Читаем без скачивания Жизнь замечательных детей - Люся Лютикова

Впрочем, детки у Женьки замечательные. Старшей дочери Оле уже четырнадцать, она просто идеальный ребенок: послушная, аккуратная, отличница и красавица. Следующий по списку — третьеклассник Игорь, мальчик непоседливый и шкодливый, но с добрым сердцем. Младшие — двухлетние близнецы, крестной матерью одного из которых я и являюсь. Собственно, отсюда происходит наше с Женей кумовство.

— Как поживает Ларик? — задала я вопрос, уже ставший ритуальным. Я всегда первым делом интересуюсь своим крестником.

Здесь надо сделать одно лирическое отступление. Моего крестника зовут Илларион, а его брата — Макар. Что заставило родителей назвать ни в чем не повинных младенцев таким странным образом, остается для меня загадкой. Сами они ссылаются на каких-то прадедушек, проживших замечательную жизнь с подобными именами. А также на то, что Макар в переводе с древнегреческого означает «блаженный, счастливый», а Илларион — «веселый, радостный». Это, конечно, прекрасно. Но я даже боюсь себе представить, какие прозвища будут давать детям в школе. Особенно если учесть, что фамилия у двойняшек тоже не самая рядовая — Стецюра.

— Ларик поживает прекрасно, поправился на килограмм, — отрапортовала Женька. — А вот Макарушка по-прежнему плохо кушает.

— Ларик — молодец, весь в меня, — похвалила я. — Ну а Макар пошел в свою крестную.

Второе лирическое отступление. Как вы понимаете, крестных матерей у близнецов должно быть две, у каждого ребенка — своя. Когда Женька оправилась после родов и решила крестить младенцев, она предложила мне стать крестной матерью:

— Выбирай любого малыша.

Имя Макар у меня стойко ассоциируется с пословицей про телят, поэтому я предпочла взять себе близняшку с более благозвучным именем. В результате Макар достался Варваре, второй крестной.

Мы с Варей полные противоположности как внешне, так и внутренне. Я, если помните, полная блондинка, а она — худая брюнетка. Я, хотя и крещеная, в церковь почти не хожу, зато Варвара чуть ли не ежедневно бегает к заутрене и соблюдает все религиозные обряды и предписания. Я задавалась вопросом: интересно, отразится ли эта разница на наших крестниках? И каким образом?

Результат оригинального эксперимента не заставил себя долго ждать. Илларион, который родился вторым и весил меньше своего брата, сразу же после обряда крещения начал набирать вес. Теперь он выглядит просто как реклама счастливого младенца в телевизоре: круглые щечки с ямочками, пухленькие ручки и ножки. Одно удовольствие смотреть, с каким аппетитом Ларик уплетает манную кашку. И за ним нужен глаз да глаз, он ни минуты не сидит спокойно, норовя схватить все, что попадается ему на пути. А вот Макар к еде равнодушен. Это задумчивый ребенок, в его огромных голубых глазах всегда мечтательное выражение. Он может часами сидеть на одном месте, разглядывая цветок или картинку. В общем, разница налицо: Ларик — прагматик, прочно стоящий на ногах, а Макарушка — тонкая и поэтическая натура. Надеюсь, это позволит им в будущем прекрасно уживаться друг с другом.

— Люсь, — вернула меня ко дню сегодняшнему Женя, — а у меня новость. Мы с Денисом собираемся поехать отдыхать.

— Здорово! — обрадовалась я.

Давно пора было. На моей памяти Женька со своим мужем Денисом никогда не отдыхали вместе. Если кто-то из них и выезжал за пределы Москвы, то второй должен был остаться, чтобы присмотреть за детьми. Да и куда бы они могли поехать на зарплату Дениса? Разве что прокатиться на электричке всей семьей.

— А куда отправляетесь? В Ровно?

На Украине живет мама Жени, каждое лето она принимает у себя старших детей. Но сейчас начало сентября, каникулы закончились — какие могут быть путешествия к бабушке?

— Нет, едем на неделю в Аргентину.

— А почему именно туда?

— Да мы не выбирали. Купили детям мороженое, а под оберткой оказался приз — романтическая поездка на двоих. Представляешь? Ну, думаем, наверное, обманут, ничего нам не дадут. Или начнут деньги выманивать: мол, бесплатно только экскурсионное обслуживание, а за билеты и гостиницу надо платить. Но, оказывается, еще остались честные розыгрыши. Турфирма буквально за неделю оформила наши документы и ни копейки не взяла. Мы до последнего момента не верили в происходящее, пока собственными глазами не увидели визы и авиабилеты.

— Слушай, как же я за вас рада! Когда выезжаете?

