Сюзанна оттолкнулась от двери, сделала несколько шагов и остановилась, озадаченная увиденным. Помещение заполняли странные предметы: в центре стояла огромная жестяная ванна на прочном деревянном основании. Ванна была такой глубокой и огромной, что смогла бы вместить целую семью. Труба, оканчивающаяся краном над ванной, вела к насосу у стены.
Заинтригованная, Сюзанна обошла вокруг странного сооружения. Она не знала, сколько времени простояла здесь, как вдруг услышала скрип открывающейся двери. Ее сердце стиснула тревога.
– Голубка, что ты здесь делаешь?
С облегчением осознав, что ее разыскал не Натан, Сюзанна обернулась, борясь со слезами:
– Мне не хотелось видеть его.
Луиза подошла поближе к ванне и нахмурилась, разглядывая загадочную штуку.
– Он признался, что работал на Санни?
– Об этом мы даже не заговаривали, – ответила Сюзанна.
– Тогда в чем же дело?
Сюзанна покачала головой. Недавняя ярость возвращалась к ней.
– Не знаю и знать не хочу. – Воспоминания о предательстве проникали все глубже, задевая обнаженные нервы. – Очевидно, – добавила она дрогнувшим голосом, – он оказался более искусным притворщиком, чем я могла себе представить… – Внезапно она схватилась за соломинку: – А ты уверена, что именно его видела вместе с Санни?
Луиза обняла ее.
– Я знаю это твердо, как собственное имя, голубка.
От Луизы пахло корицей и тестом, и этот уютный запах приглушил горе Сюзанны.
– Мне следовало довериться чутью и не поддаваться этому негодяю, Луиза. А я… – Она сглотнула. – Я тоже думала, что его прислал Санни, но потом решила: ни у Санни, ни у Харлена не могло быть такого приятеля. О Господи!.. – выдохнула она, чувствуя, как подступают к горлу слезы. – Он во многом помогал мне… он был таким добрым и внимательным! Проклятие! – Она раздраженно смахнула слезы. – Мне казалось, я заподозрила бы неладное, но ошиблась. Он был так добр к Кори! Он помогал нам, ничего не требуя взамен…
Она всхлипнула, вытащила платок и вытерла глаза и нос.
– Да, он ничего не просил… – Она покачала головой и зарылась лицом в мягкие, курчавые волосы Луизы. – Если бы ты знала, как я зла, Луиза! Мне горько и больно вспоминать о том, как он обошелся со мной… Господи, лучше бы я никогда в жизни не встречалась с этим негодяем!
Луиза ласково поглаживала ее плечи.
– Собери-ка в одну горсть все упреки, а в другую – все желания и посмотри, которая наполнится первой, голубка!
– Что бы я делала без тебя! – Сюзанна снова всхлипнула. – Чем он сейчас занят?
– Когда я уходила сюда, он сидел на ступенях веранды с Кори на одном колене и Джексоном на другом. И конечно, пес разлегся у его ног.
– Ну, разумеется, – подхватила Сюзанна, жалея себя. – У него хватает поклонников, верно? – Она сунула платок в карман и распрямила плечи. – Он разговаривал с Джексоном?
– Да, но мальчик молчал, как каменный. – Луиза раздраженно вздохнула: – А мой приятель, похоже, влюблен в этого коварного человека.
Сюзанна вспомнила, как Кори схватился за ногу Натана.
– Жаль, что Кори так неразборчив в привязанностях.
Вздыхая, она крепко обняла Луизу, отстранилась и направилась к двери.
– Несмотря на его предательство, я хочу, чтобы его отношения с Джексоном наладились – хотя бы… для блага самого Джексона.
– Для этого понадобится время, голубка. Сюзанна потерла ладонями виски.
– О Луиза, представляешь себе, каково ему пришлось, когда он обнаружил, что Джексон жив? Ты можешь себе это вообразить?
– По-моему, он еще долго не сумеет разобраться в своих чувствах.
Сюзанна припомнила, как Луиза распекала Кито сегодня утром.
– А как насчет тебя? Ты уже разобралась в своих чувствах?
Луиза фыркнула и отвернулась.
– Незачем в них разбираться.
– Я видела, как сегодня утром ты бранила беднягу Кито. Что все это значит?
При упоминании имени Кито Луиза гордо вздернула подбородок.
– Вечно он выводит меня из терпения!
– Но почему? – с улыбкой спросила Сюзанна. – Кито – самый обходительный, добрый и терпеливый мужчина из всех, кого я знаю.
Луиза круто обернулась:
– Может, он и правда добр и терпелив. Но обходителен? Ничуть! Он знает, что я хочу оказаться с ним в постели, голубка. Я хочу его с тех пор, как мы познакомились и я впервые увидела его у кузницы – черного, мощного. – Она прерывисто вздохнула. – Почему-то он считает, что прежде чем лечь в постель, мы непременно должны пожениться.
Сюзанна не сдержала смех:
– Ты говоришь об этом так, словно обвиняешь его в преступлении. Но если он согласен, почему бы тебе не выйти за него?
– Я и собираюсь. Но я не хочу, чтобы он выиграл.
Усмешка исчезла с лица Сюзанны.
– Ты никогда не любила признавать чужое превосходство. Пора бы тебе измениться, – предостерегающе добавила она.
Морщинки, прорезавшие миловидное лицо Луизы, разгладились.
– Знаю, – негромко ответила она с озорной улыбкой. – Знаю.
Они вышли из сарая вдвоем, рука об руку. Взгляд Сюзанны машинально метнулся к веранде. Там стоял только Кито, наблюдая, как они приближаются.
Прижавшись к Луизе, Сюзанна пожала ей руку:
– Скажи-ка, что ты чувствуешь, видя, как он стоит вон там – сильный и мускулистый?
Луиза в ответ потрепала ее по руке:
– О том, какие чувства он возбуждает во мне, знаю только я – вот так-то, шалунья.
Но, искоса взглянув на Луизу, Сюзанна обнаружила, что все симптомы налицо: бьющаяся жилка на шее, широко раскрытые глаза, слегка приоткрытые губы, ласковая улыбка, приподнимающая уголки рта…
– А, по-моему, вы влюблены, мисс Луиза Вашингтон.
– Если ты можешь утверждать это с первого взгляда, голубка, значит, с тех пор как ты покинула Миссури, ты многому научилась.
Вспышки воспоминаний и желания проникли сквозь боль Сюзанны, теплая волна поднялась внизу живота. «Если бы ты только знала, Луиза! Если бы знала…»
Луиза и Кито поженились на следующий день. Кито попросил Наба и Натана найти где-нибудь поблизости священника. Ему повезло: в Сломанной Челюсти как раз остановился странствующий проповедник. Луиза подняла было скандал, раздосадованная тем, что ее не предупредили заранее, но Сюзанна сумела успокоить ее.
Сюзанне, которая колебалась между желаниями вызвать Натана на открытый разговор и столкнуть его с ближайшей скалы, выражение блаженного счастья на лице Луизы доставляло удовольствие, смешанное с горечью. Она желала подруге счастья. Когда-то она осмеливалась мечтать, что и сама обретет счастье с Натаном, но больше не позволяла себе грезить наяву.
Вид Натана по-прежнему причинял ей боль. Горечь и желание не исчезали. Хотя мысленно Сюзанна боролась с собой, тело отказывалось подчиняться ей, и, в конце концов, она разозлилась не только на Натана, но и на себя. Они избегали друг друга. Отчаяние Сюзанны усиливалось.
