– Отец? Хочешь чаю? У нас посетитель.
– Посетитель? – Нахмурившись, Брайан Уитейкер поднялся из кресла и, с трудом волоча ноги, вышел на кухню.
Лиззи достала из шкафа кружки, пока мужчины представлялись друг другу.
– Я приехал поговорить об острове, который Лиззи и ее сестра получили в наследство от вашей покойной жены, – спокойно объяснил Чезаре.
Повисла тревожная тишина. Лиззи застыла в немом удивлении. Ее отец склонил голову, словно не веря ушам.
– Дурацкое завещание… просто глупая шутка, – произнес старик с нескрываемой досадой. – Чего стоит наследство, которое нельзя ни продать, ни использовать… Какая от него польза? Вот зачем вы приехали. Еще один дурак в погоне за бочкой золота, зарытой под радугой?
– Отец! – воскликнула Лиззи, пораженная его грубым замечанием. Она пожалела, что сразу не догадалась о цели визита итальянца и не связала его с наследством матери. Много лет остров, который нельзя продать, был предметом горечи в семействе, особенно когда возникла острая нужда в деньгах. Лиззи сняла чайник с огня и быстро разлила кипяток по кружкам.
– Я отнесу твой чай в гостиную, – сказала она, стараясь отвлечь отца. Она боялась, что старик не удержится от злобных комментариев.
– Можете продолжать разговор без меня. – Брайан Уитейкер взглянул в помрачневшее лицо итальянца, довольный произведенным эффектом. – В конце концов, он может быть здесь только по одной причине – сделать тебе предложение! – заключил он с ядовитой насмешкой, от которой бледное лицо дочери залила горячая краска. – Желаю успеха! Пару лет назад Лиззи бросил сосед, и с тех пор никто не польстился на нее.
Глава 2
Больше всего Лиззи хотелось провалиться сквозь землю. Вынести оскорбление на глазах у незнакомца оказалось тяжелее, чем терпеть грубые насмешки или ловить жалостливые взгляды соседей с той поры, как два года назад Эндрю Брук разорвал помолвку. Через месяц после этого Эндрю сыграл свадьбу с Эстер, уже беременной сыном. С каменным лицом Лиззи заварила чай и кофе и даже поинтересовалась у гостя, не добавить ли в кружку сахару.
Мрачно сжав в твердую линию чувственный рот, Чезаре глядел на скованную спину Лиззи, отмечая тонкую талию и стройные бедра, слегка обозначавшиеся под комбинезоном. Отец жестоко оскорбил ее. Однако неужели правда, что никто не ухаживал за ней? Несмотря на уродливую одежду, Чезаре сразу признал в ней красавицу. Может, не в традиционном понимании красоты, способной покорить мир, но такой, чтобы заставить любого нормального мужчину оглянуться вслед. Куда смотрели местные кавалеры?
– Извините отца, – с горечью сказала Лиззи, осторожно поставив перед ним кружку с горячим кофе. На мгновение она уловила мягкий цитрусовый аромат его одеколона и снова почувствовала жар внизу живота. Никогда и никто не смущал ее так в собственном доме.
– Вы не должны извиняться за него, милая, – ответил Чезаре.
– Просто хочу объяснить. Моих родителей бесили условия завещания, но я никогда не думала об этом. Помню, в детстве остров был камнем преткновения в нашей семье, потому что всегда не хватало денег.
– Вы когда-нибудь посещали Лайонз?
– Нет. Случай не представился. Мама провела там неделю с одним из своих приятелей, но ей не понравилось, – рассказывала Лиззи, одновременно изучая худощавое сильное лицо с высокими скулами, прямым носом и твердым упрямым ртом. Ее взгляд непроизвольно скользнул выше, к темным, с золотым блеском глазам Чезаре. – Думаю, она ожидала окунуться в роскошь, но обстановка дома оказалась очень скудной.
– По завещанию для содержания острова был создан денежный фонд. Насколько мне известно, там живет смотритель с семьей, который присматривает за имуществом.
Лиззи склонила голову набок. Поскольку гость явно не придал значения грубой реплике отца, она постепенно начала приходить в себя. Длинная шелковистая прядь скользнула по щеке. Чезаре заглянул в большие, орехово-зеленые глаза, обрамленные мягкими ресницами цвета меда. Он почувствовал, как его охватывает возбуждение, и напряг волю, чтобы подавить сексуальный импульс.
– Да. Фонд покрывает только содержание дома, а не обновление, поэтому там сохранилась обстановка тридцатых годов. Мама рассчитывала, что смотритель будет готовить еду и убираться в доме, но ни он, ни его жена не согласились. Ей пришлось все делать самой, – продолжала Лиззи. – Мама решила, что поездка на остров обошлась слишком дорого, учитывая расходы на питание и на перевозчика, который доставил их на остров и обратно.
– Полагаю, вам интересно знать, зачем я приехал?
– Не думаю, что вы собираетесь сделать мне предложение, – пожала плечами Лиззи, словно отметая язвительный комментарий отца, но при этом смущенно покраснела.
– Смотря что понимать под этим, – кивнул Чезаре, сплетая длинные пальцы вокруг кружки с кофе. Напиток был отвратительным, но вряд ли Лиззи волновали такие мелочи, когда ей в одиночку приходилось управляться с целой фермой. Стоя спиной к плите и скрестив на груди руки, она пыталась выглядеть непринужденно, но при этом была напряжена как струна. – Надеюсь, мы сможем прийти к деловому соглашению.
Лиззи нахмурилась, с усилием отводя взгляд от необычайно красивого лица. Она порозовела, ругая себя за отсутствие воли и удивляясь, чем он так сильно привлекает ее.
– Деловое соглашение?
– Мое предложение адресовано вам, потому что ваша сестра еще не достигла совершеннолетия. Конечно, придется получить ее согласие, поскольку она совладелица острова. Я готов выплатить вам значительную сумму денег за то, чтобы вы согласились принять участие в брачной церемонии со мной.
Ее ресницы задрожали: он поверг ее в шок. Хотя стоит заметить, что уверенный вид Чезаре и спокойная манера изложения придали фантастическому предложению почти заурядную повседневность.
– Серьезно? Всего лишь участие в брачной церемонии? Что это вам даст?
Чезаре рассказал о сентиментальной привязанности его бабушки к острову и о предстоящей операции. Слушая, Лиззи медленно кивала, тронутая едва уловимой нежностью в голосе Чезаре, которую он не мог скрыть, говоря о старой женщине. Помягчевший взгляд и легкий румянец на его щеках непроизвольно возбудили любопытство. Лиззи с удивлением отметила, что Чезаре вовсе не так холоден и надменен, как ей показалось вначале, хотя старательно прятал эмоции.
– Разве попытка обойти завещание не противозаконна? – тихо поинтересовалась она.
– Я не собираюсь афишировать нашу сделку, но для убедительности на какое-то время нам придется притвориться, что наш брак настоящий.
– А как же быть с «общим ребенком»? – не удержалась от вопроса Лиззи. – Это обязательное условие завещания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
