«мертвая» зона — непростреливаемое пространство. корректировщики ушли наверх. Поднимался я тоже наверх — вид сверху просто дух замирает. Весь город виден. Видно, как продвигаются федеральные силы и где держат оборону боевики. Я быстро ушел с верхотуры. Минометный обстрел помешал моему эстетическому наслаждению.
Пока ходил — бойцы уже завалили и входы, и первый этаж. Готовили позиции на третьем этаже. Здесь нам опять рации не выдали и опять общение только через посыльных. Но у нас стационарная оборона и маневрировать нам не нужно. Задача у нас локальная — оборонять тыловую сторону института и блокировать боевиков в случае атаки через двор.
То, что здесь корректировщики для боевиков не секрет. Минометный обстрел не прекращается уже полчаса. Но мины нас не достают. Сверху этажи и крыша в фасад с миномета не попасть здесь нужно использовать ствольную артиллерию. Так что шума много толку для боевиков мало. Меня же заинтересовали люки во дворе института. После того как я видел как из такого же люка лезли боевики то сейчас пришла мысль — хорошо бы опередить боевиков и завалить чем то люки что бы вылезти невозможно было.
Взял с собой двух бойцов и вылезли на открытое пространство. Бегом — бегом привалили какими-то рельсами люки. Я нашел три люка и на каждый мы навалили по горе металла. Назад в здание еле успели. Только забрались по веревке на второй этаж — опять обстрел. Теперь мины падали и во двор. Институт теперь обстреливали со всех сторон. Но пока не пытались атаковать по земле.
К сожалению, боевики не оставили нам никаких запасов в здании института. Поэтому надо было, что-то придумать. Снабжать нас продуктами командование явно не собиралось. Впрочем командование вполне возможно и не знало о нас. Отправляли нас в этот институт в срочном порядке позывных нам не давали так что мы могли ждать продукты долго но так и не получить ничего.
Опять доклад сержанта — этот дед снова смотрит на институт. Смотрю в указанном направлении точно на углу слегка скрываясь за угловым домом стоит мужчина уже в годах в кожаном пальто и в папахе. Всё по местной моде как положено. Наблюдатель или любопытный. Надо проверять. Вызываю двух добровольцев на разведку. Идем мы втроем. Сержанта хоть он хотел идти со мной оставляю командовать обороной.
Подошли к угловому дому из за угла выглядывает папаха — видит нас и пытается убежать. Мы за ним. Дед нам попался шустрый догнали только у его дома он калитку открыть не успел на его плечах и зашли к нему в квартиру.
Обыскиваем деда и в карманах у него — бельгийский бинокль с дальномером и не простой на батарейках. Новая штука — у нас в войсках бинокли времен второй мировой войны. Бинокль я забрал себе. Обыскиваем квартиру ничего нет — как говориться хоть шаром покати. Но на столе стоит открытая банка тушенки и заваренный чай. Одному из бойцов говорю — посмотри номер квартиры и проверь в подвале загородку с таким же номером. Дед что то рычит на чеченском и кидается на меня. Но боец на страже и успевает подстрелить наблюдателя.
В подвале стоит несколько ящиков тушенки, пара ящиков хороших макарон и ящик чая. Бутилированная вода с десяток упаковок . Боевик мог на этих запасах долго продержаться. Теперь это наши трофеи. В три приёма всем составом перетащили к себе в институт. Втроём мы весь день таскали. У этого же боевика прихватили походную газовую печь с баллоном газа. Готовить надо на чем-то. Обстрел института становился все сильнее. Перерывы между обстрелами почти исчезли.
Несмотря на то, что мы завалили люки во дворе института. В соседних кварталах были такие же люки доступа под землю. И боевики вылезли в соседнем квартале и собрав силы атаковали нас.
Сопротивления боевики не ждали и спокойно вошли толпой во двор института и так и попали под плотный автоматно-пулеметный огонь. Бойцы уже были обстреляны и спокойно стреляли по боевикам. Закон войны они уже приняли для себя — либо стреляешь ты, либо убивают тебя. Жестокий закон, но верный.
патронов у нас было много спасибо боевикам они нам хороший запас оставили. Появились и у нас одноразовые гранатометы. Только стрелять из них пока только я умел. Но дело достаточно простое и остальные скоро научаться.
Атаку мы отбили, но этим не закончилось. На перекресток выехал танк и стал обстреливать институт. Хорошо что у танка не хватало места что бы стрелять по нашему третьему этажу. Но и когда танковый снаряд попадает через этаж над головой мало не покажется. Из танка боевики успели выстрелить только пять раз. Затем корректировщики навели артиллерию и танк ушел. Снаряды не достали до танка мешали здания. Но и нам танк не смог навредить.
Наши силы как бы уравнялись. Нас опять атаковали по земле. Но уже знали, что есть оборона и атаковали без фанатизма. Затем появились снайперы. Опять пришлось разводить костры что бы сбить прицел у снайперов. Один очень вредный снайпер подобрался уж очень близко и стал давить огнем. Но почему-то решил этот снайпер, что нам нечем ему ответить. Снайпер стрелял с одной позиции и не менял позицию почему-то. Мы снайпера засекли и то что он лениться и не меняет позицию тоже засекли.
Подготовили мишени и стали показывать в оконных проемах и пока снайпер азартно лупил по мишеням я с сержантом подобрались к снайперской позиции и закидали позицию гранатами и затем броском ворвались туда. Сержанта скрутило, и он долго блевал в углу. Меня тоже мутило. Снайпером была женщина и была она беременной. Как поняли — гранаты порвали тело снайпера и разорвали живот. Человеческий зародыш вырвало из живота вторым номером был чеченец. Ему просто оторвало пол туловища. Винтовку я забрал вместе с патронами. Еле донес обратно на нашу позицию. Винтовку пришлось долго отчищать от крови.
На прикладе я насчитал сорок две отметины. Сорок два бойца федеральных сил и это сделала беременная женщина. Что же она за зверь.
Глава 3
Ретроспектива.
Другой взгляд на незаконные вооруженные формирования Чечни.
Так называемые вооруженные силы Ичкерии по состоянию на лето 1994 года включали в себя танковый, артиллерийский и зенитно— артиллерийский полки, горно-стрелковую бригаду, мусульманский истребительный полк, два учебных авиационных полка, подразделения специального назначения и несколько учебных центров. В них насчитывалось 42 танка Т-62 и Т-72, 48 БМП, 30 БТР и БРДМ, 153 артсистемы
