много аттракционов, поспешил дальше. Вот и колесо обозрения; дорожка ведет дальше, дальше… Ага, вот, кажется, та самая беседка, о которой говорила Вера. Да, но где же сама девушка? Беседка была пуста. Егоров дошел – вернее, почти добежал до нее и остановился, оглядываясь по сторонам. Он все еще думал, что девушка где-то рядом. Может, она прячется в кустах? Капитан шагнул к этим кустам – и в этот момент чьи-то жесткие, крепкие руки сдавили его шею. Егоров схватился за эти руки и попытался ослабить хватку. Но у него не хватало сил. Человек, напавший на него, явно был сильнее. Единственное, что удалось Егорову – не дать нападавшему резким рывком сразу сломать ему шею. А тот, кто на него напал, стремился сделать именно это – согнуть шею назад и сломать шейные позвонки.
Капитан боролся из последних сил. Он узнал эти крепкие, жилистые руки – это были те самые руки, в которые он отдал свой рубль за проезд. На него напал водитель «Жигулей»! Как же он не понял, что водитель шел за ним от самых ворот? Теперь поздно, поздно… Кровь шумела у Егорова в ушах, кровавый туман застилал глаза. Он уже плохо слышал и почти ничего не видел. Сейчас силы у него кончатся, и убийца доделает свое дело – нажмет еще сильнее и сломает капитану шею.
И в этот момент что-то изменилось. Егоров расслышал чей-то голос. Хватка убийцы ослабла, а потом тот совсем выпустил свою жертву, и капитан, которого теперь никто не держал, упал на землю. Последнее, что он слышал краем сознания, был чей-то крик: «Держите! Держите этого гада!» А потом он провалился в беспамятство…
Глава 25
…Сознание возвращалось постепенно. Сначала капитан почувствовал, что по его лицу течет холодная вода. Потом осознал, что лежит на земле, и попробовал поднять голову – но сильная боль в шее не позволила ему это сделать. Тогда он оперся руками на землю и так смог приподнять верхнюю часть тела. Тогда он увидел, откуда льется вода: ее выжимал на его голову из тряпки какой-то человек в спортивном костюме. А рядом стояли еще двое – парень и девушка.
– О, смотрите, он в себя приходит! – воскликнула девушка.
– Что вы стоите? – возмутился человек, ливший воду на капитана. – Помогите ему подняться!
Две пары рук подхватили Егорова, рванули его вверх и поставили на ноги. Голова у капитана кружилась, перед глазами плыли красные круги, но постепенно он стал различать лица своих спасителей. Все эти лица были ему не знакомы. Человеку в спортивном костюме было около сорока, это был высокий крепкий мужчина в очках, и Егорову почему-то подумалось, что тот работает инженером. А парень с девушкой были совсем молодые.
– И чего он на вас набросился? – спросил у Егорова «инженер». – Я сначала думал, он вас ограбить хочет. Но он прямо шею ломал! Никогда такого не видел…
– Как вы себя чувствуете? – спросила девушка. – Сидеть можете? Вы посидите здесь, в беседке, а мы пойдем, найдем телефон, «Скорую» вам вызовем.
– Не нужно «Скорую», – сказал Егоров. – И в беседку меня вести не нужно. Мне нужно… Скажите, вы хорошо этого человека разглядели?
– Еще бы мне его не разглядеть! – воскликнул «инженер». – Ведь мне с ним драться пришлось, он от вас никак отцепляться не хотел, присосался, как клещ. А когда я ему мешать стал, он и на меня набросился, и мне хотел шею сломать. Хорошо, вот они подоспели, а то не знаю, как бы дело повернулось. Он такой здоровый, крепкий мужик. Коротышка, а силы в нем много.
– А откуда он взялся? – продолжал спрашивать Егоров. – Он что, в беседке сидел?
– Почему в беседке? – возразил «инженер». – Он за вами шел. Я вас двоих еще издали заметил, когда вон по той тропинке бежал. Еще думаю: странно эти двое выглядят, словно один за другим крадется…
– Да, точно, все так и было! – подтвердил парень. – Он за вами шел. А когда вы остановились, сразу набросился.
– Значит, говорите, это был невысокий такой человек с сильными руками? – уточнил Егоров.
– Да, крепыш такой, – подтвердил парень. – Я бы один с ним не сладил. Хотя он уже немолодой, больше пятидесяти, наверно.
– А куда он делся, когда вы за меня вступились? – спросил капитан.
– А назад убежал, откуда пришел, – ответил «инженер».
Теперь Егорову все стало ясно. Он понял, что стал жертвой покушения, организованного хитроумным и наглым убийцей Игорем Сиротининым. Что он, как мальчишка, купился на простенькую разводку, в которой приняла участие партнерша Романа Лещинского Вера. И если бы не подоспели простые люди, гулявшие в это время в парке, он пополнил бы список жертв «массажиста».
– Спасибо вам большое, товарищи! – сказал Егоров. – Я – сотрудник МУРа, а человек, который на меня напал, – опасный преступник. Вам всем надо будет вечером зайти в МУР и спросить капитана Егорова, то есть меня. Я или кто-то из моих товарищей запишет ваши показания как свидетелей преступления. А теперь мне нужно бежать.
– Но вы не можете бежать! – пыталась остановить капитана девушка. – Вам едва шею не сломали! Вам надо прийти в себя!
– Ничего, я крепкий, и я уже пришел в себя, – сказал Егоров.
И, не теряя больше времени на разговоры (его и так много было потеряно из-за этой провокации «массажиста»), он повернулся и двинулся к выходу из парка. Надо было срочно провести операцию по задержанию преступников. Значит, надо было спешить в «Лужники», куда он отправил капитана Храпченко с оперативной группой. «Они там меня, наверно, уже давно ждут, – думал Егоров. – И, скорее всего, напрасно ждут – ведь преступники медлить не будут. Их там, в Ледовом дворце, наверняка уже нет. Надо их искать, но где?»
Силы постепенно возвращались к капитану, он чувствовал себя все увереннее и шел быстрее. Он был уже у выхода из парка, когда увидел впереди знакомую фигуру капитана Сергея Храпченко. Рядом с ним находились еще четыре оперативника.
– Сергей, почему ты здесь? – удивился Егоров. – Я думал, ты меня ждешь в «Лужниках»…
– Понимаешь, я умею слушать, что мне говорит товарищ, – ответил Храпченко. – Ведь ты мне примерно час назад звонил и объяснил, что нам предстоит операция по задержанию убийц. И фамилии этих убийц назвал. Я все это запомнил. А еще я запомнил то, что ты мне шепнул на ухо, когда позже забежал ко мне в кабинет – насчет того, что ты зачем-то едешь в парк Горького. И когда я освободился и собрал опергруппу, то решил
