обломков.
— Твою-жжжь мать! — расстроенно сквозь зубы процедил Баранов. — Опередили! Гады, ушлые!
— ГэБэ, — раздался в динамике рации Баранова довольный голос. — Ты продул! Жду свою текилу в самое ближайшее время.
ГБ, КБ, КГБ или гэбист — это все прозвища старшего лейтенанта Баранова. Он же у нас — Кирилл Геннадьевич Баранов, соответственно, инициалы у него — КГБ. Но надо отметить, что это прозвище распиарил сам же старлей, потому что когда у тебя фамилия Баранов и ты считаешься чуть ли не первым хулиганом во всем военном округе, то трудно заставить обращаться к тебе не сокращая фамилию.
У нас в группе, вообще подобрался уникальный по своим инициалам состав. Баранов — КГБ, я — АКС (Александр Константинович Смирнов), прапорщик Дрынов — СВД (Сергей Викторович Дрынов), ну и старшина Шушин — ППШ (Павел Петрович Шушина), к которому прицепилось — Папаша.
— Так вот на что вы спорили? — догадался я. — На текилу. А не на мою ли бутылку «Саузы» вы рассчитывали, пан лейтенант?
— Я рассчитывал, — хмуро буркнул старлей, — выиграть спор. Как же они опередили? Минимальная дальность «Панциря» — двести метров, место запуска, с их позиции визуально не видно, я дрон провел вдоль речки, а они его сбили, когда он только начал подъем, — бубнил себе под нос Баранов, распаковывая второй дрон.
— А ты не подумал, что они тоже могли повесить в небе беспилотник и отследить твои манипуляции? — предположил я.
— Да, ну на фиг! — Баранов метнулся к люку в крыше бронеавтомобиля. — Точно! Гляньте, товарищ майор, вон же висит зараза, — старлей азартно тыкал пальцем в небо. — Давайте тоже их дрон собьем!
— Совсем что ли? — покрутил я пальцем у виска. — Да, это и не их дрон, вовсе, у зенитчиков в «Панцире» отродясь беспилотников не было. Это дрон разведчиков-артиллеристов. Скорее всего, пацаны из «Панциря» вступили в преступный сговор с разведкой артиллеристов. Спроси у Медведева за сколько он продался зенитчикам? — пошутил я.
— Медведев? — хищно ухмыльнулся Баранов. — Так он, лукавый, презлым заплатил за предобрейшее, сам захотел царствовать и всем владеть! Поймаю — посажу на кол!
— Дрон запускай, — прервал я поток угроз. — Только в начале предупреди зенитчиков по общему каналу, что это наш беспилотник, а то они его тоже собьют.
Надо было зафиксировать поражение беспилотника, зритель по ту строну телевизионного экрана, очень любит разглядывать всякие разрушения и обломки, особенно это касается военной техники. Можно было бы, конечно, и пешочком прогуляться, но хрен его знает где тут мины понатыканы. Все-таки приграничная полоса и украинские погранцы могли засеять здешние поля противопехотными минами. Поэтому безопасней подлететь к месту падения дрона, на таком же беспилотники и с помощью его камер все зафиксировать.
Старлей выполнил мой приказ быстро и точно: продолжая распаковку и подготовку беспилотника к работе, связался с расчетом зенитчиков, сперва, мой помощник высказал своё «фе», обвинив расчет «Панциря» в мухлеже, но тут же был послан куда подальше, потому что предварительно ничего не обговаривалось, а значит можно использовать любые технические устройства в споре, потом, Баранов все-таки предупредил, что мы сейчас запускаем дрон, для визуальной фиксации останков сбитого БПЛА.
То, что дрон сбили зенитчики — это хорошо, весьма показательно для отчета и пропаганды. Ну, а то, что он оказался «наш», так-то особо и не важно. Получиться сбить укропский «байрактар» и зафиксировать это — хорошо, не получиться — не страшно. В конце концов, можно найти обломки турецких беспилотников где-нибудь на разгромленных аэродромах и снять их. Наша задача — выдавать красивую картинку в эфир.
Мы же пропагандисты. Мы должны давить на умы «ветряной» российской молодежи, которая должна поддерживать власть, а не идти против неё. Уж, я, как никто другой знаю, как это бывает? От уголовного срока за активное участие в «событиях на Болотной» меня спасло только вмешательство состоятельных родителей и немедленная отправка в армию. Отец посчитал, что год «пиджаком» в российских ВС пойдет мне на пользу. Честно говоря, все мои друзья и знакомые думали, что я тут же дезертирую и подамся в бега за кордон. Но, я, в начале, подписав контракт, остался в армии назло отцу и матери, а потом, как-то прикипел и уже служил по своей личной инициативе. В конце концов, кто будет поднимать военно-патриотических дух солдат и офицеров, если не потомок прославленных декабристов и героя-поэта Кавказской войны девятнадцатого века?
— Товарищ майор, звук потом накладывать будем? — выдернул меня из раздумий вопрос Баранова.
— Ага, — буркнул я, глядя на экран планшета, куда передавалось изображение с камеры дрона.
На льду речки лежали обломки беспилотника. Хорошо был виден огрызок тротиловой шашки с вставленным в него детонатором. Баранов приблизил беспилотник максимально близко и объектив камеры зафиксировал все, что нужно с разных ракурсов.
Отлично! Картинка — то, что надо: красиво, эффектно и доходчиво. Нет никаких размытых ракурсов или дребезжащих фонов. Все четко и лаконично, звук потом наложим, чтобы тоже был чистый без посторонних примесей, вроде свиста ветра или матов на заднем фоне.
Три года назад, когда я только начал доставать вышестоящее командование со свое идеей мобильных групп, призванных создать высококачественный и одновременно простой, доступный контент для наполнения российского сегмента интернета нужной и правильной с точки зрения пропаганды информацией, мои идеи казались для окружающих шишек в погонах, бредовыми. Все из-за того, что в наших правящих военных и политических кругах правят твердолобые выходцы из СССР, которые до сих пор, предпочитают хранить информацию на бумажных носителях и верят в светлые идеалы правды и общепринятых норма морали, то мой проект завернули, вернее, урезали его, кастрировав до всего одной группы. Ну и на том спасибо!
Это еще повезло, хотя, наверное, нельзя так говорить, в общем, если бы не события последних шести месяцев вокруг Украины и агрессии Запада в СМИ, то хрена лысого мне бы и одну группу утвердили, никто бы этой пропагандой не занимался бы. Зачем, ведь у нас есть государственные каналы на телевидении и в газетах, вот только современная молодежь, в возрасте — до 35 лет, класть хотела на телек, им тырнеты подавай.
Но, ничего, на войне люди быстро растут и командование быстро учится и умнеет. Даст бог, кое-кто там, наверху поймет, что нынешним миром правят СМИ и красочная
