Не выдержав, девушка неудержимо расхохоталась, блеснув ослепительно белыми зубами. Окончательно сбитый с толку, Стивен растерянно вытаращил на нее глаза.
— Поразмяться для пищеварения лучше, чем поиграть в шахматы, верно? — с невинным видом спросила она.
— Да… э-э-э… конечно.
— К тому же вы рассчитываете, что на свежем воздухе в голове у вас немного прояснится?
— Возможно, хотя кто знает? — согласился он без особого энтузиазма.
Сказать по совести, Стивен и не думал о том, чтобы в голове у него просветлело. А если уж совсем откровенно, то где-то в самой глубине души он боялся, что протрезвеет окончательно, и тогда восхитительное безумие, от которого кровь закипала в жилах, развеется без следа.
Белль встала:
— Что ж, хорошо. Пойдемте в сад, раз вам так хочется. К тому же вечер, так или иначе, пропал и все мои грандиозные планы пошли прахом. Так что одной ошибкой больше, одной меньше ничего уже не меняет. Готова держать пари на что угодно, что моя репутация в любом случае уже погибла. — Последняя фраза была произнесена с полнейшим равнодушием и без малейшего признака гнева или раздражения.
— Она погибла только сейчас? — с искренним интересом полюбопытствовал Стивен. — Сказать по правде, что-то вроде этого я и подозревал, только не знал, когда именно это произошло. Стало быть, просто вам повезло и погибшая репутация еще не успела наложить свой отпечаток на ваше лицо.
— Да, представьте, вы угадали — это случилось только сегодня вечером. Моя девичья честь и я вместе с ней — мы обе погибли. В глазах света, естественно. К тому же настоящая леди никогда бы не явилась на бал-маскарад в дом лорда Дункана — по крайней мере так мне всегда говорили.
— Так оно и есть, — подтвердил Стивен. С трудом проглотив вставший в горле комок, он предложил девушке руку. — Если честно, не могу припомнить, чтобы я раньше встречал хоть одну из них в этом доме.
— Да? Жаль, что вы мне не сказали об этом хотя бы пару дней назад — тогда многое было бы проще.
Красавица в белом некоторое время молча смотрела ему в глаза с таким выражением лица, что Стивен неловко поежился, гадая, уж не брякнул ли он опять что-то неподобающее.
— Надеюсь, вы крепко держитесь на ногах и не собираетесь свалиться на пол? — поинтересовалась она, положив пальчики ему на рукав. — Сказать по правде, не думаю, что у меня хватит сил поддержать вас, если такое случится. Может, конечно, я и успею вас поймать, но вряд ли удержу.
— Я не собираюсь падать, — твердо заявил Стивен.
— С чего, интересно, вам вдруг взбрело в голову столько выпить? — удивленно спросила она, когда они не спеша направились к двойным дверям. За дверью была веранда, а позади нее тянулся сад. — Думаю, из-за этого обед превращается в непрерывную муку. Вряд ли опьянение может притупить душевные терзания, которые вы испытываете.
— Знай я, что вы будете здесь, я бы вообще не взглянул на это проклятое бренди, — извиняющимся тоном сказал он. — И потом, сколько бы я ни выпил, я не стану тыкать вилкой себе в глаз, если вы именно это подразумевали, говоря о муках во время обеда.
— Тогда для чего вообще пить, тем более столько? — возмутилась она, дожидаясь, пока он справится с задвижкой на двери. — Или это из-за той ужасной угрозы, что нависла над вашим счастьем?
— Для чего я пил? — тупо переспросил Стивен. — Видите ли, предполагалось, что я должен был вступить в брак. Как раз на этой неделе, — с мрачным видом добавил он. — Поэтому я и напился — чтобы хоть ненадолго забыть об этом.
Огромные голубые глаза девушки с удивлением уставились на него.
— Вы должны были на этой неделе жениться?
— Угу… по крайней мере так мне сказали. И вот теперь я встретил вас и собственными глазами убедился, что красота действительно существует. Оттого судьба, уготованная мне, выглядит совсем уж безрадостной. Учитывая, что моя дражайшая невеста пока еще пребывает на этом свете. И к тому же передумала выходить за меня замуж.
— Что?! — вырвалось у нее. Похоже, слова Стивена ее напугали — вся краска разом сбежала с ее лица, и оно стало мертвенно-бледным. — Так ваша невеста больна? О Боже, мистер Кертон, мне так жаль!
— Констанс здорова как лошадь — вся проблема, что она с норовом… А уж если ей и суждено умереть, так только от злобы! — угрюмо пробурчал он и с чувством добавил: — Она вовсе не похожа на вас. Впрочем, как и любая другая приличная женщина.
Белль сначала растерянно заморгала, видимо, не зная, что на это сказать, потом со вздохом понурилась:
— Что ж, спасибо и на этом. Видимо, я должна принять это как комплимент. — Голос ее вздрагивал, как будто она снова с трудом удерживалась от смеха.
— Пожалуйста, — мрачно проворчал он, почувствовав, как на него снова наваливается тоска.
— Какое странное совпадение! Просто очень странное — учитывая, что и я в скором времени должна была выйти замуж за самого вздорного… Что вы делаете?! — воскликнула она, заметив, что он резко свернул в сторону.
— Давайте прихватим с собой вино, — предложил Сти-нен. — Видите ли, вдруг выяснилось, что я настолько протрезвел, что уже в состоянии припомнить лицо моей нареченной, и от этого меня сразу же бросило в дрожь. А если честно, у меня все кишки ноют от одного только воспоминания о моей суженой и финансовой подоплеке этого брачного союза. О Боже, только посмотрите! Я так расстроился, что и не заметил, как прожег свой рукав!
— Прожгли рукав?
— Да. Пытался сжечь в камине ее письмо и вместо этого прожег кружева на манжете, — сокрушенно проговорил Стивен. — Жаль, что заодно с письмом нельзя было избавиться и от Констанс. Клянусь, я бы лучше согласился жениться на дикой кошке, чем на ней!
— Понятно, — протянула она, пристально разглядывая вконец испорченную огнем манжету. — Вы очень прямодушный человек, если не стесняетесь так говорить. Право же, это даже приятно… я имею в виду подобную искренность… И все же, признаться, я немного смущена.
— Искренность? Что ж, если вам она по душе, тогда скажу вам как на духу: нет ничего более ужасного, более убийственного для хорошего расположения духа, чем мысль о том, что впереди тебя ждет брак с такой особой, как Констанс Роуби. К тому же она ни капельки не влюблена в меня, знаете ли. Заявила мне прямо в лицо, что скорее уж уйдет в монастырь, чем согласится стать моей женой — а ведь она даже не католичка! И добавила еще, что в моем доме ей придется до конца дней влачить духовное рабство! Незавидная доля! — хмыкнул Стивен и, помолчав немного, с подкупающей честностью добавил: — Впрочем, не стоит судить ее слишком строго за то, что бедняжка меня не любит. Я и сам не без греха — ну что мне стоило проявить больше такта в отношении ее религиозной мании? И кто бы на ее месте радовался возможности выйти замуж за незаконнорожденного ублюдка? Лично я вряд ли. Тем более за такого, который и сам терпеть не может собственную невесту. Но она тоже не права — для чего было оскорблять мои политические убеждения, в то время когда сама она буквально без ума от религиозных обществ и кружков!
