Читаем без скачивания Это наш дом (СИ) - Эльтеррус Иар

— Соменко? — спросил его местный искин.

— Так точно!

— Идите в восьмой кабинет.

В указанном кабинете Андрея ждали замдиректора школы Арвен Иванович Абасидзе, заместитель по летной части Георгий Александрович Малышев и незнакомый мужчина с серыми, жесткими глазами. Помимо них, вот неожиданность, в уголке скромно сидели, сложа руки на коленях и изображая из себя пай-девочек, Дара и Асико. Только в этом момент парень понял, кого имел в виду под лучшей пилотессой школы куратор. Дарина Асвази действительно считалась таковой, побеждая на всех летных соревнованиях.

— Добрый день, молодой человек, — поздоровался незнакомец. — Эти девушки сказали, что являются вашими женами. Это так?

— Официально еще нет, но как только распишемся, станет так, — не стал отказываться от своих девочек Андрей, он их успел полюбить и хотел прожить с ними всю жизнь.

— Они также утверждают, что оговорили с вами возможность выбора на профориентации дальнего поиска. Если это так, то по окончанию школы вашей семье выделят фрегат нового поколения с автономностью до шестисот световых лет.

Сердито посмотрев на девушек — они же еще не решили, что именно выбрать! — Андрей вздохнул и произнес:

— Да, мы оговаривали такую возможность, и, если честно, мне подобное распределение нравится куда больше других вариантов.

— Отлично, молодой человек, отлично! — потер руки замдиректора. — Но вы учитываете, что на корабле дальнего поиска все должности должны быть заняты членами семьи? А экипаж составляет от десяти до двенадцати человек. Полет может длиться десятками лет!

— Разрешите сказать! — пискнула Есико, почему-то виновато посмотрев на Андрея.

— Говорите.

— Мы нашли специалисток на все вакантные должности, итого нас будет двенадцать. Включая капитана и общего мужа.

— Хм-м-м… — покрутил головой незнакомец. — Вы уверены? Может, все-таки лучше две или три семьи в экипаж?

— Нет! — в один голос заявили девушки, уставившись на Сома требовательным взглядом и незаметно кивая, соглашайся, мол.

Но сам Андрей пребывал в замешательстве. Одиннадцать жен⁈ Да они с ума сошли! Он и с четырьмя едва справляется! Однако Дара с Есико продолжали подавать будущему мужу требовательные сигналы. Интересно, кого они там нашли? Трудно сказать, но Андрей своим девочкам полностью доверял, они плохого не сделают. Поэтому, немного подумав, решил, что со всем справится, и выдохнул, словно прыгнув в омут с разбегу:

— Согласен!

— Вот и хорошо, молодой человек, вот и хорошо, — удовлетворенно покивал замдиректора, что-то отмечая на экране планшета перед собой. — Значит, переводим вас на интенсивную программу обучения космическим полетам. Эта программа займет два года, если не спешить, и год при ускоренном обучении. В последнем случае вам придется нелегко. Какой вариант выбираете?

— Ускоренный! — отозвались парень и две девушки.

— Что ж, так и запишем. Можете быть свободны. И позовите следующего.

Глава 2

Имперские солдаты, не поленившиеся прибыть за ним на челноке в Черногорию, провели Михаила в какой-то кабинет и велели садиться. Сами ушли, оставив бывшего блогера и политика, а ныне безработного алкоголика и матерщинника, в одиночестве. Он долго пытался понять, что им от него может быть нужно, но так и не понял. Эмигрант, давно бежавший из Украины. Да и Украины больше не было — повешение всего украинского руководства Михаил не поленился посмотреть, и тех, кого он считал друзьями, и врагов. Как, впрочем, и записи казней английских и американских власть имущих. Именно тогда до него дошло, что новая власть лютая и безжалостная, теперь о свободе личности, за которую веками боролись либералы, можно позабыть. Не говоря уже о свободной Украине, за которую он с начала двухтысячных боролся и постоянно проигрывал, поскольку власть в стране все время перехватывали птенцы Сороса, будь они трижды прокляты.

Неуверенность давила на нервы, особенно раздражала непривычная трезвость — перед тем, как завести арестованного в кабинет, имперские солдаты что-то вкололи ему, и теперь он был омерзительно трезв, голова стала кристально ясной и чистой, такого состояния Михаил даже и не помнил. Привык с утра принимать по паре порций виски, иначе не работалось.