— Вообще-то планировали сегодня вечером, — осторожно ответила кума.

— А дети с кем остаются? С Дианой Александровной?

Диана Александровна — это Женькина свекровь. Она принципиально не сидит с внуками. «Я еще слишком молода, чтобы превращаться в няньку», — говорит эта 62-летняя энергичная дама и отправляется на выставку художника-авангардиста, смотрит нашумевшую театральную постановку или просто перечитывает Конан Дойла. И уж пусть моя кума не обижается, но этим своим разумным эгоизмом Диана Александровна мне чрезвычайно симпатична. Многим российским женщинам следовало бы брать с нее пример. Скажу честно: у меня сердце кровью обливается смотреть на иных бабушек, превратившихся в бесплатное приложение к своим внукам. Смысл их существования сводится к тому, чтобы накормить, обстирать, посадить на горшок, вытереть попу… — и порой все это длится до совершеннолетия отпрыска. Жизнь и так слишком коротка, преступно тратить ее на пеленки и кастрюли.

Так что, в общем и целом, я одобряю политику Дианы Александровны. Но сейчас особый случай, может быть, бабушка сделает исключение из правил?

— Сначала свекровь согласилась посидеть с детьми, — угрюмо отозвалась Женька. — С большим скрипом, но дала согласие. Но сегодня утром она поскользнулась на улице. Говорит, не заметила арбузную корку. Результат — трещина на предплечье, руку по локоть закатали в гипс. Я подозреваю, что она это сделала нарочно, — чтобы на нее не навесили внуков. И специально поранила именно правую руку. А может, вообще не было никакого падения. Свекровь могла пойти в травмпункт и за небольшую мзду попросить наложить гипс. Теперь она, естественно, отказывается от своего обещания. «Мне бы кто помог! — стонет. — Как я буду с одной рукой управляться?» А чего ей управляться? Страницы детективов переворачивать тяжело, что ли?

В голосе кумы звучала открытая неприязнь. Я решила не углубляться в сложные взаимоотношения невестки со свекровью и поинтересовалась:

— Так что же вы будете делать? На кого оставите отпрысков?

— Вот по этому поводу я тебе и звоню… — Женька замялась, а потом на одном дыхании выпалила: — Может, ты присмотришь за ними?

Я мгновенно подскочила на кровати, от ужаса у меня даже перестала болеть голова.

— Да ты что?! Я не смогу! Я же не умею обращаться с детьми!

— Ты справишься, ничего в этом сложного нет, — принялась убеждать меня подруга. — Не пройдет и суток, как ты во всем разберешься.

— Нет, Жень, я не могу. Попроси кого-нибудь другого. Варю, например…

— У Вари своя семья, муж и ребенок, — напомнила мне кума. — Да и у других тоже. Ты одна свободна, как птица, и можешь сорваться из дома в любую минуту.

— И не проси! — отрезала я. — Ладно бы один ребенок, а то четверо! Нет, нет и нет!

— Господи, да какие там четверо? Оля уже большая, с ней никаких хлопот. Игорек в школе до пяти вечера, в группе продленного дня. А близнецов можно отдать в ясли. У нас в подъезде живет нянечка, которая в яслях работает, я с ней договорилась, что следующую неделю они будут там. Надо только с утра их отводить, а вечером забирать. Днем ты будешь абсолютно свободна! Все-то и надо неделю продержаться.

Да нет, это все несерьезно. Я не возьму на себя такую ответственность. Господи, да я даже со своей кошкой не могу справиться! Подлое животное пристрастилось гадить в кресле, и ничем — ни битьем, ни лаской, ни воспитательными беседами — я не могу ее от этого отучить. А тут — живые дети!

— А что они будут есть? Я ведь совершенно не умею готовить!

— Оля тебе поможет. Она все умеет: и готовить, и стирать, и за малышами присматривать. Ты просто будешь ею руководить. Ну и потом… Диана Александровна обещала проведывать внуков. Зайдет, начнет раздавать тебе ценные указания, еще будешь мечтать от нее избавиться! — Кума захихикала.

Я чувствовала, что для Женьки это дело уже решенное. Нет, надо бороться!

— Ты же мать! Как ты можешь доверять детей неопытному человеку? — попыталась я устыдить подругу.

— А ты крестная мать, — отбила Женька. — Когда ты в последний раз проведывала своего крестника?

Я попыталась вспомнить. Вроде бы полгода назад. Нет, даже больше: на Новый год. А если сейчас начало сентября, то получается, что я подарила Ларику огромного плюшевого медведя восемь месяцев назад. Это, конечно, безобразие — так забрасывать крестника. Живем в одном городе, всего-то в полутора часах езды. Да, нехорошо, тетя Люся, очень нехорошо…