Читаем без скачивания Времяворот (СИ) - Кучаев Тимур

— И что за умник решил отмудохать моего человека? — Донеслось сверху.

— Покупатель.

— Хороши нынче покупатели… — Пробормотал хозяин посудины, окидывая меня придирчивым взглядом. Увиденное его устроило, и хорсид довольно кивнул. — А чего до завтра потерпеть не мог? И членовредительствовать-то нахера?

— Меня интересует конкретный раб, уважаемый Надир, — улыбнулся я, — и мне хотелось приобрести его поскорее. А ваш человек проявил грубость и отказался пропускать меня.

Несколько секунд капитан напряженно размышлял, а затем громко произнес в сторону битого матроса:

— Пять ударов плетью после смены. Еще раз помешаешь делам — получишь сотню. А вы, уважаемый покупатель, — повернулся он ко мне, — проходите. Не стану допытываться, кто и зачем вас прислал, но всегда приятно встретить господина, знающего свою цель и способ до нее дотянуться. Как к вам обращаться?

— Аомар. — Коротко представился я. — Аомар, сын Кархеона.

— Кархеона… — Забормотал собеседник. — Знакомое имя. Уж не тот ли это пройдоха… Достойный муж с восьмого ряда, сдирающий три шкуры за поганейший шелк?

— Увы, нет. — Улыбка сама выползла на мое лицо. — Возможно продавца тканей зовут точно так же как отца, но это лишь совпадение.

— И кто же в таком случае ваш батюшка?

— Городской стратег.

— Почтенный человек. — Крякнул Надир, сглатывая слюну. — Как он поживает? Надеюсь, у него нет претензий к честным труженикам паруса и весел?

— Что вы, что вы. У него все хорошо, а мой визит имеет лишь одну цель — купить раба, но никак не вредить уважаемому торговцу.

— Приятно слышать. Но вернемся к делам. Вы упоминали, о конкретном рабе. Позвольте узнать, кто счастливчик?

— Проклятая.

— Проклятая? — Побледнел капитан. — Господин, уверяю, я бы ни за что не привез в Сиерру подобную тварь. Боюсь, вы ошиблись.

— Чернокожая луамка. — Уточнил я. — Пятнадцать лет, выглядит младше. Голубые глаза, светлые волосы. Красивая, но несколько мальчиковатая… Особенно в груди.

— Ваш осведомитель — сам дьявол. — Выдохнул моряк. — Не хотелось бы стать его врагом.

— Вы знаете, что для этого сделать. Уверяю, если мы договоримся, он оставит вас в покое.

— Это обнадеживает. Но как насчет цены? В квархаде проклятых покупают за весьма серьезную сумму…

Молча протянув торгашу электровую монету, я несколько бесконечно прекрасных мгновений наблюдал, как его челюсть тянется вниз, словно меж зубов застрял увесистый кусок чугуна.

— Включая цену молчания. — Пояснил я в ответ на немой вопрос. — И поверьте, если по городу поползут слухи…

— Ни одна крыса не запищит. — Дернулся капитан. — Что б мне с гидрой соленой повстречаться!

— В таком случае, чего мы ждем?

Кивнув, явно нервничающий Надир отвел меня к нужной клетке, спрятанной за потайной дверью в трюме. Временами сюда запихивали до четырех невольников, но сейчас толстые стальные прутья сдерживали только одну — Инси. Впрочем, сдерживали было не самым верным словом. Исхудавшая девушка со спутанными, давно немытыми волосами пугала исключительно собственной зачуханностью.

— Желаете получить печать?

— Разумеется. — Я вытянул вперед руку и собеседник накрепко вцепился в нее.

— Это весьма неприятно. — Предупредил он, жмурясь, а спустя мгновение я ощутил привкус крови, струящейся из собственно прокушенной губы. Весьма неприятно? Скорее откровенно больно. Опустив голову, я уставился на медленно переползающую на мою кисть с клешни капитана татуировку. Кожа горела и, кажется, слегка дымилась, но новое “имущество” стоило того. Да и нахождение контура контроля у стороннего человека оставляло только один вариант — физическое уничтожение носителя. По настояниям ряда перестраховщиков — с последующим сжиганием тела и развеиванием праха по ветру. Проще перетерпеть.

Злобно глянув на обвившую запястье змею непонятных символов, я смахнул пот со лба.

— По первости всегда колотит. — Приободрил собеседник. — Некоторые головой маются еще с неделю. А вы — молодец. Сразу видно, яйца на месте.

