class="p1">1904,
27 января. Нападение японских кораблей на русскую военную эскадру. Начало русско-японской войны.
1905, 23 августа. Подписание в Портсмуте (США) мирного договора между Россией и Японией.
1907, 18 августа. Подписание русско-английского соглашения, приведшего к созданию Антанты и включению в нее России.
16 октября. Подписание Россией и Германией Балтийского протокола. Признание Россией независимости Норвегии, связанной до 1905 года унией со Швецией.
1909, 11 октября. Подписание русско-итальянского договора, предполагавшего открытие проливов Босфор и Дарданеллы для русских военных кораблей.
1910, 6 августа. Заключается Потсдамское соглашение между Россией и Германией, признающее Северный Иран сферой русских интересов.
1913, 23 октября. Заключение китайско-русского договора, признающего независимость Монголии.
1914, 18 июля. Предъявление ультиматума России со стороны Германии.
19 июля. Германия объявляет войну России.
20 июля. Манифест Николая II о начале войны с Германией.
24 июля. Австро-Венгрия объявляет войну России.
26 июля. Манифест Николай II о начале войны с Австро-Венгрией. 23 августа. Декларация правительств России, Великобритании и Франции о взаимных обязательствах не заключать сепаратный мир.
1916, 29 ноября. Заявление германского канцлера на заседании рейхстага о готовности начать мирные переговоры.
2 декабря. Выступление в Государственной Думе министра иностранных дел России Н. Н. Покровского с речью о недопустимости мира без победы.
2
КЕРЕНСКИЙ АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ —
МИНИСТР — ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ВРЕМЕННОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА РОССИИ
(8 ИЮЛЯ — 25 ОКТЯБРЯ 1917)
Второго июля 1917 года Временное правительство заседало на квартире его председателя князя Георгия Евгеньевича Львова. Обсуждался вопрос о взаимоотношениях с Украиной. Предполагалось подготовить для прибывшей из Киева специальной делегации Декларацию правительства по украинскому вопросу.
Обсуждение было бурным. Входившие в состав Временного правительства представители партии кадетов усмотрели в проекте Декларации попытку предоставить Украине автономию, не дожидаясь созыва Учредительного собрания. Они посчитали это недопустимым.
Кадеты недолго пошушукались у окна домашнего кабинета князя Львова и, пройдя в столовую, снова уселись за длинный обеденный стол, заваленный кипами бумаг. За ним обычно заседали приглашавшиеся к князю министры. Дождавшись внимания присутствующих, Андрей Иванович Шингарев, занимавший пост министра финансов, решительно поднялся и, обращаясь к главе правительства, нарочито громко заговорил:
— Уважаемый Георгий Евгеньевич! Я вынужден сделать наше официальное заявление: мы, представители партии конституционных демократов, убеждены, что позиция правительства по украинскому вопросу является глубоко ошибочной. Мы считаем, что наша делегация, которая вела переговоры в Киеве с представителем Центральной рады профессором Грушевским, превысила свои полномочия. Она должна была вести лишь предварительные переговоры и не имела полномочий заключать каких бы то ни было соглашений с Центральной радой. Ни Ираклий Георгиевич Церетели, ни Михаил Иванович Терещенко, ни тем более Александр Федорович Керенский, являющийся министром юстиции, не имели никакого права этого делать…
— Позвольте, позвольте, — быстро прореагировал Керенский, — я в состав делегации не входил и вел переговоры в Киеве по собственной программе. Не могу принять ваших обвинений на свой счет.
— Входили или не входили, — невозмутимо продолжил Шингарев, — а то, что без ведома Учредительного собрания открыли дверь для автономии Украины — это и Ваша, так сказать, «заслуга». Мы, министры, представляющие в правительстве партию народной свободы, только что проголосовали против Декларации по украинскому вопросу. Да, мы остались в меньшинстве, но это — честное меньшинство, не нарушающее компетенции Временного правительства. Исходя из сказанного, объявляю, что мы не намерены мириться с юридически ущербными действиями нашего кабинета и заявляем о своей отставке.
Шингарев, поспешно засунув в портфель стопку каких-то бумаг, величественно направился к выходу. За ним со словами: «Мы с Вами, Андрей Иванович!» — к двери двинулись министры Некрасов, Мануйлов, Шаховской.
Керенский проводил их иронической фразой:
— Решили выйти из-за стола и заодно из правительства.
Отставка министров из числа кадетов стала катализатором июльского кризиса в стране. Своим демаршем кадеты рассчитывали побудить эсеров и меньшевиков, входивших во Временное правительство, согласиться ради сохранения коалиции с ними на жесткие меры в отношении вооруженных рабочих северной столицы и революционно настроенных частей Петроградского гарнизона. Сознательно обостряя ситуацию, кадетские лидеры по существу подтолкнули сочувствовавшие большевикам силы к выступлению против терявшего свои позиции правительства в надежде на установление единовластия Советов.
Уже 3 июля в Петрограде вспыхнули стихийные антиправительственные выступления, манифестации солдат и рабочих, послышались одиночные выстрелы. На следующий день демонстрации продолжились. Огромная колонна численностью свыше 400 тысяч человек (а но некоторым данным — до 500 тысяч) двинулась по Невскому проспекту к Таврическому дворцу, где заседал Центральный исполнительный комитет рабочих и солдатских депутатов.
На углу Невского и Садовой демонстрация была расстреляна. Стреляли по манифестантам и в других районах столицы. В итоге свыше 700 человек были убиты и ранены.
К вечеру 4 июля вызванные в Петроград войска и верные правительству части столичного гарнизона овладели положением. Пятого июля в Петрограде было введено военное положение.
Временное правительство объявило события в столице «заговором большевиков», пытавшихся захватить власть, хотя на самом деле те вынуждены были лишь возглавить революционные выступления, возникавшие в большинстве случаев стихийно. Большевики считали, что они еще не готовы удержать власть. И все же основной удар при наведении порядка в столице был нанесен именно по ним.
Сложилась ситуация, которую принято считать концом двоевластия. Действительно, власть в значительной степени сосредоточилась в руках Временного правительства. Однако само правительство раздирали глубокие противоречия.
Они вовсю выплеснулись на заседании 7 июля 1917 года, посвященном обсуждению очередной правительственной декларации, подготовленной А. Ф. Керенским. В ней Александр Федорович предложил распустить Государственную Думу, Государственный Совет и уделить в деятельности правительства значительное внимание решению аграрных вопросов.
Когда Керенский стал уже в который раз настаивать на принятии этих пунктов, глава правительства князь Георгий Евгеньевич Львов, медленно вытерев слезившиеся глаза, негромко сообщил опешившим министрам: с предложениями Александра Федоровича он категорически не согласен и вынужден уйти в отставку с поста министра-председателя. Тут же он добавил, что своим преемником рекомендует самого Керенского.
Вскоре по Петрограду распространились слухи, что в неофициальной обстановке князь Львов так пояснил истинные мотивы своей отставки:
— Я вынужден был уйти, потому что мне ничего другого не оставалось. Для спасения положения надо разогнать Советы и стрелять в народ. Я не могу этого сделать, а Керенский может, он способен разрушать.
Восьмого июля Александр Федорович Керенский официально стал министром-председателем Временного правительства. Свершилось то, о чем он не уставал мечтал начиная с первых дней Февральской революции. Причем с подачи капитулировавшего ЦИКа Советов рабочих и крестьянских депутатов нового премьера стали помпезно именовать главой «правительства спасения революции».
Оказавшись во главе кабинета министров, Керенский предпринял активные переговоры о создании обновленной правительственной коалиции. Он
