начнём массово производить мушкеты Ярополка, но это потом. До конца этой войны я в лучшем случае вооружу всех скелетов мушкетами.
Очень хотелось рвануть вперёд, оставив позади пушки. Ведь их всего-то тридцать, что они, казалось бы, могут сделать? Но нельзя. Пушки кидают ядра на вполне представительное расстояние. По толпе можно попасть с полукилометра. Да и опыт артиллеристам нужен. Как я буду совершенствовать пушки, если их не применять?
Опять же, это мне скорость войска кажется не шибко выдающейся, а для современных армий я иду очень даже бодро. Как говорится, любители обсуждают тактику, кабинетные генералы — стратегию, а профессионалы — логистику.
По этой причине я даже образцы оружия, вполне пригодные для использования, но неудобные не принимаю на вооружение, не говоря уже о попытках создать какое-нибудь wunderwaffe. У меня уже есть паровой двигатель, есть гусеничное шасси, вешай противопульную броню, ставь пушку, и всё, танк готов. Причём справиться даже с самой убогой самоходной машиной смогут только маги (и то не все). Если немного напрячься, то можно даже не один, а десяток таких машин сделать.
Только зачем? Как я буду их применять? Зачем мне эти непробиваемые коробочки? А главное — как я буду обеспечивать их функционирование на поле боя? Экскаваторы каждый день обслуживание проходят, чтобы не развалиться. А мне потребуется прямо в войсках держать инженеров для обслуживания, топливо, запчасти, и прочая, прочая, прочая. А по итогу получится так же, как было у британцев. Напугали противника танки, конечно, знатно, но большая часть выбыла из строя просто из-за поломок.
Если ты вкорячил на гусеницы пушку и прикрыл её бронёй, это ещё не танк, это трактор с пушкой. Танк — это самостоятельная боевая единица, способная функционировать и эксплуатироваться на поле боя только усилиями экипажа. Поэтому никаких танков, пока у меня не будет шасси, способного нести два десятка тонн массы и самостоятельно пройти три сотни километров без поломок.
Сейчас для меня куда важнее получить откатные устройства, чтобы при стрельбе откатывался только ствол, а не вся пушка вместе с лафетом. Вот это прямо нужная вещь, дайте две, увеличит и скорострельность, и точность, и вообще будет куда стабильнее работать. А танк будет страшным, громыхающим посмешищем.
Мы подошли к переправе… В смысле, здесь должен был стоять мост, но сейчас он лежал в руинах. Река неширокая, три метра, местами до пяти, и для скелетов вообще не преграда, но не для обоза. А на той стороне стояла группа воинов, всадников. Не больше сотни, если на глаз, а скорее даже меньше.
Мои гвардейцы останавливаются, я вылетаю вперёд, сопровождаемый двумя рыцарями смерти. Мало ли, будут своими телами заклинания ловить. Всадники смотрят на меня, молчат. Я осматриваю их в ответ. Дружина барона что ли?
— Вы кто такие? — спрашиваю.
Если не ответят — прикажу гвардейцам (без мушкетов) форсировать реку. Будем переправу возводить. А если эти хлопцы попробуют помешать — расстреляю к едрене матери.
— Дружина барона. Поворачивайте и уходите.
Вас забыл спросить, что мне делать.
— И не подумаю. Советую убраться с моей дороги, если жить хотите.
Один из всадников свистнул, и из ближайшего лесочка потянулись ополченцы в дрянной броне. Отдаю гвардейцам приказ заряжаться прямо в походных колоннах. Не всем, пары сотен здесь хватит с избытком.
— У нас достаточно сил, чтобы не дать вам пересечь реку. Убирайтесь с нашей земли! — продолжил кричать всадник.
— Ты реально не понимаешь, кого хочешь напугать кучкой голозадых ополченцев? — на всякий случай даю им последний шанс.
Но нет, по лицам вижу, что настроены вполне серьёзно. Что же, я предупредил.
Отдаю волевой приказ, мушкетёры срываются с места, спеша занять позицию на берегу. Всадники следят за ними, немного отходя от береговой линии, но здесь дистанция — пятьдесят шагов, ну семьдесят. А у меня пули конского калибра.
Гвардейцы быстро и слаженно формируют на берегу две шеренги по полсотни бойцов слева и справа от развалин моста. Первая шеренга садится на колено, резко вскидывая оружие, вторая поднимает оружие над головами первых. Всадники наблюдают с недоумением, но на всё уходит два десятка секунд, так что как-то отреагировать они банально не успевают.
Раздаётся слитный залп. Сто стволов, эффективная дистанция прицеливания, ростовые фигуры на лошадях. Всадников становится в три раза меньше. Гвардейцы пригибаются к самой земле, за их спинами ещё сотня мушкетёров в двух шеренгах. Второй залп. На ногах остаётся лишь несколько коняшек, уже без всадников. Ополчение, увидев произошедшее, развернулось на сто восемьдесят и дало дёру обратно в лес.
— Ну и что это было? — задал я риторический вопрос.
Отправляю гвардейцев на ту сторону, будем готовить переправу.
Глава 30
Иногда жизнь бросает в лицо совершенно неожиданные ситуации, на которое не знаешь, как реагировать.
Речку мы форсировали относительно быстро, не такая уж большая она была, а толпа скелетов легко превращается из солдат в строители, так что сооружение переправы не заняло и трёх часов. Дальше рыцари смерти переправили на другой берег всё, что не следовало мочить, скелеты прошли в брод, всепроходимые мои, и, собственно, всё, преграда позади. Но не зайти местному правителю в гости я никак не мог. Ну и зашёл. Рыцари смерти вежливо постучали в ворота, после чего вместе со мной пошли искать самого барона с целью спросить: какого корнеплода он творит. Маг у барона если и был, решил сделать вид, что его нет.
Нашли. Мне неловко стало сразу, а уж когда всю историю размотали, так и подавно.
Правил этой землёй ещё не старый, но уже больной и слабый мужчина, барон Саранс. Было у него две дочери. Сам барон уже ничего не решал, лежал в кроватке и болел, всё решали дочери. Полными дурами они не являлись, но и умом с опытом похвастаться не могли. Сведения о происходящем вокруг они старались собирать и как-то обдумывать, а потому начавшуюся войну не прозевали. Да что там, посол, которого я решил не убивать, а отправить восвояси, здесь гостил и красочно описал, как их армия придёт и