На память пришли записи уничтожения нацистов на Земле, и арестованный понурился — среди них хватало тех, кто всей душой готов был служить Неньке, убивать и умирать за нее. Пусть нацисты, зато свои. Теперь никого из них в живых нет. Удивляло, что имперцы точно так же, как и всех остальных, перебили русских нацистов. Выходит, для них своих нет? Если исповедуешь неугодную им идеологию, то ты враг, даже если готов воевать за них? Это удивляло и настораживало. Одновременно Михаил прекрасно понимал, что противопоставить проклятым пришельцам просто нечего. И некому — все те, на кого он ориентировался, мертвы. Западная цивилизация, которую он полагал светочем, низведена в ничтожество, и ей больше никогда не подняться — не дадут. И принес же черт этих имперцев в родную реальность! Сидели бы дома, так нет же — приперлись и все изгадили!

Он прекрасно понимал, что Запад собирается использовать его страну, как таран против надоевшей всему миру до зубной боли России, но был совершенно не против. По очень простой причине — после разделки туши медведя соседям тоже досталось бы по куску, хорошему такому куску, не каждый бы переварить смог. Так что дело стоило усилий. Кто же мог знать, что из космоса явятся проклятые имперцы и разрушат все, что можно было разрушить? Да никому ничего подобного и в голову не приходило!

Какой-то шум заставил Михаила вскинуться. У окна кто-то стоял, причем лица этого кого-то не было видно.

— Ну и зачем вам понадобился ничего не решающий политэмигрант? — насмешливо спросил арестант. — От меня ничего не зависит, давно уже не зависит! А теперь даже блога в телеграме нет.

— Да вот, хотел на тебя лично посмотреть, — негромко произнес имперец, его голос почему-то показался очень знакомым. — Попросил отыскать тебя и доставить ко мне.

— Зачем?

— Хочу понять, как я смог превратиться в такую вот гниду и падаль.

Имперец вышел на свет, и Михаил с ужасом и изумлением узнал самого себя. Разве только моложе, подтянутее, без мешков под глазами и следов многодневного запоя.

— Позволь представиться, — брезгливо процедил имперец. — Михаил Хатлыга[1], возраст четыреста сорок шесть лет, имперский офицер, прошедший почти всю Великую войну. Участвовал в штурме Парижа, Лондона и Нью-Йорка. Наши реальности разошлись в 2003-м году. До того мы были одинаковы. Но я остался человеком, а ты превратился в гниду. Почему?

Арестант ошалело смотрел на него и хватал ртом воздух. Встретить самого себя из другой реальности, да еще и прожившего несколько столетий, он никак не рассчитывал. Да и не представлял, что такое в принципе возможно. Но почему альтер-эго считает его гнидой? За то, что все силы прикладывал ради возвеличивания родной страны? А сам-то? Почему он с русскими, будь они прокляты⁈ Михаил прекрасно помнил себя в 2003-м году — он уже тогда был украинским националистом, пусть умеренным, но националистом. Да и кем он мог быть, увидев клоаку, в которую превратилась Россия в 90-е годы? А ведь на родной Украине тогда творилось намного худшее, и он это прекрасно понимал, но надеялся, что ей удастся подняться за счет России. Однако получилось наоборот, Украина окончательно превратилось непонятно во что, а Россия начала развиваться с какой-то безумной скоростью. Она постепенно становилась опасной для всего цивилизованного человечества. К счастью, западные разведки сумели устранить ее лидера и вернуть к власти либералов, начавших успешно возвращать страну в 90-е, в отчаяние и нищету. Для Украины, по мнению Михаила, это было великое благо. Почему же в другой реальности его двойник имел иные взгляды? Почему⁈

— Почему?.. — переспросил имперец, видимо, последние мысли арестант произнес вслух. — Да, я когда-то тоже мечтал о великой Украине. Но потом случилось так, что Россия стала империей, и на нее двинул войска весь западный мир. В том числе и бандеровцы, надеявшиеся на подачки господ. Западные армии шли через нашу территорию, и вот тогда-то украинцы поняли, что такое Запад. Какая это мерзость и гнусность. А уж кем стали наши националисты… Подпалачиками. Карателями. Нелюдью. Зверьем. После того, что я видел и пережил, единственным выходом было прорываться к русским и воевать с ними вместе против всей этой гнуси. Вот, смотри, эти ролики записаны из моей памяти. Смотри, тварь фашистская! Интересно, ты после такого продолжил бы лизать задницы западным скотам?