покачнулся, голова кружилась с каждой секундой сильнее.
— Где выход? — я требовательно посмотрел на девушку.
Она дрожащей рукой показала куда-то в сторону. Перед глазами всё расплывалось, но я всё равно разглядел небольшую дверцу. Направился к ней, марая пол своей кровью. Чтобы добраться до двери, пришлось подняться по ступенькам. И каждая из них отдавалась жгучей болью в боку. Я толкнул дверь, и та с треском отлетела. Раздались крики.
— Упс, — я вошёл в просторную гостиную. Увидел диван и заковылял к нему.
— К-кто вы?! — мне перегородил путь мужчина, одетый в светлые штаны, футболку и ветровку.
— Аптечка есть?
— Д-да, — опешил мужик.
— Тащи, — я обогнул его, следуя к желанной цели.
Чтобы лечь на диван, мне пришлось его обойти. И тогда я увидел, что тот, оказывается, занят. На нём сидела девушка. Она со страхом смотрела на меня и не шевелилась. На ней была тряпичная маска, закрывающая нос и нижнюю часть лица. Большие светло-карие глаза, прямые чёрные волосы. Девушка выглядела очень хрупкой, как стеклянная статуэтка. Но не это меня привлекло в ней. От неё исходила очень знакомая аура. Такая тёплая, родная…
— Мама… — пробормотал я, с трудом сел на диван и лёг, положив голову девушке на колени. Меня клонило в сон, но я счёл нужным объяснить своей новой подруге ситуацию. Всё же я джентельмен.
— Я — Демон, — проморгался, пытаясь взглянуть в глаза девушке. — Очень могущественный Демон, раненый врагами. Я отдохну у вас и уйду. Мне надо вылечиться. Поняла?
— Д-да… — дрожащим голосом ответила подруга.
— Мне не мешай, — из последних сил пробормотал я, проваливаясь в сон.
* * *
А снилось мне то, о чём я всегда избегал думать.
Пш-ш-ш-ш.
Звук, который ассоциируется с падением песчинок. Который вызывает из глубин души подсознательный иррациональный ужас. Его я впервые услышал в шесть лет, в свой день рождения. Тогда мама испекла мне очень вкусный торт, которым я поделился с друзьями. В те годы я спал в одной комнате с мамой. Она мне рассказывала сказки со своей смертной родины, после чего я засыпал.
Но та ночь отличалась. Как только я задремал — раздался этот звук.
Пш-ш-ш-ш.
А затем мне стало холодно. Я заснул в Небесном Гроте, в своей комнате. А проснулся посреди снега и льда.
— Мама? — я дрожал от холода и повторял только одно слово. Рядом со мной лежало несколько острых ножей и кинжалов с деревянными ручками. Но здесь они были совершенно не к месту. Особенно мне запомнился нож с зелёной рукояткой в виде бабочки, сложившей крылья.
Я сильно жмурился и резко открывал глаза, пытаясь проснуться. Но у меня не получалось.
Раздался скулёж. Ко мне подбежал волчонок. Он свесил набок язык, с которого капала слюна. Волчонок был белым и очень худым. Он несколько секунд смотрел на меня, после чего зарычал и набросился.
Не знаю, как я пережил тот ужас. Зверь вцепился мне в руку и дёргал головой, разрывая зубами кожу и мышцы. Одной лапой он царапал мне грудь и прижимал к земле. Глаза волчонка были безумными, он очень долго не ел.
В один момент боль отступила, я почувствовал странную бодрость. Продолжая плакать и кричать, я нащупал ручку кинжала и воткнул его в бок волчонка. Нож вошёл легко, мою руку обдало горячей кровью.
Волчонок заскулил и начал рвать меня с удвоенной агрессией. Я ударил снова. В тот момент, когда мне только исполнилось шесть лет и я был на краю гибели, пробудился мой Ген-Икс под названием Тело Куклы.
Ген-Икс — мутация тела, которая может пробудиться у любого человека — смертного, Небесного или Демона. Однако среди мутаций некоторые сильнее, а некоторые слабее. Моё Тело Куклы в мировом рейтинге на девятом месте среди Ген-Иксов. Среди тысяч мутаций. Подарок судьбы, не иначе.
Мутация позволила моему телу стать пластичнее и сильнее. Раны на мне с тех пор заживают лучше, чем на обычном человеке. Но тогда я об этом не знал. Я плакал и колол волчонка раз за разом, пока тот не затих. Но я продолжал его колоть. Пока окончательно не выбился из сил и не лишился сознания из-за боли, потери крови и холода.
Очнулся я в своей кровати. Целый и невредимый. Была всё ещё ночь, мама спала рядом. Я разрыдался прямо в постели, перепугав сонную маму. Она не понимала, что со мной. Я бормотал о волке, о том, что убил его, и о том, что тот меня покусал.
Мама той же ночью отвела меня в лазарет, где меня проверили. Они обнаружили пробудившийся Ген-Икс, но — никаких ран. Я был абсолютно здоров. Никто не поверил в мой рассказ. Меня пару раз водили к психологу. И со временем я сам начал верить в то, что мне всё приснилось.
Пока, спустя полгода, снова не услышал этот звук.
Пш-ш-ш-ш.
На этот раз мне пришлось убить взрослого волка. Зверь сожрал мою лодыжку и левую ладонь. Когда волк умер, я лежал в луже своей крови, со вспоротым животом, и задыхался.
Но я снова проснулся в своей кровати. Мама спала рядом, как ни в чём не бывало.
Ситуация повторилась — истерика, доктора, психолог. В нашем городе поползли слухи обо мне — о неуравновешенном мальчике с больной головой. Я замкнулся в себе и перестал со всеми общаться. Я шарахался от каждого звука и всего боялся. Мама много плакала и не знала, что со мной сделать.
Свой седьмой день рождения я не праздновал. И не ложился. Как и не позволил маме лечь спать.
Но в какой-то момент я начал клевать носом и снова услышал этот звук:
Пш-ш-ш-ш.
* * *
— Ха! — я открыл глаза и глубоко задышал. Моё тело вспотело, сердце учащённо стучало. Только через несколько секунд я вспомнил, что лежу на диване, головой на коленях у девушки.
Я выдохнул и успокоился. На этот раз в гостиной находилось больше людей — она была забита до отказа мужчинами в чёрных одеждах
