Читаем без скачивания Жизнь замечательных детей - Люся Лютикова

— Вообще-то это дополнительные занятия для беженцев, — объяснила мне Оля, заваривая чай. — У нас в школе много чеченцев учится, дагестанцев, даже цыгане есть. Они совсем плохо читают, вот их и натаскивают.

— А Игорьку это зачем?

— А ему просто нравится читать, он книги любит, поэтому ходит за компанию.

Похвальное, конечно, увлечение, я тоже считаю, что хорошая книга — это лучший отдых. Но для меня это именно отдых, вставать ни свет ни заря я бы не стала даже ради Джерома Сэлинджера (а уж на что я его обожаю!). В моей душе шевельнулось нечто, похожее на восхищение.

— На, — я протянула ребенку бутерброды с сыром, — почти гренки. Вот еще яблоко и питьевой йогурт. Съешь на перемене, ладно?

Игорек кивнул.

— Какую книгу вы сейчас читаете?

— «Дядю Федора».

Не знаю такую, совсем отстала от жизни.

— Ну, давай я тебя поцелую. Хороший мальчик.

Я чмокнула его в мягкую щеку, и он умчался.

Я поволокла малышей на кухню, с радостью отметив, что Оля уже накрыла на стол. Прошел всего лишь час, а я уже чувствовала себя выпотрошенной, словно тушка бразильского бройлера. Что же будет дальше? Зато близнецы были бодры и радостно выплевывали каждую вторую ложку йогурта на свои слюнявчики.

— Тетя Люся, а чего ты их все время за собой таскаешь? — спросила девочка, кивая на братьев.

— Ты что! А как же иначе? За ними глаз да глаз нужен!

— Вообще-то иногда мама оставляет их одних в комнате. Они там спокойно играют, и ничего не случается.

— Да? — заинтересовалась я. — Буду знать.

— А Пайсу будем кормить? А Черныша? К нему теперь не подберешься…

Услышав свое имя, Пайса замяукала с удвоенной силой. Вчера бедному животному досталось. Сначала ее потаскал за хвост Игорек. Не успела я ее у него отобрать, как Пайсу принялись трепать близнецы. Вырвавшись из их цепких ручонок, кошка взобралась на шкаф, где на нее набросился хозяйский кот Черныш. Абсолютно черный, короткошерстный и с янтарными глазами котяра стал посягать на ее девичью честь. Тут у Пайсы сдали нервы, и она из ласкового животного превратилась в фурию. Душераздирающе воя, она заехала когтистой лапой Чернышу по носу. Кот позорно бежал на кухню, где спрятался за плитой. Со вчерашнего вечера он безвылазно там сидит и не подает голоса. Наружу выглядывает лишь черный хвост. Судя по его нервным движениям из стороны в сторону, Черныш до сих пор не отошел от шока.

Сначала я насыпала сухой корм в миску Пайсы, а потом стала кидать мясные подушечки Чернышу сверху за плиту. Кот никак на них не отреагировал. Ладно, решила я, захочет есть — сам выберется.

Пайса так энергично накинулась на еду, что я вспомнила про хомячка Пуха. Пух формально принадлежит Оле, и поэтому его клетка стоит около ее кровати. Я сказала девочке:

— Ты следи за хомяком, мало ли что…

Она поняла мой намек, побледнела и побежала проверять, хорошо ли закрыта клетка.

Так, осталось совсем немного. Сейчас Олечка уйдет в школу, я одену близнецов и отведу их в ясли. И буду абсолютно свободна до вечера. В принципе, все оказалось не так уж и сложно. Думаю, я с блеском выдержу испытание. Люся Лютикова — прирожденный воспитатель и мудрый наставник молодежи.

— Теть Люсь, а мне надо сдать деньги на экскурсию… — напомнила Оля.

Точно. Уезжая, Женька вручила мне деньги. Немного, всего лишь 200 долларов. Но это было все, что осталось в этом месяце от получки Дениса после выплаты арендной платы за квартиру и покупки кое-какой бытовой химии. Семья Стецюра живет от зарплаты до зарплаты, по-другому просто не получается.

Сначала я стала отказываться от денег: мол, как-нибудь прокормлю детей, только что получила аванс, лучше возьмите доллары с собой в Аргентину — пригодятся. Кума возразила: более вероятно, что они пригодятся здесь. Каждый день детям надо покупать свежие молочные продукты, овощи и фрукты. К тому же возможны всякие непредвиденные траты. Дети имеют привычку болеть, а участковая врачиха без коробочки конфет даже за стетоскоп не возьмется. И уж обязательно деньги потребуются на школу: завтраки, экскурсии и просто поборы без определенной цели, которые, по сути, являются завуалированной взяткой классной руководительнице. Вздохнув, я положила Женькины деньги к себе в кошелек, уверенная, что не потрачу из них ни копейки.

