Читаем без скачивания Клан. Разбитые стекла (СИ) - "ShadowCat"

— Полкан — это полковник Ивашин, что ли?

— Он самый.

Полина вздрогнула и невольно оглянулась. Полковник Ивашин производил неизгладимое впечатление. Девушке показалось, что он даже на расстоянии услышал, как она его назвала, и даром ей это с рук не сойдет.

— Извини, — Химера виновато присела на кровать рядом с Полиной. — Не бойся его, он нормальный мужик. Правильный. За дисциплину, конечно, три шкуры спустит, но зря не лютует. А тебя он лично взял под защиту.

— Это как? — еще сильнее побледнела Полина. — Что это значит? Почему “лично”?

— Ты это… успокойся. Какой бы ни была причина такого решения главы, это очень хорошо для тебя! Даже не помню, когда в последний раз кто-то из Высших брал под крылышко служебное недоразумение, обычно программы защиты свидетелей за глаза хватает. Но если сам Полкан взялся, ты в надежных руках.

Из всего сказанного Полина услышала лишь то, что ее ситуация вышла далеко за рамки программы защиты свидетелей. И личное участие в ее судьбе главы особого отдела не обрадовало, а только еще сильнее напугало девушку. Неизвестность порой страшит куда сильнее реальных, но знакомых опасностей. Полина стала белее стенки в палате.

— Все будет хорошо, — Химера впервые не знала, что сказать. Лишь молча сжала ледяные руки измученной девушки, словно пытаясь передать ей частичку тепла и уверенности. Уверенности, которой у нее самой не было.

Со двора донесся сигнал автомобиля. На руке Химеры зашипел браслет со встроенной рацией, заиграв разноцвеными огоньками.

— Восьмая, тебя там что, Седому сдали для опытов? Чего застряла?

— Не дождешься, оборотень в погонах, — небрежно бросила Химера, поднеся браслет к губам, растянувшимся в улыбке. — Лучше бы машину прогрел, чем трепаться. Полкан не любит болтливые шкуры в каминном зале.

— Ждать тебя с розами он тоже не будет, так что пошевеливайся, — прошипела в ответ рация и отключилась.

— Золото, а не напарник, — фыркнула Химера. — Растяжку бы ему поставить, так дисциплинарное наложат, кукуй потом на гауптвахте и драй сортиры… нет, оно того не стоит. Вставай и пошли, пока эта блохастая морда уазик греет. Иначе пожалеем.

— Почему? — осторожно спросила Полина, медленно поднимаясь с помощью Химеры.

— Будем всю дорогу слушать бурчание и нытье обиженного оборотня. Честно, лучше в засаду попасть или выговор получить.

— Оборотня?! — ахнула Полина. Химера сосредоточенно кивнула, практически на себе волоча Полину к выходу из палаты.

На улице было зябко. Дождь, безостановочно стучавший в стекла почти двое суток, иссяк, превратившись в легкую морось. Серый бетонный колодец здания военной базы с квадратиком свинцового неба над головой, пара чахлых, уже облетевших кустиков и несколько ярких пятен — кленовых листьев, случайно занесенных ветром на закрытую территорию — все дышало осенью, незаметно подобравшейся на мягких лапах, словно рыжая кошка. В лицо Полине ударил порыв по-осеннему холодного ветра, принесшего запах мокрого асфальта. Девушка плотнее запахнула фланелевый больничный халат и прижалась к Химере. У этой женщины, мечтательно рассуждавшей о растяжках и способах “взорвать унылые будни” напарника, были добрые глаза. Удивительно теплые для подрывника, если Полина правильно поняла ее специализацию. Химера удивительным образом вызывала доверие. И была единственной, кого Полина не боялась. Или боялась меньше, чем остальных.

Возле пыхтящего уазика курил обросший щетиной вооруженный мужчина, время от времени нетерпеливо поглядывая на часы. Заметив девушек, он выбросил окурок, окинул Полину изучающим взглядом, от которого ее пробрала дрожь, и молча запрыгнул в машину. Химера усадила Полину на заднее сиденье и бросила ей плащ-палатку.

— Как-то не до одеял у нас в последнее время. Но в машине тепло, не замерзнешь. А на месте разберемся.

— Куда вы меня везете? — настороженно спросила девушка.

— Куда приказано. Скоро сама увидишь, — бросил водитель, заводя мотор.

— Седьмой, не бухти, как старая баба, — фыркнула Химера, разваливаясь на переднем сиденье. — Полина, не обращай внимания, это он от ранений и усталости такой вредный. Выспится — покажет себя с лучшей стороны.

— С тобой, Восьмая, разве что за Гранью высплюсь, — усмехнулся мужчина.

— Не факт, — усомнилась напарница. — Седой с Полканом тебя и там достанут. Хоть бы представился, оборотень некультурный!

