— Странно. — Пробормотала Инси. — У них же возможностей намного больше чем у других.
— Но они остаются людьми. — Пояснил я. — Хороший боевой маг при должной подготовке в одиночку уничтожит десяток воинов. Его сложно застать врасплох. Он всегда при оружии. Но перейди дорогу влиятельному господину, и получишь стрелу в затылок, или нож в печень. А даже сумей отразить атаку, смертным надо жрать. И толченое стекло в утренней каше, или капелька яда в вине угрохают не хуже стали.
Промеж лопаток пробежало ощущение недоброго взгляда, но обернувшись я не обнаружил ничего подозрительного. Сотни обычных людей занимались тысячами обычных дел, стараясь разобраться с насущными проблемами до обеда. Если среди толпы и прятался враг, то вычислить его не представлялось возможности. А гадать… Гадание — удел базарных бабок. Тьфу на него.
— Ты голодна? — Поинтересовался я и, не дожидаясь ответа, направился к знакомой чайхане, прячущейся в пыльном переулке, соединяющем порт с трущобами. Тихое и на удивление уютное место, где ни одна собака не спросит о происхождении медяков, а посетители тактично проигнорируют крепкого эола в компании темнокожей девочки-подростка.
— Кончился. — Произнес сухой хорсид, развалившийся на горе подушек у входа, едва мы зашли внутрь.
— Кто кончился?
— А сам как думаешь? — Усмехнулся хозяин, чье имя я, разумеется, забыл годы назад. — Зачем такие как ты приходят?
— А черт их знает. Лично мы пришли покушать.
— Ну раз пришли — проходите, дорогие гости. — Рука владельца заведения лениво дернулась в сторону низенького столика в углу. Кивнув, я пересек пустой зал и опустился на мягкий толстый ковер в указанном месте. Удивленная Инси последовала моему примеру, и несколько минут мы просто сидели на полу, вдыхая дразнящие запахи, доносящиеся с кухни.
— Дорада. — Объявил молодой парнишка, неуловимо похожий на хозяина. Не иначе сын или младший брат, помогающий на кухне. Опустив перед нами здоровенную глиняную тарелку и пару ложек-кохлеариев с заостренными концами, он прокомментировал:
— Вкусная как жизнь на островах. Половина — сахар, половина — мед.
— Благодарю. — Отломив небольшой кусочек печеной рыбы, я закинул его в рот и, оценив блюдо, довольно кивнул.
— Прекрасно… — Несколько медяков перекочевали в вытянутую ладонь юноши и, низко поклонившись, прислужник скрылся в подсобке.
— Ешь. — Велел я девушке.
Ту не требовалось просить дважды. Со звериным остервенением набросившись на простецкую пищу, она заглатывала огромные куски, боясь упустить даже малюсенькую частичку. Так питались разве что шакалы и бродячие собаки. Шакалы, бродячие собаки и невольники, чей обед полностью зависел от настроения мастера. Разумеется, большинство рабовладельцев придерживались логичной необходимости кормить холопов, но встречались и иные. Те, что относились к людям как к двуногому скоту, а то и хуже. И прошлые хозяева сидящей напротив луамки были из последних.
— Не торопись. — Произнес я. — И запивай, иначе в горле комом застрянет.
— Простите. — Потупилась девушка. — Просто раньше…
— Раньше — это раньше. В моей семье не морят слуг голодом… Хотя ты не поверишь обещаниям. — Добавил я, заметив как нервно дернулись веки у собеседницы.
— Я никогда…
— Не надо. — Прервав оправдания, я тяжело вздохнул. — Послушай, Инси. Я не ценю лесть и подхалимаж. И того и другого в жизни хватает с избытком, а вот искренности наоборот не достает. Постарайся запомнить это, иначе дружбы у нас не получится.
— Дружбы? — Не поняла она, и мне пришлось пояснять:
— Для серьезных дел нужны надежные помощники. А получить надежность можно исключительно дружбой и уважением.
— И вы не будете меня насиловать?
Едва не подавившись, я уставился на рабыню. Похоже, та не шутила.
— Прости, малолетки не в моем вкусе.
