Продолжим пример с арестованными. Сидят они, думают, а в камере появляется мрачный такой пахан и ненавязчиво так говорит "за жизнь" на тему "Не люблю тех, кто сотрудничает с полицией. Вот так не люблю, так не люблю, что как узнаю - сразу топлю в параше. Вот такой я непосредственный".
И под воздействием такой тоталитарной угрозы насилия выигрывают оба арестованных, что характерно.
Важно: выбирающих решение может быть много. Девяносто девять заключенных молчат, один всех заложил - все. И с ним ничего нельзя сделать предварительно, даже если он заявляет о своем намерении: это будет насилие!
Но уголовники - это так, для наглядности. А если на страну напали оккупанты?
С одной стороны - всем надо идти защищать Родину. Но, с точки зрения либерализма, принуждать никого нельзя, если не подписал контракт, прямо это обязывающий. И, понятно, риск большой…
Процитирую на эту тему LJ scholar_vit:
"Дело в элементарном выживании. Чтобы понять это, рассмотрим следующую ситуацию. Мне, правда, кажется, любезный читатель, что тебе уже стало скучновато. Ладно, расскажу тебе сказку.
Племя диких мизесов собралось у костра. Все знали, о чем разговор: у их пещеры обосновался лев, таскавший зазевавшихся мизесов. Как с ним бороться, племя знало: мужчины племени окружали льва и стучали в барабаны. Рассердившийся лев прыгал и напарывался на копье, выставленное загонщиками. Дело было опасное: часто лев успевал убить охотника до того, как попадал на копье. Но сделать это было надо, и притом всем вместе: в бою со львом один на один у мизеса шансов не было, а если льва не убить, то он постепенно съест всех. На львов охотились не впервые, и каждый раз перед охотой проводился ритуал Добровольного Согласия. Каждый взрослый мужчина по очереди выходил к костру и говорил: "Если все пойдут, то и я пойду. Моя клятва вступает в силу, когда все ее произнесут". И когда последний мужчина произносил клятву, все вставали и шли на охоту. Это был очень важный ритуал: мизесы ненавидели насилие, и никогда не использовали его друг против друга. Поэтому на охоту можно было пойти только добровольно.
Но сегодня отлаженная церемония дала сбой. Фон Хайек, подойдя к костру, сказал:
- У меня плохой запах. Все в племени это знают, - женщины племени согласно закивали. - Льву он тоже не понравится. Так что меня лев не съест. А вот если я буду у него над ухом в барабаны бить, может и задрать. Я не иду на охоту.
Что было делать племени? Фон Хайек мог быть прав, а мог быть и нет: никто не знал, как именно лев относится к запахам. Но это и неважно. Важно то, что теперь все мужчины племени были освобождены от клятвы.
Кое-кто предложил, чтобы на охоту пошли только те, кто хочет избавиться от льва. Но это тоже не имело особого успеха: все мужчины немедленно обнаружили у себя плохой запах.
Впрочем, даже если бы добровольцы нашлись, ситуация не улучшилась бы. Этого льва они бы убили, но стало бы ясно, что альтруистическое поведение не способствует выживанию его носителя. Тут даже не важно, задается альтруизм наследственностью или воспитанием, геном или мемом: в племени диких мизесов у альтруиста больше шансов погибнуть, а потому через пару поколений добровольцев бы точно не нашлось.
Так погибло гордое племя диких мизесов.
А как эта проблема решалась не в сказке, а в жизни? Как выходили из положения люди, а не мизесы? Известно как: сильно хитроумный получал затрещину, после чего шел охотиться на льва. Собственно, с этой затрещины и началась история человека как общественного животного. В этой истории было много грязи, много крови, много жестокости и глупости. Но это наше наследство. Либертарианцы хотят отказаться от наследства. Для них история есть ошибка. Это их право, конечно - но тогда непонятно, почему они считают возможным жить в цивилизации, на этой ошибке основанной.
…Логика - это мясорубка. Она перемалывает заложенные в нее аксиомы. И если заложить гнилье, то вкусной колбасы на выходе не получишь. А основная аксиома либертарианцев: человек есть рациональное создание, принципиально непостижимое для других людей, знающее, что для него хорошо, соблюдающее свое слово и уважающее частную собственность, - не соответствует действительности".
Даже на бытовом уровне неприменимость принципов либерализма очевидна, стоит хоть чуть задуматься.
