Лавиния нагнулась, чтобы открыть первый ящик с правой стороны стола, и замерла. От ужаса у нее зашевелились волосы на затылке.
Тихий, но отчетливый звук шагов раздался за спиной у Лавинии. Страх сковал женщину, у нее перехватило дыхание. Сердце колотилось с такой бешеной силой, что она впервые в жизни была на грани обморока.
Убийца был все еще в квартире.
Лавиния не могла позволить себе такую роскошь, как обморок.
Она быстро оглядела предметы на столе, надеясь найти подходящее для защиты оружие. Потом протянула руку и судорожно схватила небольшой перочинный нож. Он казался таким маленьким и ненадежным! Но это было единственное, что оказалось под рукой.
Сжимая нож, Лавиния обернулась и тут же увидела фигуру, возвышавшуюся в проеме двери, которая вела в спальню. Она видела очертания накидки, но лицо незнакомца скрывала темнота.
Мужчина, однако, не пытался приблизиться к ней, а стоял, небрежно прижавшись плечом к притолоке двери и скрестив руки на груди.
— Знаете, миссис Лейк, — произнес голос Тобиаса Марча, — я предполагал, что мы с вами снова встретимся. Но кто бы мог подумать, что это произойдет при столь интригующих обстоятельствах!
Потрясенная Лавиния молчала, а потом спросила дрожащим голосом:
— Это вы убили его?
Тобиас взглянул на тело.
— Нет. Я появился здесь после убийцы, как и вы. И как я понял, Феликс был убит на ступеньках крыльца. Убийца, очевидно, втащил его сюда.
Это сообщение нисколько не успокоило Лавинию.
— Что вы здесь делаете?
— Я хотел то же самое спросить у вас. — Марч снисходительно разглядывал ее. — Но сдается мне, я уже знаю ответ. Вы, конечно, одна из жертв шантажа Феликса?
Возмущенная Лавиния на какое-то время забыла о страхе.
— Этот ужасный человек прислал мне две записки на этой неделе. Первая прибыла в понедельник. Я не верила своим глазам, читая его нелепые требования. Он хотел сто фунтов. Представляете? Сто фунтов за молчание! Нет, каков наглец!
— А о чем он обещал молчать? — Тобиас пристально смотрел на нее. — Вы влипли в новую историю с тех пор, как мы расстались?
— Как вы смеете, сэр? Это все по вашей вине, только из-за вас.
— Из-за меня?
— Да, мистер Марч. Я считаю вас виновным в этой истории. — Лавиния указала на распростертое тело. — Этот подлый человек пытался шантажировать меня той историей в Риме, угрожал все раскрыть.
— Неужели? — Тобиас выпрямился. — Так-так, а вот это уже интересно. А что конкретно ему было известно?
— Я только что сказала вам. Он знал все. Холтон угрожал рассказать всем, что в Риме я владела магазином, который часто посещала банда преступников. Утверждал, будто я была сообщницей их преступлений и позволила головорезам использовать магазин для обмена информацией. Он даже зашел так далеко, что намекал, будто я была любовницей главаря банды.
— Это все, что он написал в своей записке?
— Все? Да разве этого мало? Мистер Марч, несмотря на ваши усилия, мы с племянницей перенесли ваше посягательство на наш бизнес в Риме. Правда, с трудом.
Марч наклонил голову.
— Я полагал, что вы снова встанете на ноги. Ваш дух так просто не сломишь.
Лавиния проигнорировала эти слова.
— И кстати, дела сейчас идут неплохо. Я очень надеюсь, что Эмелин хорошо проведет сезон в лондонском обществе. И кто знает, может, она встретит благородного джентльмена, который обеспечит ей достойное существование, которого девушка заслуживает. Момент сейчас довольно щепетильный, если вы понимаете меня. Я не могу допустить, чтобы ее репутацию хоть что-то запятнало.
— Ясно.
— Если бы Феликс раструбил, что Эмелин работала в Риме в магазине, обслуживавшем преступников, это погубило бы ее репутацию.
— Полагаю, сплетни о том, что она — племянница женщины, состоявшей в связи со скандально известным преступником, осложнили бы ваши планы ввести ее в общество.
— Осложнили? Да это разрушило бы все планы. И как это несправедливо! Мы с Эмелин не имеем никакого отношения к тем преступникам и человеку, которого вы назвали Карлайлом. Не понимаю, как мужчина, обладающий хоть небольшой долей здравого смысла, мог заподозрить меня и мою племянницу в сговоре с убийцами.
— Если припоминаете, я заподозрил это в самом начале нашего знакомства.
— Меня это не слишком удивляет, — мрачно обронила Лавиния. — Я говорила о людях, обладающих настоящим здравым смыслом. Вас едва ли можно отнести к этой категории, сэр.
— Как и Холтона Феликса, судя по всему. — Тобиас посмотрел на тело. — Но полагаю, лучше обсудить мои недостатки в другой раз, когда мы сможем без помех и подробно поговорить о них. Сейчас же у нас другие проблемы. Думаю, оба мы пришли сюда с одной целью.
— Не знаю, зачем здесь вы, мистер Марч, но я разыскиваю дневник, принадлежавший ранее дворецкому мистера Карлайла. Того, кто, по вашему утверждению, был главарем преступной банды в Риме. — Лавиния нахмурилась. — Что вам известно об этом деле?
— Старая пословица гласит: «Ни один дворецкий не боготворит своего хозяина». Похоже, преданный слуга Карлайла тайно записывал все факты, компрометирующие его хозяина. После смерти Карлайла…
— Карлайл мертв?
— Еще как мертв. Так вот, как я говорил, дворецкий продал дневник, чтобы купить билет в Англию. Однако, очевидно, грабитель убил его еще в Риме. Насколько мне известно, с тех пор дневник уже дважды перепродавали. Оба раза с его временными обладателями происходили несчастные случаи со смертельным исходом. — Тобиас указал на тело Феликса. — И вот уже третья смерть из-за этого проклятого дневника.
Лавиния вздрогнула:
— Боже милостивый!
— Вот именно. — Тобиас направился к письменному столу.
Лавиния настороженно следила за ним. Появилось что-то странное в его походке, какая-то еле заметная заминка в движениях. Вернее, хромота. Она могла поклясться, что, когда видела Марча в последний раз, он ходил вполне нормально.
— Откуда вы так много знаете об этом дневнике? — спросила Лавиния.
— Я разыскиваю эту чертову штуку уже несколько недель. Проследовал за ним через весь континент. Вернулся в Англию несколько дней назад.
— А почему вы ищете его?
Тобиас открыл один из ящиков стола.
— Помимо других интересных сплетен, в нем, вероятно, содержится информация, способная дать ответ на некоторые вопросы моего клиента.
— Какие вопросы?
Тобиас оглянулся на Лавинию:
— Вопросы об измене и убийстве.
— Об измене?
— Во время войны. — Он открыл следующий ящик и стал рыться в бумагах. — У нас сейчас нет времени вдаваться в детали. Позже я все объясню.
— Только не говорите, что вас ждала неудача в Риме, мистер Марч. Неужто после того, что вы устроили нам в ту ужасную ночь, ваши усилия не увенчались успехом? И что случилось с тем человеком, Карлайлом? Вы утверждали, будто он появится в нашем магазине, чтобы забрать послание от своих приспешников.
