роде.
Пете очень нравился
