времени немногим меньше, чем движение армии, но пока сражение, пока осада, там и связь с крепостью появится.
Мы встали лагерем на самой границе. Последняя спокойная стоянка, дальше пойдём по вражеской территории. Ха! В этом время такие мелочи принципиального значения не имеют, хоть по вражеской, хоть не по вражеской.
Ко мне подсел Марк, ребёнок дикарей, закончивший обучение. Проявил интерес к артиллерийскому делу, поэтому был взят в поход, набирается опыта.
— Арантир, — кивком приветствовал меня, ты обещал рассказать о тактике артиллерийского огня.
— Обещал, было дело, — подтверждаю.
Тактика — это очень громко сказано. Так, делился с парнем своими соображениями.
— Какой вопрос ты мне задал, напомни.
Я, естественно, помню, важно формулировка, которую даст Марк. Надо же убедиться, что не зря я их учил.
— Почему можно не только стрелять по всем противникам, до которых может достать пушка, а выбирать цель.
Эх, нет, никаких выводов за день он не сделал. Или я слишком многого жду? Парень даже ни разу не видел, как артиллерия вообще в бою действует, откуда ему материал для аналитики брать?
— Смотри, Марк. Вы в ближайших боях будете стрелять просто чугунными болванками. В кого попадёт — того и убьёт. Причём чем плотнее строй, тем больше вероятность попадания.
— То есть стреляй туда, где народа больше, не ошибёшься? — предположил Марк.
Я сделал паузу, прикидывая в голове.
— В целом это правда, но война предоставляет совершенно неожиданные ситуации. Например, в бой побежит целая толпа ополченцев. Их много, огромное пятно людей, стреляй не хочу. И именно по ним стрелять не имеет никакого значения, потому что никакой угрозы они не представляют. В то же время расстрелять небольшой отряд всадников, что пытаются обойти с фланга, обстрелять просто необходимо. Неважно, что вы попадёте один раз со всего залпа. Сам обстрел может спугнуть всадников и остановить атаку.
Марк задумался. Считал он хорошо, в качестве наводчика справлялся получше многих, потому и был взят с собой. Сообразительности немного не хватало.
— И стрелять по убегающим не надо, ведь всё равно бегут? — спросил он.
Вроде очевидные же вещи должны быть, но нет. Другое время, другие правила войны, другое мышление.
— Да, чаще всего это лишено смысла. А ещё надо хорошо знать своих врагов. Если тебе известно, что какой-то из отрядов противника не обладает впечатляющей стойкостью, те же ополченцы, ещё не начавшие атаку, а уже готовые разбежаться, пали. Несколько хороших залпов в их сторону, и никакие команды не остановят их от бегства. Особо родовитые господа, к слову, тоже могут быть хорошей целью. Тоже являются прекрасной мишенью, но уже по другой причине. Их будет бесить, что кто-то бьёт их, а они не могут бить в ответ. Это ломает дисциплину, заставляет действовать необдуманно. А отдельная тема — это маги, с которыми вообще нет никакой ясности.
Да, тактика — слишком громкое слово. Какая тактика у расчёта орудия? Делай свою работу, выполняй приказы. До момента, когда у нас появятся отдельные командиры батарей, пройдёт ещё немало времени, я уверен.
Глава 31
Барон Мариус Живан, несмотря на относительно скромный титул, являлся командующим целой армии, что собралась под стенами старого города. Мариус был битым и очень опытным полководцем. Его Величество король Йозеф смог настоять, чтобы этой частью армии командовал именно Живан.
Лагерь уже сворачивали, готовясь двигаться к границе, когда до них добрались сообщения о приближающейся армии противника. Мариус тут же прикинул расстояние, сверил с прибытием посла, что уже успел отправиться дальше, определяя время, которого потребовалось Арантиру, а кроме Лорда Предела, армию привести было некому, на рывок. И барон вынужден был признать — темп нежить держала весьма бодрый, хотя и не запредельный. Всадники, имея заводных коней, могли бы справиться примерно за такое же время. Однако к лагерю приближались не всадники, а пешие. Мертвецы, что не знали усталости. Полдень уже давно прошёл, и обычно в такое время сражения не начинали, предоставляя людям возможность отдохнуть перед боем. От труповода подобного ожидать не стоило, и барон начал командовать.
Когда первые колонны армии мертвецов показались, войска Живана уже выстроились к бою. У барона было некоторое преимущество выбора позиции, хотя в этих чистых полях это не имело большого значения.
Под командованием Мариуса собралось вполне представительное воинство. Здесь была дружина герцога Круатэ, три сотни добрых всадников и почти две тысячи ополчения. Впрочем, они в предстоящем бою участвовать не должны, останутся на охране замка и города. Для войны герцог предоставил собранных на свои деньги три добрых полка, почти три тысячи человек, при доспехах и хорошо обученных. Костяком армии были, конечно, войска Его Величества, двенадцать тысяч пехоты и шесть тысяч всадников. Основная сила — конечно же, всадники, закованные в качественные доспехи и вооружённые длинными копьями, но и пешие копейщики тоже могут весьма много. Подкреплением от республики выступали их тисанские стрелки, три тысячи лучников, и ещё шесть тысяч пехоты… Очень разной пехоты, очень по-разному снаряжённой и обученной, но вполне способной выдерживать натиск и ходить в атаку. Республика как-то этой пехотой воюет, и нередко вполне успешно.
Оценить размер армии Арантира, к сожалению, не представлялось возможным. Обычно о перемещении войск можно узнать заранее, от торговцев и прочих путников, но здесь всё оказалось не так просто. Похоже, последний участок дистанции Арантир со своими воинами прошли форсированным маршем.
Мариус подумывал бросить кавалерию в атаку и встретить противника во время развёртывания, но отказался от этой идеи. Как раз у дороги лес и глубокий овраг образовывал бутылочное горлышко, и кавалерии будет сложно наносить удары и маневрировать. А самое страшное для кавалерии — остановиться и быть зажатой пехотой. В том, что гвардейцы труповода — противник очень опасный, барон не сомневался, успел собрать всю доступную информацию.
— Что это они делают? — спросил советник, наблюдающий за противником через трубу.
Барон предпочитал командовать практически с передовой, выбирая возвышенность для своей стартовой позиции, а затем двигаясь вместе с войсками, если это требуется. И со своей позиции он сам и
