Схватив ее за подбородок, Натан стиснул его. Сюзанна подавила крик боли.
– Нет, я еще не сказал самого главного, Сюзанна.
Она попыталась высвободиться и когда Натан, наконец, отпустил ее, потерла подбородок, невольно подумав, что к утру на нем появится синяк. Это ощущение было хорошо знакомо ей.
– Мы еще даже не упомянули о Кори. Тревожный звон заполнил ее голову, но Сюзанна ничего не могла понять.
– При чем тут Кори?
– Я хочу услышать от тебя правду, Сюзанна. Мне нужна только правда!
– Чем он мог ее доказать?
– В тринадцать лет Харлен переболел свинкой. Врач сказал, что у него не будет детей.
– Да, я… знала, что он был болен свинкой… – Воспоминание было смутным, но несомненным и возбудило подозрения. Но Сюзанна понимала: этого не могло быть. Только в ее ночных кошмарах Санни Уокеру удавалось дотронуться до нее. – Это неправда.
– И это все? Всего-навсего «это неправда»? Не слишком убедительно, Сюзанна. Скажи-ка, если это неправда, тогда кто же отец Кори?
Она отвернулась, опасаясь наброситься на него с кулаками.
– Говорю тебе, это неправда, Натан. Неужели ты считаешь, что я могла забыть, кто был отцом моего ребенка?
– Вполне возможно.
Она уловила иронию в его голосе.
– Если ты мне не веришь, Натан Вулф, тебе прямая дорога в ад.
Он молчал так долго, что Сюзанна решила: он задумался. Но оказалось, что Натан наблюдает за ней. Выражение его лица встревожило Сюзанну.
– Ты по-прежнему мне не веришь.
– Я хотел бы верить. Бог свидетель, Сюзанна, я хотел бы…
– Но не можешь? – Гнев вырвался наружу, и Сюзанна наотмашь ударила его по щеке. – Тогда верь лжи Санни! Уверена – его слова звучали как нельзя убедительно. О, какой же ты глупец! – выговорила она дрожащим от бешенства голосом. – Будь сейчас светло, я немедленно забрала бы Кори и ушла бы отсюда! – Она прошла мимо Натана и распахнула дверь. – Мы с Кори уйдем, как только рассветет. – Сюзанна не знала, куда она уйдет, но не заботилась об этом. Ей хотелось только одного: оказаться как можно дальше от Натана.
Она не станет умолять выслушать ее. Не будет тратить время на уговоры. Она не унизится перед ним и с радостью покинет его дом. Сюзанне пришла в голову мысль, что слишком часто в жизни ей приходится переезжать с места на место, бежать, скрываться, но она не стала задумываться над этим. По крайней мере, она способна действовать. Больше она не станет сидеть сложа руки и терпеть оскорбления мужчин.
Едва она успела заснуть, как что-то разбудило ее. Спросонья она уставилась в окно, но затем вспомнила, что ночью, когда она вошла в спальню, Кори лежал на кровати. Ей пришлось свернуться на диване под одеялом. Она попыталась вытянуться, но уперлась ногами в подлокотник.
Небо уже посветлело. Сюзанна не спала почти всю ночь. Она то вскипала яростью, то приходила в отчаяние, понимая, как неожиданно могут измениться обстоятельства.
Уловив краем глаза движение в углу комнаты, она повернулась и увидела, что возле дивана стоит Джексон. Ее удивление сменилось беспокойством.
– Джексон, в чем дело?
Его лицо исказилось от раздражения, когда он попытался заговорить.
– Кори… Макс… – Он запнулся и указал на дверь.
Тревога вмиг сдернула ее с дивана. Просунув руки в рукава фланелевого халата, Сюзанна затянула пояс и побежала в спальню. Она была пуста.
Она выбежала из дома, спустилась по ступеням и по влажной траве прошла к уборной. Распахнув дверь, она застыла, обнаружив, что внутри никого нет.
Сюзанна обернулась, обезумев от ужаса.
– Кори! Макс!
Ей никто не ответил.
– Кори! Макс!
Джексон стоял рядом, тревожно нахмурившись. Сюзанна осторожно взяла его за плечи и наклонилась. Стараясь не напугать мальчика, она спросила:
– Ты знаешь, что случилось? – Она не ждала ответа, но не могла не спросить.
Джексон понял смысл ее вопроса и покачал головой.
Сюзанна бросилась к дому – сначала торопливым шагом, потом перешла на бег, распахнула дверь и чуть не сбила с ног Натана, спеша достичь комнаты Луизы и Кито.
Натан схватил ее за руку:
– Что случилось?
Она вырвалась и пролетела мимо, не обращая на него внимания.
Натан нагнал ее и вновь взял за запястье:
– Я спрашиваю: что случилось? Ты бледна, как призрак.
– Луиза! – закричала Сюзанна, не переставая вырываться. – Луиза, Кито! Кори с вами?
Кито открыл дверь своей комнаты и застыл на пороге, обнаженный до пояса.
– Что такое, миссис Сюзанна? Что с маленьким мистером?
Луиза мгновенно возникла рядом с ним, завязывая халат.
– Голубка, что с тобой?
Сюзанна прижала ладонь к груди, стараясь утихомирить бьющееся сердце.
– Кори, случайно, не у вас?
Кито и Луиза обменялись встревоженными взглядами.
– Мы не видели Кори со вчерашнего вечера, – ответил Кито.
Сюзанна прижала к губам дрожащие пальцы:
– О Господи… он пропал…
Натан грубо повернул ее к себе лицом:
– Пропал? О чем ты говоришь? Смахнув его руку с плеча, Сюзанна выпалила:
– Он пропал. Исчез. Его нет ни в доме, ни в уборной. Нет нигде!
Натан сунул руки в рукава наброшенной на плечи рубашки. Тут только Сюзанна заметила, что он, как и Кито, выбежал на ее крик обнаженным по пояс. На краткий миг она задержала взгляд на его широкой груди, снова поддавшись магии воспоминаний.
– А собака? – спросил Натан, застегивая рубашку.
Сюзанна побрела на кухню.
– Я звала его. Он не отзывается. – Только теперь она поняла, что Кори не просто спрятался, чтобы подшутить над ней. Обернувшись, она подступила к Натану вплотную и, вспыхнув, поднесла кулак к его лицу: – Если в этом виноват Санни, я…
Натан схватил ее за запястье и ответил не менее гневным взглядом.
– Санни Уокер понятия не имеет, где ты, – если только ты не посылала ему телеграммы и не говорила сама.
Вырвав руку, Сюзанна бросилась одеваться к себе в комнату и захлопнула дверь перед носом Натана.
Глава 15
Ближе к вечеру на следующий день Нат и Кито верхом объезжали места, которые осматривали прежде уже, по меньшей мере, десяток раз. Оба молчали, с беспокойством посматривая на небо. Приближалась холодная ночь. У ребенка, оставшегося в одиночестве, беззащитного перед стихиями и дикими зверями, почти не было шансов дожить до утра.
Во время долгих часов поисков мысли Ната часто возвращались к Сюзанне. Ему приходилось заставлять себя думать о чем-нибудь другом, но как бы он ни старался, знакомый образ вставал перед его глазами и манил сильнее, чем прежде.
Она всегда держалась убедительно – как забитая жена, которая съеживалась, нечаянно пролив ему на руки горячий кофе. Как невинная девушка, которая, несмотря на то, что имела ребенка, оставалась девственницей, когда речь заходила о любви. Как преданная мать, обожающая свое дитя, очарованная его совершенством, сама становящаяся ребенком во время игры. И как робкая ученица, которую смущали поцелуи Ната.
