здание.
Подворье Валаамского монастыря
Однако настоящим шедевром в этой части Старо-Петергофского проспекта нечто более заметное и куда более примечательное. А именно — подворье Валаамского монастыря, расположенное на углу с Нарвским проспектом. После пятидесятипятилетнего перерыва в августе 1989 г. Валаамское подворье передали верующим. А с 1909 по 1935 г. здесь находилось подворье Староладожского Успенского женского монастыря, известного тем, что в нем заточили первую жену Петра I, царицу Евдокию Лопухину, которая пробыла в нем с 1718 по 1725 г., до смерти Петра. В монашестве она стала Еленой. Любопытно, что в XIX в. староладожское монашество в память о ней переименовало речку Ладожку, по которой получила имя древняя столица Руси, в Елену. Это имя неожиданно всплыло из небытия перед 1250-летием Старой Ладоги, когда на мосту через речку Ладожку у древней русской крепости появилась табличка «р. ЕЛЕНА».
Впоследствии чиновники администрации Ленобласти нашли воистину Соломоново решение. В Старой Ладоге, т. е. в нижнем течении, речка называется Ладожкой, а в верхнем — Еленой, в чем могут убедиться все, кто ездит по Мурманскому шоссе.
Трехпридельный храм с прилегающим к нему подворьем создал известный церковный зодчий Василий Косяков. Строительство, начатое в 1905 г., производилось на народные пожертвования. Купеческая вдова Мария Ефимовна Иванова пожертвовала 30 ООО рублей.
Напротив подворья стоит здание начальной школы № 615. Примечательно, что это единственная в Петербурге дугообразная школа, повторяющая изгиб Нарвского проспекта. О другой школе, построенной в дугообразной форме, исходя из других градостроительных принципов, речь впереди.
Рядом с Валаамским подворьем находится симпатичный двухэтажный дом под № 7 по Нарвскому проспекту. Его для Нарвского убежища общества «Ясли» возвел в конце позапрошлого столетия архитектор Валентин Демяновский. Уже много лет в нем работает районная женская консультация. Этот дом — старейший на Нарвском проспекте, застроенном, в основном, доходными домами в первые полтора десятилетия XX в. Впрочем, наравне с домом № 11, который в 1897–1898 гг. для работников товарищества Российско-Американской резиновой мануфактуры построил Роберт Гедике, занимавшийся параллельно и строительством корпусов гиганта резиновой производства в России, более известно нам, как «Красный треугольник».
От площади Стачек к парку Екатерингоф ведет небольшая Перекопская улица. Это название она получила в 1952 г. в память о Перекопской операции в годы Гражданской войны, а до этого, с 1880 г., именовалась Сутугиной, по фамилии владелицы дачи Натальи Ивановны Сутугиной. На месте ее дачи стоит дом, построенный после Великой Отечественной войны. Тем не менее, ее сыну Петру (?) принадлежал участок под № 11 вплоть до Октябрьской революции. Пару лет назад снесли построенный на этом участке жилой дом постройки начала 1930-х гг. Зато напротив вполне благополучно существует его ровесник — стадион «Кировец», построенный в стиле конструктивизма по проекту Константина Кашина-Линде.
Ну а фамилия Сутугин сохранилась за мостом, ведущим в «Екатерингоф». На этом мостике следует остановиться.
Редкий посетитель парка, глядя на схему «Екатерингофа», установленную при входе, обращает внимание на то, что обозначенная на схеме водная протока, огибающая парк, имеет два названия. В верхней части парка, т. е. с северной стороны, — это Бумажный канал, в нижней — река Таракановка.
Но поиски места слияния искусственной водной артерии — канала и естественной — реки — не закончатся ничем, потому что с 1920-х гг. они представляют собой единое целое. Таракановка течет от Бумажного канала до Екатерингофки, а Бумажный канал вытекает из Екатерингофки и незаметно перетекает в речку Таракановку.
Вот такой круговорот воды в природе в отдельно взятом городе, в отдельно взятом парке.
Как так получилось?
История Бумажного канала восходит к 1820-м гг., когда по инициативе генерал-губернатора Михаила Андреевича Милорадовича и по проекту Огюста Монферрана в Екатерингофе — некогда загородной резиденции Петра I — стал создаваться увеселительный сад. Именно тогда Екатерингоф значительно расширился. Название канала возникло через полвека после создания новой части парка, как раз той, в которой сейчас и расположены все увеселительные заведения. Связано оно с промышленным характером района. Во второй половине XIX в. здесь стали появляться суконные и ткацкие фабрики, Чернореченская бумагопрядильная мануфактура. Слово «бумага» не должно никого вводить в заблуждение — еще в XIX столетии оно обозначало хлопок и изделия из него, недаром и сейчас употребляется термин «хлопчатобумажные изделия». Впрочем, на Лифляндской улице, разделяющей Екатерингофский парк на старую и новую части построили и экспедицию заготовления Государственных бумаг.
В те годы место впадения Бумажного канала в Таракановку было очевидным. Но река Таракановка, которая получила свое название в третьей четверти XVIII в. по фамилии Таракановых — владельцев завода, находившегося на ее берегу, стала постепенно засыпаться. Сначала в 1906 г. уничтожили участок между Фонтанкой и Обводным каналом, а в 1920-е гг. засыпали часть между Обводным и Бумажным каналом, после чего Бумажный канал стал плавно и незаметно перетекать в Таракановку.
Поэтому сегодня, не мудрствуя лукаво в поисках точного места бывшего слияния канала с речкой, естественной границей между ними можно считать Сутугин мост, который совсем не похож на пешеходный. Действительно, пешеходным он стал только во второй половине 1950-х гг., после реконструкции парка.
А до этого по нему с Перекопской улицы можно было выехать на Сивашскую и по ней — на Лифляндскую улицу.
Сивашской, по озеру Сиваш, в феврале 1941 г. стала называться Молвинская улица, она, в свою очередь, носила имя владельца находившейся поблизости дачи, крупного сахарозаводчика Якова Николаевича Молво. В начале XIX в. его отцу Герману-Николасу Молво принадлежал сахарный завод, расположенный рядом с Екатерингофом.
Был еще переброшен через Бумажный канал Лодеров мост, называвшийся по даче владельца сахарного завода Лодера. Англичанин был и одним из основателей Российской бумагопрядильной мануфактуры.
В перестроенном виде сохранился дом Лодера на Лифляндской улице. Строил здание, числящееся под № 6, в начале 1820-х гг. архитектор Викентий Беретти, а в середине 1850-х гг. Николай Трусов его расширил. В 1935 г. двухэтажное здание надстроили двумя этажами. Интересно, что до капитального ремонта, произведенного в 1985 г. на 1-м и 2-м этажах коридоры в квартирах были с арочными сводами. После ремонта дом перестал быть жилым. Сейчас там располагается деловой центр.
О Молво до сего дня напоминают Молвинский мост через Таракановку и Молвинская колонна, установленная Монферраном у Екатерингофа со стороны Лифляндской улицы.
Молвинская колонна
А вот о председателе Санкт-Петербургского общества заводчиков и фабрикантов, члене Государственного совета Станиславе Петровиче Глезмере — ничего!
Между тем, на рубеже XIX–XX столетий это имя в Петербурге было весьма известно и уважаемо. А в доме № 10 по Молвинской улице до Октябрьской революции располагалось начальное училище для детей рабочих
