— Вы хотите пить чай?
— Нет, спасибо.
— В таком случае давайте договоримся, где мы с вами завтра встречаемся. Я скоро уйду, мне нужно ехать в налоговую инспекцию.
Большие зеленые глаза чуть печально смотрели на меня. Кажется, что однажды в этих глазах просто выключили свет, и они потухли. А может быть они никогда и не горели? Бывают же такие скучные лица! Интересно, что-нибудь в жизни может вывести ее из себя? Заставить накричать, например? Но, честное слово, мне даже и не хочется пробовать выводить ее из себя. Всегда противно обижать беззащитных. Вот нашего шефа я бы с радостью позлила.
Наутро мы встречались с Людмилой в метро. Электричка опять опоздала, и мне пришлось бежать в метро, расталкивая пассажиров. Какой-то парень больно толкнул меня в спину; хорошо, что рюкзак смягчил удар.
Людмила уже ждала меня на платформе. Она сидела на скамейке и читала какую-то очередную инструкцию. Увидев меня, она захлопнула книгу и встала. Выдержанная дама, ни слова не сказала по поводу моего опоздания.
— Доброе утро. Теперь нам надо сделать пересадку.
— А куда мы едем?
— На ВВЦ.
— ВДНХ?
— Да, теперь там в павильонах торгуют вещами, в том числе и мебелью.
— Все понятно, раньше там была выставка достижений нашего хозяйства, а теперь западного. А много у нас денег?
— На кабинет руководителя у нас по смете выделено…
Сейчас она полезет в свои нескончаемые бумаги. Так и есть, копается в своей большой не по росту сумке, извлекает блокнот. Я невольно вздохнула.
— Вас раздражают мои расчеты?
— Нет.
— Раздражают, я же вижу. Но нам выделяют не так много денег, а хочется, чтобы нашему начальнику было удобно работать в своем кабинете. Нам надо обставить еще и нашу комнату. Наш Центр лицензирования образован совсем недавно, раньше он работал на правах отдела, а теперь объем работы возрос, многие сейчас занимаются коммерческой деятельностью. Мы выдаем лицензии на право заниматься коммерческой деятельностью.
— Людмила Александровна, вы раньше в школе работали?
Она посмотрела на меня, чуть сдвинув брови. Как она все-таки напоминает полусдутый воздушный шарик, сиротливо повисший на ветке в парке отдыха. Вырвался у кого-то из рук, улетел, но запутался в кроне дерева, застрял и стал никому не нужен.
— Нет, я никогда не работала в школе, а почему вы спрашиваете?
— Вы очень хорошо объясняете. Я же целую неделю отработала с вами и видела вывеску на дверях, кроме того, я документы печатала для вашего начальника.
— Мне показалось, что вы отбываете у нас трудовую повинность, и проблемы нашего учреждения вас не волнуют.
— Один на один. Достойный ответ на мою подначку.
И тут она улыбнулась, чуть-чуть дрогнули уголки губ, но главное, засмеялись глаза, словно два больших озера в солнечный день. Но она почти сразу прогнала улыбку со своего лица и чуть суховато предложила пойти по павильонам, торгующим мебелью.
Так начались наши мучения. Огрызком карандаша, извлеченным из моего рюкзака, я стала записывать номера павильонов, в которых располагались фирмы, торгующие мебелью. В каждом павильоне мы брали рекламные листы с указанными ценами изделий и записывали условия доставки. Как, оказывается, трудно тратить чужие деньги! К ним начинаешь относиться, как к своим, уж очень не хочется переплачивать лишнее.
— Я больше не могу, у меня ноги устали, а в глазах столы и стулья, шкафы и кресла.
— Людмила Александровна, нам осталось обойти еще два павильона. Потом проведем сравнительный анализ цен, и можно будет вернуться в павильоны и заказать выбранную нами мебель.
Так мы и сделали. В одном павильоне мы заказали кресла и стулья, а в другом — столы и шкафы. Нам выписали счета, и мы поехали на работу, чтобы отпечатать платежки. Людмиле предстояло отнести их в банк, с нашего счета снимут нужную сумму и перечислят на счета фирм, у которых мы покупали мебель. После получения денег фирмы должны были доставить нам мебель. Вся эта процедура называлась безналичным расчетом.
Счастливые и довольные мы приплелись на работу. Я тут же села печатать платежки, уж очень хотелось поскорее покончить с нашими мебельными хлопотами. Рабочие уже почти закончили свою работу в кабинете шефа; уходя, они пообещали завтра отремонтировать и наш кабинет.
Опять за моей спиной негромко хлопнула дверь. Больше никогда не буду сидеть спиной к входящим: врагов нужно встречать лицом к лицу, тогда успеваешь собраться и дать достойный отпор.
— Добрый день, уже вернулись? Как успехи? (Это, несомненно, относится к Людмиле). Александра, скажите на милость, что вас заставляет жить на конюшне: тяга к острым ощущениям или извращенный вкус? (А вот это уже относится ко мне).
— Максим Николаевич, зачем вы так с ней разговариваете?
— Да будет вам известно, господин Алексеев, лошади, в отличие от людей, очень чистоплотные животные.
— Людмила, не надо поедать меня глазами, надеюсь, вы теперь сами убедились, что Александра в вашем заступничестве совершенно не нуждается.
— А что, вы теперь уже и шпионить за мной начали?
— Нет, просто один из наших клиентов содержит свою лошадь в конюшне, в которой вы обитаете. По утрам он катается в манеже и регулярно видит вас там.
— Ну и что? В угоду вашим клиентам я должна…
— По крайней мере, вести нормальный образ жизни, как все люди.
— Чем вам не нравится моя жизнь? И какое право вы имеете в нее вмешиваться?
Но он не стал меня слушать и обернулся к Людмиле, которая с возмущением на него поглядывала.
— Нечего на меня так смотреть, ты же сама жаловалась на пустоту в доме, вот и сдай одну комнату коллеге.
— Минуточку, если я еще буду снимать комнату, то мне никакой зарплаты не хватит, чтобы прожить, а еще долг вам отдавать придется.
— Этот вопрос можно решить немного по-другому. Что, если она будет у тебя убирать и готовить в оплату за проживание?
— Я согласна, — торопливо проговорила Людмила.
— Вы даже не выяснили, умею ли я готовить. Может быть я и не соглашусь еще.
— Научитесь, компьютер вы освоили в рекордно короткое время. А работа на кухне не намного сложнее.
Ого, мой начальник, похоже, впервые похвалил меня, если не считать, что только что продал меня в кабалу. Как это он быстро все решил за меня. Я все больше и больше запутываюсь в сети, им расставленной, затягивает, как муху в паутине.
— Александра, хватит мечтать…
— Меня зовут Саня, попрошу запомнить.
Он внимательно посмотрел мне в лицо и неожиданно быстро согласился.
— Хорошо, Саня. Только при клиентах я буду называть вас Александра Алексеевна, если вы не возражаете.