И вот — пожалуйста, кума оказалась права. Не прошло и суток, как начались траты. Я отправилась за сумкой. Она висела в коридоре, там, где я ее вчера оставила. В поисках кошелька я принялась рыться во всех отделениях, но безуспешно. Тогда я вывалила содержимое сумки на тумбочку. Хм, ничего не понимаю. Неужели?..

— Кошелек украли, — прошептала я.

Мы с Олей посмотрели друг другу в глаза и одновременно сказали:

— Я знаю, кто это сделал.

Глава 5

Вчера вечером в квартиру позвонили. Прошел всего час с того момента, как Женька с Денисом уехали в аэропорт. У меня даже мелькнула мысль, что у них что-то сорвалось и они вернулись. Я бросилась открывать дверь.

На пороге стоял мужик в строительном комбинезоне, заляпанном краской. На голове у него красовалась пилотка из газеты.

— В вашем подъезде начинается ремонт, — равнодушно сообщил мужик.

Я смутно вспомнила, что действительно видела на первом этаже деревянную стремянку, всю в краске, и старое ведро с побелкой.

— А я тут при чем? — так же равнодушно отозвалась я.

— У вас тут красить или как? — И маляр обвел взглядом предбанничек на две квартиры, особенно пристально задержавшись, как мне показалось, на коляске близнецов. — Если надо, то обеспечьте завтра доступ рабочим.

— Ой, даже не знаю, — растерялась я.

Мне, в принципе, до лампочки. Женьке, я думаю, тоже, поскольку эту квартиру они снимают. Но вот что скажут соседи?

Я позвонила в соседнюю дверь. Сначала раздался собачий лай, а потом дверь открыла женщина лет под сорок в банном халате и с полотенцем на голове.

— В вашем подъезде начинается ремонт, — повторил маляр.

— А я тут при чем? — раздраженно отозвалась соседка, отгоняя ногой собаку от двери. Породу мне рассмотреть не удалось.

Я решила внести в диалог некоторое разнообразие:

— Он хочет знать, надо ли красить в предбанничке.

— Так, значит, придется убирать отсюда вещи? И куда же я все это дену? — возмутилась женщина и обвела рукой велосипед и мешки с картошкой. — Между прочим, один мешок — ваш.

Наш? Очень кстати. Значит, картошку мне покупать не придется. Вот только заносить грязный мешок в квартиру мне совершенно не хочется. Опять же коляску некуда приткнуть, честное слово.

— Нет, у нас красить не надо, — решительно сказала женщина.

Я поддержала ее радостным кивком. Мужик никак не успел отреагировать, потому что в этот момент собака — а это оказалась такса — прошмыгнула между ног хозяйки и с оглушительным лаем бросилась прямиком в мою раскрытую дверь.

Почти сразу же раздался душераздирающий кошачий вопль и детский визг. Я кинулась вслед за таксой, за мной поспешила соседка, а маляр замыкал процессию.

В большой комнате перед нами предстала потрясающая картина. Пайса сидит на люстре, выгнув спину и издавая шипение. Такса с омерзительным лаем прыгает внизу, пытаясь достать своими короткими лапами кошку. Оля зажимает руками уши, близнецы синхронно ревут, а Игорек радостно наблюдает за происходящим.

Соседка подскочила к своей псине и схватила ее на руки.

— Бедняжка, испугали тебя, моя деточка, — стала приговаривать она, ласково поглаживая таксу по длинному туловищу. Такса сучила в воздухе лапами, не оставляя своих гнусных попыток добраться до Пайсы.

Я возмутилась. Нет, все-таки собачники — это страшные люди! Да эта мелкая тварь с вытянутой мордой сама кого хочешь доведет до инфаркта! А ее еще жалеют!

Соседка удалилась к себе в квартиру, маляр тоже тихо слинял. Полчаса у нас ушло на то, чтобы успокоить малышей и снять Пайсу с люстры. И только потом я спохватилась, что открыта входная дверь. Я тщательно закрыла замок, предварительно удостоверившись, что детская коляска по-прежнему стоит в предбанничке.

Вот ведь я Балда Ивановна! Следила за коляской, а надо было — за сумкой. Ясно же, что маляр воспользовался ситуацией и стянул из нее кошелек.

— И что теперь делать? — спросила Оля. В глазах у нее застыло тревожное выражение. Ребенок уже знает, что без денег — не жизнь.

Я напустила на себя беспечный вид:

— Ничего страшного, придумаю что-нибудь. В школе скажи, что завтра сдашь деньги на экскурсию. Все будет хорошо.

Очень бы хотелось самой в это верить.

Оля пошла в школу, а я одела близнецов и повела их в ясли. По дороге все мои мысли были заняты одной проблемой: денег нет ни копейки, а надо протянуть неделю с четырьмя детьми, двумя кошками и хомячком. Какие есть варианты?