Возвращаться не хотелось обоим. Подходя к охотничьему домику, Лизелла поймала на себе хмурый взгляд Норта, – у него даже губы были сжаты, так что побелели. Если бы это не было так глупо, она подумала бы, что он ревнует. Лизелла состроила самое невинное личико, хлопнула ресницами и не подумала отпустить руку Дамира: не так-то часто у нее выпадает возможность развлечься. Она не делает ничего особенного, она вообще занята именно тем, что выполняет поручение самого лорда Робера! Ужин на двоих? И что в этом такого? Каждый думает в меру своей распущенности!
Придирчиво рассматривая себя в зеркало, Лизелла вновь начала сокрушаться, что как-то незаметно махнула на себя рукой. Мама всегда говорила, что лицо женщины это руки… А у нее и вовсе не осталось ногтей! Лицо… Это что, кожа или бумажная салфетка? А цвет? У покойников краше! Да конечно может какой любитель чахнущей красы и сочтет, что синие круги под глазами придают ей налет этакой утомленной загадочности, но себя обманывать нехорошо и неполезно: на нее уныло смотрела кабинетная мышь, говорящее приложение к школьной доске. Даже лучше, что уставной балахон скрывает выпирающие ключицы, – мужчины не собаки, на кости не бросаются! Пожалуй, немного косметики в нужных местах могли бы исправить положение с катастрофического на просто кошмарное, но как раз свою косметичку она и забыла, о чем до сегодняшнего вечера даже не вспомнила. Да уж, только слепой и польстится на такое пугало!
Но ведь это не свидание! – осадила себя Лизелла, – Он тебя уже видел без прикрас через свою птицу. Он просто вежлив, и пытается найти выход из неловкой ситуации. Да и его ворона там на этот раз не будет…
И все же она не удержалась. Лизелла всегда считала свою внешность довольно заурядной, но располагала богатством, которому могли позавидовать многие: волосы. Они были ее главным достоянием и сокровищем – роскошная густая грива жестких неуправляемых светло русых кудрей с отливом в рыжину. Такой цвет не получить никакими красками или иллюзиями. Из-за длины под собственной тяжестью они не закручивались мелкими спиральками, но рассыпались по спине волнами и оканчивались крупными тугими локонами… То что нужно, что бы потешить тщеславие!
Капелька духов… Ее маленькая безобидная слабость: Лизелла любила запахи, с ума сходила от ароматических свечей, масел, а в лавке парфюмера могла провести весь выходной.
И разумеется, что-то, а точнее кто-то обязательно должен был испортить с таким трудом налаженное настроение: пальцы поджидавшего ее Норта сомкнулись на запястье.
– Ты совсем рехнулась? Что ты творишь? Да от твоей репутации…
– Моя репутация, – сладко оборвала его негодующие возгласы Лизелла, – настолько безупречна, что ее давно пора кому-нибудь испортить!
Она выкрутила руку и решила, что пора расставить точки над и, ё и другими литерами всех существующих алфавитов.
– Норт, если я по какой-либо причине терплю твое общество, это еще не значит, что у тебя есть право хватать меня за различные части тела. Читать мне мораль. И указывать, что следует делать. Это первое. Второе! Умерь свои фантазии. Лорд Робер приказал мне не отходить от него ни на шаг. Что я и делаю. Сомневаешься – спроси его сам!
– И для этого ты распустила волосы? Посмотри на себя! Глаза горят, как у голодной кошки, щеки пылают… Да ты едва губки для поцелуев не подставляешь! Ты выглядишь как… Ты и в постель с ним ляжешь?!
Самым естественным продолжением этой «беседы» – была бы пощечина. И Лизелла едва от нее удержалась. Кошки… она ничего не имела против безобидных созданий, и не собиралась ронять себя в склочной сваре. Просто недавний товарищ в эту минуту был вычеркнут из списка тех, с кем она хотела бы общаться. Именно как на кошачье дерьмо, она на него и посмотрела, молча огибая молодого человека.
– Лизелла! – кажется, он осознал свою ошибку, хотя и поздно, – Пожалуйста… Не иди к нему одна! Позволь мне…
При виде брезгливого выражения на лице любимой женщины, Нортон осекся, но нашел силы продолжить:
– Возьми кого-нибудь с собой! Пожалуйста! Я лишь хочу оградить тебя!
– Норт, – холодно ответствовала Лизелла, – ты сомневаешься, что я вполне способна позаботиться о себе сама? Хорошо, давай пойдем вместе… А еще пригласим Бертрана, Милену, Ксавьера и всех остальных… Марата и весь Совет в полном составе не забудь! Ты оскорбляешь и… противника, и себя!
– О да, я смотрю, он и правда опасен… – Норт отступил на шаг, – Если ты заговорила так после одной прогулки!
– Если ты удивлен, – Лизелла уже уходила, – То это значит, что до сего момента ты меня не слушал и не знал. Я ничего тебе не обещала и не обязана соответствовать твоим мечтаниям!
Когда Лизелла вошла, темный ее уже ждал и, как ей показалось, с не меньшим нетерпением, чем она собиралась к нему.
– Вы чем-то расстроены, – обратился Дамир к девушке.
Он же чувствует любую магию, вспомнила Лизелла, а значит должен до малейшего оттенка различать ауру. Пожалуй, и правда следует быть осторожнее, – она немедленно схлопнула свое поле в непроницаемый кокон. Нортону все же удалось отравить ей настрой: что если все это не более чем разыгранный спектакль, удачная импровизация в своих целях? А она и растаяла!
– Так, досадная мелочь. Случается, – тем не менее, ответила она как ни в чем не бывало.
Дамир улыбнулся ей, и Лизелла тут же послала подальше все разумные соображения.
– Вы не против обойтись без излишних церемоний? – поинтересовался он, – Ресс – дитя степи, и совершенно не подходит на роль стюарда. И уж тем более на защитника вашей чести от моей персоны.
Он смеялся, и девушка, не подумавши, легкомысленно выдала в ответ первое, что попало на язык:
– Не против. Да мне совсем и не хочется защищаться от вас…
Черная бровь медленно выразительно поползла вверх, и Лизелла спохватилась, что именно сказала, зажав себе рот ладонью. Дамир от души пожалел, что в этот момент не может видеть сконфуженного личика волшебницы.
– Даже не знаю, можно ли считать это комплементом!
Ну, конечно, разве он мог упустить такой случай ее подразнить, обреченно признала Лизелла, и попыталась перевести разговор на менее скользкий путь.
– О! я… я не знаю, что на меня нашло! Я имела в виду, что не предполагаю вас, способным причинить моей чести вред…
Ох, опять двусмысленно, но уже не так лестно! Что ты вообще несешь?!
– Я не считаю вас…
Дамир уже смеялся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
