— Вот тебе и ответ. А вообще, ты их очень удивил. Представь картину со стороны — появляется маленький слабый человечек, которому каким-то чудом удалось родиться в источнике. Естественно, защитники не могли упустить великолепный шанс попугать его. Вот только человек этот мало того, что не испытывал никакого страха перед ними, да еще и воспользовался традицией приглашения, о которой никто из людей не знает. И самое главное — он ел сырое мясо! Причем с наслаждением, а после трапезы безмятежно поблагодарил пригласивших и спокойно удалился. Все это заставило этих защитников здорово пересмотреть свои взгляды, ведь в тебе оказалось гораздо больше от дракона, чем они думали.
— Ладно, в принципе, понятно. Никто не ожидал от таракана, что он будет воевать с тапком. А что за традиция?
— Долго рассказывать, — ответил Лар.
— А ты опять память сбрось, — нашел выход я.
— Ладно, держи, — сказал дракон, остановился и посмотрел мне в глаза.
На этот раз передача была намного быстрее. Или объем знаний по сравнению с первой был небольшим, или же просто Лар ускорил процесс. А спустя секунду я уже знал о том, что традиция приглашения существует у драконов многие тысячелетия. Суть ее в следующем — если кто-нибудь из стаи приглашает дракона к совместной трапезе, то даже если он будет кровным врагом остальных, его никто не посмеет тронуть, пока он не насытится и не вернет приглашение. Это долгое время являлось у драконов чем-то вроде обычая белого флага, когда парламентеру гарантировалась безопасность во вражеском гнезде. Но такая традиция применялась только во время войны кланов, а с течением времени она постепенно трансформировалась и стала обозначать буквально следующее — если ты пригласил другого дракона к своей трапезе, то считаешь его равным себе, или другом. Если же он возвращает твое предложение, то становится злейшим врагом, так как не признает тебя достойным себе. В словах защитников в пещере, естественно, четкого предложения не содержалось, но формально они меня все же пригласили. Так что больше не имеют никакого права шутить надо мной или презирать, так как уже признали равным. Какой это был удар для драконов, я даже боюсь представить. Моська одним укусом отхватила слону его хобот и гордо удалилась восвояси!
Пока я ехидно улыбался, думая о трех защитниках, мы уже пришли. Длинный ход привел нас в большую пещеру, на одной стороне которой тихо журчал источник, разливаясь большой лужей, а на другой находилось огромное ложе, сооруженное из соломы и каких-то тряпок. На нем лежала большая и очень старая драконица, к которой мы и направились. При нашем приближении Мудрейшая подняла голову и пристально взглянула на нас своими большими усталыми глазами с ярко оранжевыми радужками. Внезапно я почувствовал примерно то же странное ощущение, как и тогда, когда впервые увидел Мирина. То же некое чувство родства, которое заставляло меня думать, что эту драконицу я уже давно и хорошо знаю.
— Я привел его, — сказал Лар, легонько наклонив голову.
— Спасибо, внучек, можешь идти, — ответила драконица.
Внучек? Ни фига себе картинка вырисовывается, подумал я, провожая взглядом удаляющегося Лара. Оказывается, я спас родственника самого главного дракона в стае. Ну, или не самого, если вспомнить перебранку у источника. Повезло, ничего не скажешь! Полагаю, в том случае, если бы на месте Лара оказался кто-нибудь другой, меня бы сразу сбросили в океан.
— Не стоит думать о драконах настолько плохо, — сказала Мудрейшая, прервав мои размышления.
— Простите, — потупился я. — Я не был знаком с представителями вашего вида до сегод… э-э… Короче, первого дракона я увидел только три дня назад, поэтому автоматически примеряю на вас психологию других разумных рас. Если этим я нанес вам тяжелое оскорбление, то еще раз прошу прощения и обещаю исправиться.
Посмотрев в мои честные-пречестные глаза, Мудрейшая сказала:
— Нет никакого оскорбления, но все же воздержись думать о подобном перед собратьями.
— Ну, они-то как раз мысли не читают, так что с ними все гораздо проще, — улыбнулся я.
— Нет, Алекс, я говорила о драконах. Теперь тебе придется свыкнуться с мыслью, что ты являешься одним из нас. И хотя вопрос о твоем принятии в стаю будет решен только после полудня, но уже сейчас привыкай осознавать себя не человеком, а драконом.
Интересное кино! Подобного я совсем не предполагал. Я надеялся лишь поблагодарить драконов за новые возможности, извиниться за подпорченный источник, да и слинять потихоньку, но становиться одним из них…
— А может не нужно меня сразу в стаю-то? — попытался я прикинуться дурачков. — Может, будет лучше сразу отправить меня подальше, да и забыть о моем существовании?
Мудрейшая так посмотрела на меня, что я поспешил добавить:
— Если оправлять внапряг, я и сам уйду, не стоит беспокоиться!
— Алекс, почему ты не хочешь быть одним из нас? — спросила драконица.
— Я совсем не это имел в виду… — попробовал было отмазаться я.
— Ты считаешь, что драконы недостойны стать твоими братьями?
— Ну, один уже вроде стал…
— Так почему?
Я затруднялся с ответом, мысли перепрыгивали одна на другую, не давая их четко сформулировать. Разозлившись, я плюнул, а потом взглянул драконице в глаза и, действуя на чистой интуиции, постарался ей передать свои воспоминания о споре в пещере с источником, о презрительном отношении драконов на площадке, о случае с защитниками, сдобрив все это своим сомнением по поводу того, нужно ли ломать существующие устои драконьей стаи. Похоже, что у меня получилось, потому что взгляд Мудрейшей неожиданно потеплел, а она спросила:
— Где ты так научился передавать мыслеобразы?
— Лар показал, — пожал я плечами.
— Так значит, вы с ним знакомы уже долгое время? — уточнила драконица.
— Нет, я же говорю, первого дракона…
— Это я уже слышала. Но как же ты смог научиться этому умению, которое подвластно только драконам, и за такой короткий срок? У нас детеныши постигают его годами, а иногда и десятилетиями.
— Не знаю, — ответил я. — Само получилось. Да и вообще, маги тоже используют подобное, правда, в несколько ином варианте. Так, например, я много раз передавал другим свои навыки, считывал чужие знания… Но ваш способ намного удобнее.
Мудрейшая посмотрела на меня с сомнением, а потом сказала:
— Оставим это, и давай поговорим о грядущем совете. Несмотря на то, что многие драконы не хотят принимать в ряды стаи полукровку, я считаю, что так будет правильно. Ты мой внук, а мое слово еще многое значит. Разумеется, Сарионо задумал обратить этот случай против меня, чтобы самому занять место главы стаи. Это его ты слышал у источника. Этот дракон уже давно мутит воду в стае, надеясь сместить меня. Сейчас тех, кто его безоговорочно поддерживает, не так много, но после этого совета все может измениться. Однако тебе нужно знать только одно — ты будешь принят в стаю! Пусть даже это окажется моим последним решением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
