Дракон, перебитый мной, снова продолжил катить на меня бочку:
— В этом человеке нет ничего, что позволило бы ему остаться в стае. Он не нужен нам, а признать его нашим братом будет верхом глупости! Я закончил, Мудрейшая.
Восседавшая на граните драконица кивнула и сказала:
— Мне полагалось опровергать эти обвинения, но Алекс, к моему большому удивлению, справился сам, — некоторые драконы при этих словах посмотрели на меня и дружелюбно оскалились. — Поэтому я только отклоню последнее заявление Сарионо. В Алексе течет кровь дракона. Он и сам является драконом, хотя и в оболочке человека, а для того, чтобы в этом убедиться, достаточно лишь заглянуть в его глаза. Но Алекс является драконом не только благодаря своему телу, но и характеру. Некоторые из вас это уже поняли, не так ли?
Мудрейшая повернулась к троице защитников. Те в ответ лишь синхронно кивнули, а драконица продолжила:
— И, кроме того, Алекс обладает удивительным мышлением, которое позволило ему остаться в здравом уме после рождения. Наверняка немногие из вас были бы спокойными и невозмутимыми, если бы вдруг обрели новое тело, а этот человек воспринял свое рождение, как должное. И последнее, что я хотела бы сказать — Алекс нужен нашей стае. Он обладает уникальным сочетанием способностей дракона и человеческого мага. Именно он может помочь нам всем выбрать другой путь, именно он способен дать стае новую жизнь.
Драконица замолчала, оглядывая собравшихся, а я пробормотал себе под нос:
— А еще я петь умею, много ем и обладаю возможностями половозрелого самца, способного доставить удовольствие партнерше… Млять, да что ж меня все на эту тему тянет-то!
В моей голове вновь раздался дружный смех, причем больше всех веселилась сидящая неподалеку Мара. Сарионо же недовольно рыкнул, подошел к самой гранитной глыбе, не обращая внимания на смех драконов и спросил у главы стаи:
— Мудрейшая, разреши поговорить без свидетелей?
Драконица кивнула и уставилась в глаза Сариона. Я сообразил, что они сейчас меня обсуждают, а я ничего не слышу. Непорядок! Постаравшись отрешиться от смеха в своей голове, я сконцентрироваться на драконах в центре круга, проверяя свою догадку по поводу «белого шума». Ведь если усилить свою чувствительность, я наверняка смогу воспринимать мысли драконов, причем даже те, которые они хотят скрыть. Ну а в момент общения, когда они слегка опускают завесу на разуме, это должно оказаться легче.
Поначалу у меня ничего не выходило, но я не сдавался и продолжал концентрировать свой разум, пытаясь найти верный способ. И внезапно в моей голове будто лопнул мыльный пузырь, и я услышал десятки разных голосов, создающих в моем сознании какофонию.
— …никогда так не смеялся…
— …Сар получил знатный щелчок по носу, наверняка…
— …точно, дракон, хоть и…
— …довольно симпатичный для двуногого.
Похоже, последняя мысль принадлежала Маре, но я не спешил радоваться, а попытался отделить от себя весь этот поток голосов, сконцентрировавшись только на Мудрейшей и Сарионо. Не сразу, но это у меня получилось. Голоса затихли, превращаясь в еле слышный гул, а затем и вовсе остались только двое, ведущие напряженный диалог. Я внезапно осознал, что всегда могу вернуть себе это ощущение и слышать мысли других драконов, но не стал над этим задумываться, а сосредоточился на смысле диалога.
— …ты добиваешься раскола в стае?
— Нет, у меня уже достаточно сторонников, чтобы свести все разногласия к минимуму.
— Почему же ты не хочешь дать мне спокойно закончить свой век? Почему тебе обязательно нужно получить власть еще при моей жизни?
— Я не стремлюсь получить власть над стаей и совсем не претендую на звание вожака…
— А раньше ведь пытался занять это место.
— Я тогда был еще совсем юным, поэтому это не заслуживает внимания. Сейчас же я только хочу одного — благополучия для Мокрого Листа. А ведь если мы примем в нашу стаю человека, то совсем недалеко и до идеи вновь попробовать сосуществовать рядом с людьми. Мне напомнить, чем это оборачивалось в предыдущих случаях?
— Не нужно. Я понимаю твои опасения, но вижу гораздо больше тебя. Алекс может вернуть нашей стаи былое величие.
— Снова твои пророческие сны?
— Можешь в них не верить, но я видела, что его появление даст нам всем новую жизнь.
— Появление его? Этого жалкого земляного червяка?
— Попрошу не выражаться, ящерица желтопузая! — не выдержал я.
— Что-о-о!
По гроту раздался рык разъяренного дракона.
— Ты осмелился подслушивать наш разговор?! — закричал Сарион и пошел ко мне, раздраженно хлестая по бокам своим хвостом.
— Если бы речь шла не обо мне, я бы покурил в сторонке, — спокойно ответил я. — Но так вы говорили о моем будущем, то просто не смог удержаться.
— И как же тебе удалось пробить нашу защиту? — спросила Мудрейшая, не делая попыток подняться и встать на защиту дракона.
— А я и не пробивал, — пожал плечами я. — Просто сосредоточился, а потом вдруг начал слышать мысли всех драконов стаи. Тяжело было вычленить ваш разговор среди всей этой мешанины, но у меня получилось.
— Поразительно! — воскликнула драконица, одновременно ошеломленно выдыхая воздух из пасти.
Тем временем Сарион дошел до камня, на котором сидел я, и зло посмотрел мне в глаза. Наши головы находились примерно на одном уровне, поэтому я не пошевелился, полагая, что если вдруг дракону захочется меня схватить, то клинки за моей спиной заставят его отказаться от этих мыслей. Спокойно встретив поток злости, которой окатил меня дракон, я спросил:
— Ты же сам говорил, что я некультурный и все такое прочее. Почему же сейчас удивляешься тому, что я рискнул вас подслушать?
— Ты жалкий червяк! — закричал дракон. — И хотя ты сумел уцелеть в источнике, все равно останешься червяком, способным лишь на то, чтобы ползать!
Его ярость полностью отвечала моим планам, поэтому я не обратил внимания на предостерегающий возглас Лара и сказал:
— Так попробуй меня цапнуть, ящерица! Что, лапы коротки? Или боишься червяка, который может тебя больно укусить?
Дракон торжествующе оскалился, а потом развернулся ко всем и заявил:
— Итак, призываю всю стаю в свидетели. Этот недодракон оскорбил меня, подслушав разговор и осмелившись назвать меня трусливой ящерицей. Я при вас вызываю эту ошибку жизни на дуэль. Я хочу кровью смыть позор, нанесенный мне его поступками!
Я поднялся на своем камне и ответил:
— Принимаю твой вызов, ящерица!
Глава 10. Дуэль и ее последствия
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
