— Во всех развитых человеческих королевствах, насколько нам известно, существует запрет на связь между родственниками, причем даже кровными. У нас, драконов, такого запрета нет, и это во многом связано с источником. Именно поэтому даже родным брату и сестре можно спариваться и производить на свет потомство. А почему это тебя так волнует? У тебя что, много родственников, которые могут забрать тебя из нашей стаи?
— Да так, совсем чуть-чуть, — улыбнулся я. — Два вождя, три короля, три принца и две принцессы. И это только самые ближайшие, потому что дальнюю родню я даже сосчитать не берусь.
Мудрейшая после моих слов очень удивилась, а потом ошеломленно спросила:
— Но как?
Секрета не было никакого, поэтому я ответил:
— Лар не первый мой кровный брат.
Драконица кивнула, и опять поинтересовалась:
— Алекс, скоро начнется совет, ты бы хотел бы еще что-нибудь узнать?
— Ну, про совет вряд ли, ведь мне там отводится роль статиста. Если я правильно понял, моей задачей будет не высовываться и думать поменьше? — дождавшись еще одного кивка, я продолжил: — Тогда мне очень хотелось бы знать, что делал Лар так далеко от стаи? Или это секрет?
— Совсем нет. Рикко улетел подальше от гнезда на время линьки. Так делают все драконы, потому что в этот период они становятся чрезвычайно раздражительными и опасными для окружающих.
Теперь я понял, почему у Лара такая блестящая чешуя. Действительно, если вспомнить всех встреченных мной драконов, то контраст очень заметен — у других она сероватая и не отражает солнечные лучи. Надо будет спросить его, где он бросил старую чешую, так как такое сокровище еще может мне пригодиться. Мудрейшая тем временем приподнялась на своем ложе и подошла ко мне совсем близко. Наклонив голову, она заглянула мне в глаза, и внезапно я четко ощутил ее эмоции — гордость, радость и надежду.
— Алекс, я не предполагала, что ты так спокойно отнесешься к тому, что стал полудраконом. Я думала, что мне придется сильно постараться, чтобы сохранить твой разум от потрясения… Видимо, я не настолько хорошо знаю людей, как мне казалось.
В ответ я машинально погладил драконицу по чешуйчатой морде и улыбнулся:
— Ну, любой другой человек на моем месте уже давно бился бы в истерике… да и вообще не стал бы помогать Лару. Я же к такому привычен. Более того, мне не раз приходилось меняться, так что практика имеется. А по поводу разума… Мои родственники втихомолку считают меня психом, но я не обижаюсь, признавая справедливость данного утверждения.
— Нет, Алекс, ты не сумасшедший, — возразила Мудрейшая. — Похоже на то, что ты и раньше был больше драконом, чем человеком, а наша кровь просто усилила эти качества. Кстати, а что у вас случилось с Рикко? Он ничего мне не рассказывал, кроме того, что ты спас ему жизнь, вылечив от смертельного ранения.
— Прошу прощения, я дал слово молчать. Спрашивайте у него.
— Хорошо, — кивнула драконица. — Тогда ты можешь идти и общаться с братом в свое удовольствие. До совета осталось не так много времени, а я должна еще кое-кого повидать.
Я уже и сам понял, что слишком долго надоедаю главе стаи, поэтому только поклонился и направился к выходу.
— Алекс, — догнал меня голос Мудрейшей уже в тоннеле. — Я не буду против, если ты захочешь обращаться ко мне на «ты», ведь мы же родственники.
— Хорошо… бабушка, — отозвался я с улыбкой.
— И на всякий случай запомни, что прикасаться к чешуе на голове дракона разрешается только близким или партнеру при спаривании.
«Не фиг руки распускать!» — перевел я совет в понятные образы и услышал смех Мудрейшей.
Выйдя в пещеру, где завтракали защитники, я увидел только Лара, который тут же спросил:
— Как прошла беседа с Мудрейшей?
— Отлично, — ответил я. — Узнал много нового. Сколько у нас времени до совета?
— Совсем чуть-чуть, а что ты хочешь сделать?
— Да так, пообщаться с тобой на разные темы.
— Тогда пошли в зал торжеств, там будет намного удобнее.
Мы вышли из большой пещеры и свернули в какой-то узкий ход, где Лару постоянно приходилось нагибать голову и прижимать плотнее крылья к спине. Спустя несколько минут такого блуждания ход расширился, а потом и вовсе вывел нас в большой грот, где огромным кольцом лежали большие камни, а в центре располагалась гранитная плита. Грот открывал вид на океан и бескрайнее небо. Посмотрев на него, я внезапно понял, что мои глаза совершенно не слепит яркий свет солнца, что обязательно должно было произойти после долгого блуждания по темным пещерам. Видимо, органы зрения драконов намного сложнее человеческих и могут моментально подстраиваться под смену освещения. В общем, еще один плюсик в копилку моих изменений.
В гроте никого не наблюдалось. Подойдя к одному из булыжников, Лар залез на него и уселся поудобнее, свесив хвост. Я забрался на соседний и тоже сел на холодный камень, подтянув к себе ноги, машинально копируя позу брата.
— И о чем ты хотел поговорить? — спросил Лар.
— О драконах. Скажи, например, сколько вас в стае?
— Пятьдесят шесть, — грустно ответил дракон и, не дожидаясь вопроса, пояснил: — Наша стая считается одной из самых малочисленных. В последние три сотни лет детенышей рождается все меньше, а большое количество старших драконов погибло в схватках с шершанами. Многие объясняют это тем, что наш источник за тысячелетия потерял всю свою силу и стал не таким большим, как раньше. Но только Мудрейшая помнит, каким он огромным был полтысячелетия назад.
— Сколько?! — недоуменно воскликнул я, вспоминая драконицу, и признал: — А так по виду и не скажешь!
— Мы можем жить гораздо дольше людей, — сказал Лар. — Так что не удивляйся. Правда, немногим удается дожить до столь преклонного возраста.
— А тебе тогда сколько стукнуло?
— Семьдесят три цикла, — огорошил меня брат.
— Да ты же мне в дедушки годишься!
— Нет, Алекс, у драконов совсем иное понятие времени. Хоть мы и можем жить тысячелетия, но процесс взросления протекает гораздо медленнее. И если мыслить человеческими категориями, то мой возраст соответствует примерно двадцати вашим годам.
— Спасибо, утешил, — отозвался я. — А кто такие шершаны?
В ответ брат посмотрел мне в глаза и поделился мыслеобразом большого осьминога, который нападал на драконьи гнезда, взбираясь по скалам. Размеров он был поистине гигантских и очень напоминал кракена из виденного мной фильма про пиратов. Вместе с образом мне передался ужас Лара перед этими тварями, которые погубили смертельными объятиями не один десяток драконов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