— Мне пятнадцать… — Уткнулась в тарелку невольница. Мгновение назад она боялась приставаний, а сейчас искренне расстраивалась из-за отсутствия интереса к собственной персоне. В маленькой девочке пряталась гордая женщина, не терпящая пренебрежения. Не хватало только затаенных обид…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Этот город в дерьме. — Попытался я задавить всякие непонятки в зародыше. — Не стану таить, Сиера на краю гибели, и мне некогда ударяться в романтику. Не обижайся, но это действительно так. А грубость — от нервов.
— Правда? — Робко улыбнулась Инси. — А что с городом?
— А черт его знает. — Весы настроения собеседницы качнулись в мою сторону, и я позволил себе расслабиться. Хотя здравомыслящий человек сейчас сжал бы булки и готовился к худшему. — Его пытаются уничтожить. Кто — неизвестно.
— И вы хотите остановить это?
— Хочу.
— И думаете, что враг — волшебник. — Догадалась рабыня. Мне оставалось только кивнуть. Вот такая я скотина. Использую женщин и детей в одном лице. Осталось хорошенько попрыгать на голове у младенца, распять старика, поджечь храм, и приветствуйте эталонного подонка. Отличная карьера для человека, стремящегося спасти малую родину. Глядишь, и смещу желающего устроить некроапокалипсис урода с поста главного врага. Хотя масштаб, конечно, не тот. Самое время задуматься о поиске приспешников, а то и подписать на службу отряд наемников…
— Хозяин, — чуть-чуть осмелела собеседница, — а можно воды попросить? И те мужчины на нас косятся странно…
— Зараза. — Скрипнув зубами, я проследив за ее взглядом. В дальнем углу обнаружились недавние знакомцы: поколоченный морячок и трое его коллег с Сиреневой Пепельницы. И, очевидно, они явились не праздновать мою успешную сделку с капитаном. Понять бы еще, в курсе последний, или оболтусы свинтили с корабля в самоволку. Впрочем, какая разница? И как я ухитрился пропустить появление матросов?
Прихватив со стола остро заточенную ложку, я спрятал ее в складках одежды, поднялся на ноги и неспешно направился к неприятелю.
— Тебе мало? — Поинтересовался я, нависая над морскими волками.
— Выделывайся давай. — Буркнул битый. С кряхтением встав (контузия с первой встречи давала о себе знать, и придурок двигался с явными проблемами), он нагло ухмыльнулся. — Ты, мудак, проблемы найти умеешь. Такие долго не живут.
— И где же я их нашел? — Повинуясь потокам силы крупная виноградина с их стола послушно прыгнула мне в ладонь и тут же отправилась в пасть.
— Ну нахер.
Самый крупный из ребят Надира резко подпрыгнул и бросился к двери. Не встречающиеся с превосходящей мощью быки редко умеют преодолевать ее. А магия — не просто мощь, а практически стихия.
— Ты не говорил, что он колдун! — Обиженно взвизгнул один из оставшихся подельников.
— Да какой из него колдун? — Заорал в ответ главарь. — Фокусник балаганный!
— Уважаемые, — вмешался в зарождающийся конфликт хозяин, — попрошу не драться в моем заведении!
— Умолкни, пес!
— Позови стражу! — Хором ответили мы. Мордобой казался неминуем, и каждая сторона пыталась увеличить собственные шансы.
Я атаковал первым. Не давая отвлекшимся врагам времени опомниться, резким движением вогнал кохлеарий в горло заводиле. По всем законам логики тот обязан был рухнуть, захлебываясь кровью, но нет. Покачнувшись, он словно зомби шагнул навстречу, ощутимо ткнул костяшками пальцев в грудь и только после этого упал под ноги.
И понеслось.
Оставшиеся моряки бросились на меня, я рванул к ним. Секунд десять-пятнадцать или около того удары сыпались бесконечным градом увесистых кулаков. Где-то в середине процесса один из нападавших получил жесткий удар в печень и грохнулся как подкошенный, но оставшийся ухитрился зарядить мне точно в висок. Разогнавшись, он бросился на меня и повалил на пол. Сцепившись как дворовые коты, мы покатились по пыльному ковру. Ситуацию спасла Инси. Подскочив сзади, она вмазала оказавшемуся сверху врагу невесть откуда взявшейся кочергой и принялась яростно колошматить безвольное тело, едва то свалилось с меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Уймись. — Велел я одновременно девушке и верещащему от ужаса трактирщику. Последний надрывался с самого начала потасовки и не мог остановиться после.
