давайте уже поможем вашему бывшему утопленнику или сбежим.
— Про бегство ты же не всерьез, — утвердительно сказал Круглень.
Фейлень лишь досадливо дернула плечиком.
— Помогите мне, — вдруг жалобно сказал чароплет и пошатнулся. — Я… должен дойти, а сил нет.
Круглень и Фейлень бросились к нему и подхватили под руки, тогда как Мухлень обвязал вокруг брюшка ремень и конец от него бросил чароплету.
— Хватайся за него. А лучше намотай на руку, — скомандовал Мухлень. — Я полечу вперед и вверх, буду тянуть, а вы поддерживайте и подталкивайте его.
Так они и сделали. Каждый шаг давался им с таким трудом, словно белая мгла вокруг превратилась в молоко. Тяжелое дыхание Мухленя, махающего крыльями впереди, смешивалось со стонами чароплета, передвигавшего ногами так, словно они весили по тонне.
— Его… что-то… не пускает, — с трудом выталкивая слова пробормотала Фейлень. — Этот… туман… будто густеет с каждым шагом… И злится на нас.
— Конечно, — пропыхтел Круглень, поправляя руку чароплета на плече. — Мы же не делаем то, что она хочет. Не сдаемся.
Не знаю, сколько продолжался этот марш через безжизненную пустоту, но, как и любые трудности, которым хватает сил противостоять, он закончился. Чароплет плюхнулся на крыльцо, Фейлень упала на землю, а Круглень устоял на ногах только потому, что увидел безжизненно лежащего у двери домика Мухленя. Страх за друга придал Кругленю сил, и он сделал еще целых два шага, чтобы упасть рядом с Мухленем. Тот с трудом приоткрыл один глаз и еле-еле улыбнулся.
— Не похоже, приятель, что мы вернемся отсюда, — тихо сказал Мухлень, глядя на Кругленя. — Я… точно не смогу пролететь через… это молоко еще раз.
— Значит перейдем, — дрожащим голосом сказал Круглень, протягивая лапку и касаясь крыла Мухленя. — Мы еще поедим с тобой кексиков, приятель.
— Дурынды, — с плохо скрытой нежностью сказала Фейлень, подползая к ним и утыкаясь лицом в мех Кругленя. — Кексики у них на уме. А я вот хотела бы знать, стоило ли оно того. Идти сюда и… вообще.
Тем временем, стало совсем холодно. Молочная мгла вокруг заледенела и стала почти нестерпимой. Чароплет встал на четвереньки и с силой ударился в дверь избушки, которая со скрипом распахнулась. Трое друзей уже ничем не могли ему помочь и лишь беспомощно наблюдали, как чароплет с трудом вползает внутрь.
Круглень распушил мех так сильно, как только смог. Друзья прижались к нему и на мгновение стало чуточку теплее.
— Кто бы мог подумать, — прошептал замерзающий Круглень, прижимая к себе Мухленя и Фейлень, — что самая холодная вещь на свете, это пепел.
Нестерпимо яркие лучи света вырвались из маленьких окон домика и вонзились в белую мглу будто несколько копий разом. Трое друзей прижались друг к другу еще сильнее. Фейлень и Мухлень зарылись в мех Кругленя поглубже, тогда как он сам завороженно уставился на стоящего на пороге дома чароплета.
Это был уже не тот маленький человечек, что жалостно выжимал свой убогий балахон на берегу речки.
— Хозяин зимы, — изумленно прошептал Круглень и почтительно сложил уши.
Стоявший на пороге протянул руку в толстой красной рукавице и ласково погладил каждого из нашей троицы.
— Спасибо вам, друзья. Не знаю, как я попал в западню, но знаю, кому обязан тем, что из нее выпутался. Знаю кто привел меня домой, — его могучий голос прогнал пустоту и холод в одно мгновение. — Вы сделали больше, чем просто помогли попавшему в беду. Пепла больше нет, теперь это снова снег.
Хозяин избушки ударил своим посохом, который держал в другой руке по крыльцу и небо над нашими героями взорвалось миллиардом горящих звезд. Фейлень, Круглень и Мухлень в немом восторге смотрели на каскад падающих с прояснившегося неба огней. Воздух вокруг был прозрачен и чист.
— Загадывайте желание, — ласково прогудел хозяин избушки, глядя на трех друзей с крыльца. — Звезд хватит на всех.
Фейлень посмотрела на Кругленя, Круглень на Мухленя, а тот на них. Бушевавшее вокруг чистое волшебство проникло в их сердца и неистовая, бурлящая радость наполнила их до краев. Мгновение спустя удерживать ее внутри стало попросту невозможно и восторг выплеснулся наружу.
— Всем по счастью! — хором воскликнули друзья и радостно засмеялись.
С крыльца донесся басовитый хохот и посох снова ударил о крыльцо, разорвав тишину будто гигантская хлопушка.
6
Вася с удивлением смотрел на стоявший на полке большой стеклянный шар, избушка внутри которого вдруг засветилась, а пенопластовый снег закружился в воде сам собой. За окном снова грохнуло и очередной цветок новогоднего фейерверка расцвел в ночном небе. Секунду спустя в дверь постучали.
— Заходи, деда, — сказал Вася и, нахмурившись, постучал по стеклянному шару.
— Как узнал, что это я, — спросил дедушка, вытаскивая из кармана мобильник и протягивая внуку.
— А кто еще у нас в дверь стучит, прежде чем войти?
Вася схватил смартфон и в полном восторге уставился на него.
— Это как тебе удалось, деда? — восхищенно сказал он. — Экран как новенький.
— Запчасти, внучелло, — скромно сказал дед. — Были бы запчасти, а остальное дело техники… Эй, да я смотрю ты прочитал мой шедевр!
— Ты про ту сказку, что ли? — рассеянно сказал Вася, не отрываясь от мобильника. — Даже не знаю, как я за эти два часа одолел аж целую страницу.
Дедушка засмеялся и взял большой картонный лист, согнутый пополам, на фоне которого, на полке стоял снежный шар.
— Круглень и Мухлень, — с преувеличенной торжественностью сказал Вася. — Пошли на рыбалку, наловили рыбу и съели ее. Очень увлекательный сюжет.
Дедушка слегка смущенно пожал плечами.
— Я был в первом классе, — сказал он. — И очень гордился этой своей сказкой. В каждом возрасте есть чем гордиться. Сейчас то понятно, что это была ерунда.
Дедушка аккуратно поставил картонку, на одной стороне которой был текст, а на другой явно детской рукой были нарисованы два неведомых зверя, один из которых отдаленно напоминал муху, а другой весьма упитанного енота.
— Мне приятно, что твоя мама сохранила ее, — довольным тоном сказал дедушка. — Я, конечно, надеялся, что она придумает продолжение этой истории, раз уж я не смог, но не судьба.