— Тряпка найдется какая?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Забинтовать? — Не понял хорсид. — Через минуту впитается в шкуру. Днем с огнем не разглядишь.

— Ее знобит. — Пояснил я, кивнув в сторону девушки. — Да и взгляды привлекать будет.

— Будет. — Кивнул Надир и, выйдя на пару минут, вернулся с добротным шерстяным плащом. Не первой свежести, но большим и теплым.

— Благодарю.

Укрыв невольницу, я обменялся с капитаном крепким рукопожатием (на сей раз без неприятных нюансов), и, довольные друг другом и совершенной сделкой, мы распрощались.

— Хозяин… — Впервые заговорила девушка, едва под ногами оказались незыблемая твердь. Не решаясь продолжить, она испуганно потупила взгляд и, наступив на край накидки, едва не плюхнулась носом в землю. В последний момент я успел подхватить почти невесомое тело и вернуть ему вертикальное положение.

— Хозяин, зачем? — Тихо спросила девочка.

— А ты хотела упасть?

— Нет… Я имела ввиду, зачем вы купили меня?

— Не насиловать. — Я поспешил успокоить бедняжку, и немного подумав добавил:

— И не для опытов. Плоть — не мой домен.

— Домен? — Не поняла она, и я до боли сжал кулаки. Между солдатом Инси и идущим рядом запуганным подростком лежала пропасть.

— Дьяволы и бесы… Ты же не знаешь ни черта… — В прошлом мне приходилось обучать людей, но исключительно ковырянию грязи в поисках древностей. — Домены — это одна из основ магии… Нет, не так. Начинать надо с азов. И не смотри в тот проулок. Во-первых, я бегаю гораздо быстрее, а во-вторых, печать действует даже на проклятых.

Уменьшив желание спутницы удрать, я продолжил:

— Магия — это искусство сопротивляться законам творения. В разных уголках мира практикуются разные способы. Честно говоря, я не самый большой специалист в колдовстве и не приведу примеров иных видов волшебства, поэтому перейду сразу к сути. Эолы, а заодно и прочие обитатели побережья Срединного моря и прилегающих регионов колдуют с помощью силы и доменов.

Подняв с земли мелкий камешек, я заставил его повиснуть в паре сантиметров над ладонью.

— Сила. Она же телекинез. Она же — контроль объектов мыслью. Основа основ.

— А самого себя можно поднять? — Сверкнули глаза собеседницы.

— В легендах говорят “да”. На практике ни у кого из ныне живущих не получалось. А вот раскидать несколько врагов, не прикасаясь к ним, в Сиере найдется парочка-другая умельцев.

— А вы?

— Увы. — Я виновато развел руками. — Грамм сто — мой потолок.

— А меня можно научить?

— Маловероятно. — Рушить мечты девчушки казалось кощунством, но скрывать правду — форменным мразотничеством. — У проклятых иные способности.

— Угу… — Потупила взор Инси, и мне оставалось лишь продолжить лекцию:

— Силой можно не только кидать из стороны в сторону гири, но и творить плетения. А плетения — это… — замявшись, я тяжело вздохнул, — плетения — это способ взаимодействовать с доменом. Как именно — без понятия, если честно.

— Вы не умеете плести колдовство?

— Не умею. — Признал я. — И девять из десяти наделенных силой не умеют. Впрочем, это не мешает знать элементарные понятия. Всего существует двенадцать доменов: четыре великих и восемь свободных. Великие домены: огонь, тьма, прах и время не терпят конкуренции. Освоив один из них, человек навеки утратит возможность пользоваться остальными…

— Остальными великими или остальными вообще? — Перебила девушка, и я довольно улыбнулся. Интерес к колдовству очень скоро превратит нескладного подростка в великолепного охотника на магов и, возможно, поможет мне спасти город.

— Вообще. Свободные домены намного доступнее: холод, вода, земля, воздух, дерево, металл, молния и плоть. Если есть предрасположенность — пользуйся чем душа пожелает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Нечестно же! — Вспыхнула рабыня. — И зачем выбирать среди четырех, если можно целых восемь взять.

— Технически трех. Хрономанты существуют исключительно в древних сказках. А на практике все очень просто: освоить больше двух почти нереально, а практик одного домена размажет условно равного умника, тренирующего несколько направлений. Да и положение жрецов в обществе… Жрецы — почитаемые и богатые люди, а пользователи свободных стихий воспринимаются балаганными фокусниками. Некоторые приходят к успеху, но большинство наемничают до могилы.