— Роман Ветров, спецподразделение “Тайфун”, оперативник, — нехотя бросил мужчина. Глаза его в полумраке сверкнули желтым.

— Он у нас скромный, — прищурилась Химера в зеркало заднего вида. — Роман — один из лучших оперативников уровня. И именно он вынес тебя из того подвала, за три минуты до взрыва.

— Спасибо, — прошептала девушка, побледневшая при одном упоминании подвала. Благодарности за спасение ставшей ей в тягость жизни она не испытывала, но поступок Романа заслуживал хотя бы этого простого слова.

Мужчина молча кивнул, не отрывая взгляда от серой ленты дороги.

Полина поджала ноги и укуталась в плащ-палатку. Девушке было холодно, и от этого холода не спасло бы и самое теплое одеяло — он шел изнутри. По щекам побежали соленые капли. Весь ужас того, что с ней произошло, боль, страх, отчаяние и напряжение последних дней, ледяной глыбой застывшие на сердце, внезапно прорвались потоком слез, заливающих плащ-палатку. Мир сжался до размеров автомобиля, уносящего девушку в неизвестность, но это было уже неважно. Сотрудники спецподразделения деликатно молчали, позволяя Полине выплакаться, смыть слезами с души хотя бы часть невыносимой боли. И девушка была им искренне благодарна за эту безмолвную поддержку. Любые слова здесь были бы лишними, жалкими, фальшивыми. Ребята из “Тайфуна”, прошедшие огненный ад и повидавшие всякого, в объяснениях не нуждались.

Когда слезы иссякли, оставив после себя мертвую пустоту, Полина еще какое-то время дрожала, глядя сквозь пространство невидящими глазами. Но усталость взяла свое, и девушка, совершенно опустошенная, впервые провалилась в глубокий сон без сновидений и тревог.

— Гребанные ублюдки, блядь! Расстреляла бы к демоновой праматери! Раз пятнадцать, — телепатически, чтобы не потревожить уснувшую Полину, выругалась Химера, доставая пачку сигарет. В аметистовых глазах стояла такая ярость, что под их взглядом едва не дымился асфальт.

— Расстреляешь еще, патронов на всех хватит, — скрипнул зубами Роман, слишком резко вывернув руль. — Проигран бой, но не проиграна война.

***

… Базовая реальность с переходами на отражения и боковые стриммеры, загородная резиденция полковника Ивашина. Координаты засекречены

Двухэтажный дом с мезонином, расположенный в уединенном месте, у самой реки, тонул в предутреннем тумане. Тишину нарушал лишь шепот уже позолоченных осенью старых яблонь и берез, шуршание камыша и редкий всплеск играющей рыбы. Потемневший от времени, но крепкий, добротный, укрытый чарами невидимости и многослойной магической защитой, этот дом таил в себе бесчисленные тайны и напоминал крепость. По сути, он ею и являлся, выстояв в лихолетье революции и Гражданской войны, пережив оккупацию в роковые сороковые и несколько намного менее известных, но не менее жутких и кровопролитных магических войн. Маги рода Ивашиных и союзных кланов сохранили это место как убежище, практически нетронутым. Лишь попадаются в окрестностях ржавые пробитые каски, россыпи отстрелянных гильз и еще звенит зашкаливающий в десятки раз магический фон — эхо войны. Это место десятой дорогой обходят даже звери, местные старики считают проклятым, и даже секретные карты особого отдела КГБ стыдливо молчат об аномальной зоне с плавающими пространственно-временными координатами. Загородной резиденции полковника Ивашина. Во всем мире, пожалуй, не было места безопаснее. Для тех, кто причастен. И опаснее — для тех, кого сюда не приглашали.

Уазик, давно съехавший с трассы на петляющую среди леса полуразмытую грунтовую дорогу, вывернул на почтительном расстоянии от особняка, даже сейчас, при наличии допуска, казавшегося мрачным, пугающим и призрачным. Но Волк и Химера, сменявшие друг друга за рулем почти сутки, слишком вымотались, чтобы обращать внимание на такие пустяки. Они уже неоднократно бывали тут раньше, знали это место достаточно хорошо, чтобы в нем выжить и привыкли к местному колориту. Роман ювелирно припарковал машину согласно полученных инструкций на одному ему заметной бетонной плите и вставил в пятигранное отверстие сбоку нее полученный от Полкана кристалл. Кристалл засветился красным светом, тут же сменившимся синим. Плита медленно поднялась в воздух и поплыла в сторону особняка, минуя зону мин и ловушек и моментально сделавшись невидимой для любого стороннего наблюдателя вместе с прибывшим маленьким отрядом. А через пару секунд исчез и сам особняк — пространственно-временные координаты не фиксировались в одной локации дольше нескольких секунд, необходимых для прохода.