– Ты кто? – спросил он.
– Мирана, сестра Эйнара.
– У Эйнара нет сестры.
– Я его сводная сестра. У нас разные отцы. Моим отцом был Аудин, а его Торсон.
– Ты выхаживаешь меня, чтобы он мог насладиться пытками.
Она промолчала, зная, что он прав, но выхаживала его отнюдь не ради этого. Она поднялась и сказала:
– Ты должен отдохнуть. Скоро я снова покормлю тебя. Хочешь бежать?
Рорик открыл глаза и уставился на нее. Его глаза были цвета безоблачного неба в разгар лета.
– Да, – буркнул он и снова закрыл глаза.
– Как тебя зовут, викинг?
– В этом нет тайны. Я Рорик Харальдссон.
– Зачем ты пришел сюда? Кто твой шпион? Почему ты хочешь убить Эйнара?
– Я не отвечаю на вопросы глупых женщин. Ты раздражаешь меня. Уходи.
Сквозь полуопущенные ресницы он видел, как напряглось ее лицо, когда она повторила его имя, но больше она не проронила ни слова. Что тут говорить? Было ясно, что он никогда не покорится, и она ничего не могла с этим поделать.
Она вернулась позже. Рорик не мог сказать, сколько прошло времени, потому что крепко спал.
Она принесла полную миску каши. Не проронив ни слова девушка села рядом с ним и принялась кормить. Насытившись, он просто отвернулся.
Когда он снова повернулся к ней, его взгляд был задумчивым.
– Я мог бы запросто задушить тебя, – сказал он – У тебя тонкая шея. Я скручу ее одной рукой. Ты будешь мертва, прежде чем люди твоего брата успеют тебя спасти Она рассмеялась, и Рорик оцепенел от неожиданности. Он был груб. и говорил жестокие вещи, зная, как придать своему голосу устрашающие ноты, но, тем не менее, она смеялась над ним. Рорик почувствовал, как в нем закипает злость. Его глаза недобро сузились.
– Ты считаешь меня слишком слабым, чтобы убить женщину? Такую ведьму, как ты? Девку Эйнара?
– Тебе не следовало этого говорить, викинг, – прошипела она.
Глава 3
Выхватив острый нож, Мирана приставила его к обнаженному горлу Рорика и слегка нажала.
– Скорее я убью тебя. Зря ты не воспринимаешь меня как возможного противника. Думаешь, я слабая и беспомощная, как все женщины, викинг? Я в считанные секунды могу перерезать тебе глотку, как цыпленку.
«Эти мужчины кичатся своей храбростью, даже когда беспомощно лежат в постели», – подумала она, тем не менее восхищаясь его отвагой.
– Ты просто девчонка, – буркнул он, все же не осмеливаясь пошевелиться, поскольку острие ножа было плотно прижато к его горлу. – Ты бы лучше беспокоилась о том, что у тебя между ног и как хорошо ты используешь это.
Острие ножа чуть надрезало кожу, и Рорик почувствовал горячую липкую кровь.
– Думаю, тебе стоит попридержать язык, викинг. Ты разозлил меня. Это глупо с твоей стороны, ведь я кормила и выхаживала тебя.
– Ты очень молода, – вдруг сказал он, взглянув на нее. Она была очень близко. Ее темно-зеленые глаза буравили его сквозь полумрак.
– Не так уж молода. Мне восемнадцать. В этом возрасте большинство девушек уже замужем и воспитывают своих детей. Но поскольку мне не нужен муж, я все еще свободна.
– Когда Эйнар женится, ты лишишься всего. Он будет рад выдать тебя за того, кто предложит ему большой выкуп.
Мирана еле заметно улыбнулась и покачала головой.
– Не думаю. Посмотрим. А до тех пор я здесь хозяйка и вольна делать что захочу.
– Ни один мужчина не захотел на тебе жениться. В этом все дело, не так ли? Еще бы! С твоим ножичком, болезненной гордостью и дурацким запугиванием. А может, ты девка Эйнара, и он будет держать тебя при себе, пока ты ему не наскучишь?
Девушка снова рассмеялась, и Рорик почувствовал, что давление ножа чуть ослабло.
– Тебе следует выбирать слова, викинг, по крайней мере пока ты лежишь на спине. Я удивляюсь, как ты до сих пор жив. У тебя, наверное, целый легион заклятых врагов, мечтающих перерезать тебе глотку. Я могу сделать это немедленно, пора бы понять это. Приди в себя. Ты недооцениваешь мои способности. Это ошибка многих мужчин. Прекрати оскорблять. Сколько тебе лет?
– Двадцать пять. – Какое-то мгновение он был ошарашен тем, что вдруг ответил ей. – Я сказал тебе правду. У тебя нежные руки и голос, но ты связана кровным родством с этим подлым ублюдком. Ну хорошо, я верю тебе, что ты не спишь с ним. Но лучше бы ты была его девкой, тогда бы я только посочувствовал тебе. Но нет же, в тебе течет его дрянная кровь. Возможно, я убью и тебя, после того как отправлю его в ад.
– Попробуй, – бесстрастно сказала она. Он нахмурился.
– Ты выходила меня. Я чувствовал твои руки на своем теле. Ты обтирала меня влажной тканью, чтобы сбить жар. Я слышал твой голос. Ты сказала, что кормила меня, когда я был в забытьи. Зачем все это?
– Не знаю. – Как она могла признаться ему, что если бы не выходила его, то умерла бы от тоски. Просто она не видела для себя другого выхода, но не могла сказать ему об этом.
Взглянув на Рорика, Мирана поняла, что он снова собирается сказать что-то оскорбительное, и быстро проговорила:
– Не могу видеть, как страдают животные.
Мирана заметила, как от злобы заходили его желваки. Это рассмешило ее, а он еще больше распалился.
– Ты вынуждаешь меня ударить тебя, леди? Ты хочешь, чтобы я убил тебя прямо сейчас?
Не успев договорить, он вновь почувствовал впившееся в кожу острие ножа и потекшую по шее липкую кровь. «Пусть она почувствует себя хозяйкой положения, – замерев, подумал он. – Пусть чувствует свое превосходство и кичится своей дурацкой удалью. Я не прочь проучить ее. Она сестра Эйнара. В ней течет его кровь».
– Ты не убьешь и мышки, пока я не позволю тебе сделать это, – сказала она. – Ты будешь лежать здесь, а я ухаживать за тобой, пока ты не предпочтешь мне одну из наложниц Эйнара. Они тихие и покорные, как овечки. Мой брат любит пустоголовых дурочек, расхваливающих его совершенство. Они раздевали и купали тебя, когда ты был без сознания, и остались очень довольны. Я слышала, как они восхищались твоим телом, рассказывая о том, до каких невероятных размеров увеличилась твоя плоть, когда они купали тебя. Думаю, они сравнивали тебя с Эйнаром, и боюсь, это сравнение было не в его пользу. Разумеется, они очень глупы.
– Я не помню этого, – нахмурившись, произнес он, поняв вдруг, что лежит совершенно голый под шерстяным одеялом. – Ты прикасалась ко мне?
– Я обмывала тебя до пояса. Меня не интересует твое тело, как тех двоих, что распускают слюни, даже когда говорят о тебе.
– Ты вообще не интересуешься мужчинами? Может, ты и вправду ведьма?
– Какое тебе дело? Ты должен поспать. Мой брат возвращается завтра. Тогда ты станешь его пленником, а не моим.
– Я никогда еще не был в плену у женщины, – ответил он.
