Обе уставились во двор.
– Я знаю точно: этого человека Санни отправил за тобой в погоню.
Ритм сердца Сюзанны изменился – теперь оно настороженно и опасливо постукивало о ребра.
– О, Луиза… – с дрожью выговорила она. – Ты, должно быть… ошиблась.
Луиза решительно покачала головой:
– Нет, не ошиблась.
Сюзанна прикусила губу так, что почувствовала солоноватый привкус крови. Нет! Безмолвный вопль разрывал ее на части, заставлял забыть о трепете возбуждения, подавляя волнение, возникшее в груди при виде Натана.
Но даже после твердого заявления Луизы Сюзанна надеялась, что произошла ошибка.
– Если Санни отправил его за мной, почему же он ничего не предпринял?
– Не знаю, голубка. Я рассказала тебе все, что мне было известно, – заявила она тоном, не допускающим возражений.
Сюзанна смотрела на Натана, не отрываясь и, по-прежнему, не веря Луизе. Он обманул ее. Он заставил ее влюбиться – она и не представляла, что способна на такую любовь. И вместе с тем он явился с намерением погубить ее. Она была оскорблена, у нее мучительно ныло все тело, к которому она позволила ему прикоснуться – после того, как годами оберегала его. Ей казалось, что она окунулась с головой в грязь, подверглась насилию, и причиной тому стало его коварство.
Она наблюдала, как Натан приблизился и спешился. Он обменялся с Набом и Кито теплыми рукопожатиями. Наб что-то сказал, не отпуская руку Натана, и кивнул в сторону дома.
Когда Натан обернулся, Сюзанна не сдержала тревожный крик. Его глаза переполнял неукротимый гнев и нежелание прощать. А может, в них отразились чувства, которые испытывала сама Сюзанна?
Глава 14
Ярость бушевала в ней. Она была потрясена, оскорблена и разгневана, но с выяснением отношений решила повременить. А пока…
Отвернувшись от окна, она вгляделась в лицо Джексона, который только что отодвинул свою тарелку. Подойдя, Сюзанна протянула мальчику руку.
– Пойдем, – позвала она с принужденной улыбкой.
Недоверие и опасение ясно отразились на лице Джексона, однако, помедлив, он подал Сюзанне руку и последовал за ней к двери.
– Макс! – позвал он отчетливо и громко.
Пес вскочил, потянулся и послушно поплелся за мальчиком.
Увидев Натана, мальчик судорожно сжал пальцы Сюзанны.
– Не бойся, Джексон, это твой папа. «Да, твой отец-негодяй», – мысленно добавила она, наблюдая за выражением лица Джексона и гадая, узнал ли он отца, вспомнил ли его. Но мальчик стоял рядом с ней неподвижно, как статуя.
Самой трудной задачей для самой Сюзанны оказалось взглянуть Натану в глаза и, справившись с ней, она изумилась, заметив на лице Натана следы ссадин и синяков. Она не сдержала злорадства: теперь Натан мог понять, какова была ее супружеская жизнь. Обида проникала все глубже, ранила больнее, почему-то напоминала стоячую воду в заброшенном колодце. Грудь Сюзанны ныла, как от удара, чувства захлестнули ее.
Натан перевел взгляд на сына. Сюзанна пристально следила, как на его лице мелькают недоверие, мука и, наконец, ошеломляющее облегчение. Его глаза ярко заблестели. А ей так хотелось отплатить ему за все!
Медленно, короткими шагами Натан двинулся к ним навстречу.
– Джексон?
Джексон ухватился за руку Сюзанны еще крепче, а Макс, услышав знакомый голос, заскулил и замахал хвостом, прыгая вокруг Натана. Склонившись, Натан потрепал пса по голове, не спуская глаз с лица сына.
Наконец Натан выпрямился и застыл перед Сюзанной и своим сыном. Он с трудом сглотнул, и его горло судорожно дернулось.
– Вижу, ты уже познакомился с Максом.
– Макс, – отчетливо повторил Джексон.
Словно услышав приказ, Макс взбежал на веранду и уселся рядом с Джексоном, воодушевленно помахивая хвостом.
Натан бросил беглый взгляд на Сюзанну:
– Он говорит? А я думал…
– Не знаю, все ли он понимает. – Сюзанна надеялась, что ее голос прозвучал спокойно. Она с трудом сдерживала негодование.
Натан смотрел на сына, и его лицо выражало изумленное недоверие, быстро сменившееся печалью.
– Он меня не помнит.
– Подожди, не все сразу. – У Сюзанны перехватило горло.
За ее спиной распахнулась дверь.
– Папа Натан!
Сюзанна ахнула и закрыла рот ладонью. Натан обжег ее взглядом, прежде чем принужденно улыбнуться Кори.
– Привет, малыш! Как дела?
У Сюзанны сжалось сердце. Чем вызвана злоба Натана? Ее чувства, по крайней мере, оправданны.
Кори спустился по ступенькам, бросился к Натану и обнял его за ногу. При виде восхищения, с каким он взирал на Натана, и без того измученное сердце Сюзанны облилось кровью.
Ободряюще пожав руку Джексона, она высвободила пальцы, спустилась вниз и попыталась оторвать Кори от ноги Натана. Но мальчик вцепился в нее обеими руками и захныкал, не желая уходить.
Нагнувшись, Натан подхватил Кори на руки, и ребенок мгновенно затих. Пронзая Сюзанну холодным и жестким взглядом, Натан заявил:
– Он ни в чем не виноват. Только бессердечный ублюдок способен обвинять ребенка за грехи его матери.
Сюзанна отшатнулась, словно Натан ударил ее. Она стояла у веранды, безуспешно пытаясь сделать вдох и придать силы ослабевшим ногам.
Не желая признаваться, как подействовали на нее слова Натана, она прищурилась и ответила ледяным тоном:
– Это очень любезно с твоей стороны. – Круто повернувшись, она зашагала через двор к небольшому строению рядом с амбаром.
Шагнув через порог, Сюзанна торопливо закрыла за собой дверь, желая хоть немного побыть в одиночестве. В сарае было прохладно и темно, свет пробивался только сквозь крохотное окно и щели в дощатых стенах.
Устало прислонившись к двери, она мечтала только об одном – чтобы прекратило колотиться сердце. Закрыв глаза, она вдохнула застоялый воздух и медленно выпустила его.
Наконец, успокоившись и собравшись с мыслями, она поняла: слова Натана не имели смысла. Если Луиза сказала правду, значит, Натан знал о ее преступлении с самого начала. Он знал, что она убила Харлена, – Санни должен был рассказать об этом.
Она выругалась, досадуя на то, что чувства к Натану не угасли даже после известия об его обмане. Она совершила величайшую глупость, поверив в его понимание, заботу… и любовь.
Но почему же все-таки он зол на нее? Этого Сюзанна не понимала. Ее обида была оправданной. В конце концов, он солгал ей, усыпил ее бдительность, любил ее и не скрывал этого, а затем уехал. Нечестность Натана причиняла ей невыносимую физическую боль. Но еще сильнее уязвляло неожиданное отвращение Натана. Как искусно он скрывал его до сих пор!
Сюзанна оттолкнулась от двери, сделала несколько шагов и остановилась, озадаченная увиденным. Помещение заполняли странные предметы: в центре стояла огромная жестяная ванна на прочном деревянном основании. Ванна была такой глубокой и огромной, что смогла бы вместить целую семью. Труба, оканчивающаяся краном над ванной, вела к насосу у стены.