Скажем, в некоей квартире жилец разводит тараканов, клопов, блох и так далее. Согласно либерализму, что-либо предпринять можно лишь тогда, когда набеги насекомых на соседние квартиры уже начнутся. И сравните КПД действий: когда легче провести дезинсекцию, как только обнаружится нечистоплотность соседа или когда килограммы шестиногой живности перестанут помещаться в исходной квартире?
Я в данном случае - за тоталитаризм санинспектора, и плевать мне на "неотъемлемые права личности" завшивленного соседа. Ратующие за его свободу самому принимать решения могут поселить его к себе в квартиру.
Для либерализма имманентно присуще двуличие.
Либералы всегда выступают за свободу - но не за любую свободу, а лишь ту, которая не мешает либерализму. В противном же случае они становятся крайними тоталитаристами с ходу - в тюрьму всех противников свободы!
А, главное, заявляемое главенство свободы в их системе - фикция.
У либералов индивид никогда не рассматривается сам по себе, как отдельная личность. К этому всегда прилагается частная собственность - даже если ее фактически нет, она просто приравнивается к пренебрежимо малой величине, и "теоретически" она все равно есть.
Личность для либерала - это не мыслящий и чувствующий индивид, а лишь субъект, имеющий право владеть чем-либо и реализующий это право.
Важно понимать, что частная собственность - это вовсе не категория отношения между индивидом и неким объектом. Если нет других людей - то какое значение, принадлежит ли что-либо юридически субъекту или нет?
Частная собственность - это именно что категория отношений между людьми! Если нечто мое - то я не просто могу им воспользоваться, я разрешаю или не разрешаю пользоваться этим другим. Самому объекту невозможно что-либо запретить/разрешить - это лишь инструмент.
Частная собственность всегда есть ограничение чужой свободы!
Важно: речь идет не о личной собственности, а именно о частной - причем на то, что не требуется [в значительном размере, по крайней мере] иметь в личной. Те же пресловутые средства производства, к примеру.
Нельзя забывать, что возможности реализации свободы зависят от ресурсов, и многие корпорации уже имеют ресурсов больше, чем некоторые страны.
"Мы, либералы и прогрессисты, знаем, что бедняки равны с нами во всех отношениях, если не считать того, что они нам не ровня" (c) Триллинг Лайонел
Либерализм последовательно противостоит национализму: либерализму нужен весь мир как торговый рынок и источник ресурсов, а население - лишь в роли потребителей, ну и для маскировки - как электорат.
Либерализм последовательно противостоит социализму: либерализм против патернализма и за социал-дарвинизм.
Сегодня, когда при помощи либеральной революции начала 90-х годов власть в России захватили откровенные антинациональные силы, под либерализмом следует понимать систему взглядов, защищающую бандитов, мошенников, предателей, извращенцев от негативного отношения населения. Либерализм защищает свободу олигархов и чиновников грабить и обманывать, и при этом игнорирует права человека труда защищать свои интересы.
Либерализм - идеология, наиболее вредоносная для России.
Есть два сорта граждан, называющих себя либералами.
Первые - это космополиты, поборники толерантности и мультикультурализма. Они рады всем иностранцам без разбору, благословляют гастарбайтеров и чуть ли не считают не-белый цвет кожи универсальной индульгенцией.
Вторые же ровно наоборот: заявляют, что либерализм - он не для всех, а только для белых, для европейцев, а прочие пусть прозябают во тьме и нищете. И даже среди белых некоторые равнее, чем другие.
Обе группы объединяет ярко выраженная русофобия. Только первые называют русских "фашистами", а вторые "азиатчиной". Которые гаже? Как говорится, "оба хуже". Для них само существование большой, сильной и самостоятельной России - недопустимое безобразие.
Примечание: сейчас пытаются продвинуть либератарианцев вместо либералов. Мол, либералы себя скомпроментировали, а вот есть такие правильные либертарианцы, они за свободу по-правильному!Суть - ровно та же самая, как ее не маскируй: как можно больше вседозволенности частному капиталу!
Как верно заметил А. Панарин, такие понятия классического либерализма, как гражданская самодеятельность и ответственность, гражданская самоорганизация, по понятным причинам считаются небезопасными применительно к народам, которых хотят лишить суверенитета. Поэтому акцент делается на меновой теории. Нацию хотят превратить в неорганизованный конгломерат безответственных менял, которые выносят на рынок, организованный победителями, все, запрашиваемое внешними заказчиками.
