думаете, что все именно так и происходило? Наверняка автор текста немного преувеличил, — советник Таллент гадливо отодвинул от себя пластиковую копию листа.
— Просто вам этого очень хочется, Брэдли, — сидящий рядом сенатор Дориак бросил на советника недовольный взгляд. — Вы забываете, что писал сам Император Фабиан. Зачем бы он стал преувеличивать опасность? Наоборот, сегодня мы услышим еще больше неприятного о нашем общем деле. Я прав?
Адмирал Бран мрачно кивнул. За длинным пластиковым столом в его кабинете снова сидели десять человек, только на этот раз вместо Себастьяна Лангвада и его адвоката на совещании присутствовали двое иноземных гостей. Молодого ученого, наконец, освободили из-под ареста и разрешили ему повидаться с семьей.
Филипп пристально наблюдал за инопланетными гостями и терялся в догадках. С уверенностью он мог сказать только две вещи: имена их были вымышленными, и выглядели они моложе своего истинного возраста. Намного моложе. В них ощущалась сдержанная физическая сила и еще что-то неуловимое, не поддающееся определению. За адмиралом стояла вся мощь Имперского флота, но эта горстка людей почему-то сейчас была важнее целой армии. Филиппу на минуту стало не по себе…
— Скажите мне, зачем, во имя какой цели этим страшным существам понадобилось вспарывать женщинам животы, выкалывать глаза, заставлять мужчин на это смотреть, а потом вынуждать их бросаться с крыши прямо на площадь? — продолжал возмущаться советник Таллент. — Тут написано, что таким образом они бесчинствовали много дней. Убивали всех, кто имел несчастье попасться им на глаза, пили кровь прямо из вскрытых вен, а когда, наконец, ушли, то увели с собой всю чудом уцелевшую дворцовую прислугу!
— Потому что кровь — это их еда, они вампиры, — заговорил один из гостей, которого представили как Джеймса Макфарланда. — Они никогда не спят, не нуждаются в отдыхе и элементарных удобствах, не проявляют эмоций. Они только выглядят как люди, но на деле давно перестали ими быть.
Негромко, намеренно не опуская подробностей, он начал рассказывать о помеченных младенцах, об их давнем походе к Каменному острову, о том, что они там обнаружили, и как уничтожили Древних. Когда он замолчал, за столом еще долго царила гробовая тишина.
— Какой кошмар! — слабым голосом, наконец, проговорил советник Таллент. — Что же это за раса такая? Насколько я понял, они очень малочисленны, но непомерно жестоки…
— Это не жестокость, а полное равнодушие или скорее бездушие, — подал голос Александр Корвел. — Мой отец тоже носил такую метку и в назначенный час послушно отправился на зов Заклятия. Эту связь невозможно было разорвать, поэтому все помеченные погибли вместе с Древними.
— Ужас! — снова воскликнул советник. — Но тогда выходит, что Себастьян Лангвад и эта несчастная женщина, так или иначе… — он резко замолчал и расстроенно покачал головой.
— Вы действительно верите, что эти существа живут так долго, что они бессмертны? — адмирал недоверчиво посмотрел на гостей.
— Приходится верить, ведь они не размножаются.
— А как же женщины, которых они похитили?
— Они увели не только женщин, но и мужчин, в чьих жилах текла подходящая кровь. Это был самый надежный способ вырастить целое стадо для своих нужд. А теперь, наверное, еда у них на исходе.
Бредли Таллент просто ахнул от ужаса, а невзрачный профессор Биллер согласно закивал головой.
— Да-да, вы абсолютно правы, все они имели родственный ген. Эту человеческую общность больше никогда не нанимали для службы во дворце, сейчас их потомки живут в колонии на планете Кали.
— Какая связь между наборами генов Лангвада и этой женщины, Эдмон?
— На первый взгляд, никакой, — Биллер пожал узкими плечами, — но с учетом новой информации я могу копнуть глубже.
Бран бросил взгляд на Анну, которая до сих пор не произнесла ни слова, подавил вздох и приложил ладонь к мерцающему контуру на поверхности стола. Когда необходимый доступ был получен, он быстро, почти не глядя, набрал нужный код. Над контуром сформировался неровный светящийся шар, похожий на скомканный лист бумаги, и адмирал движением руки смахнул его со стола. В свободном пространстве между столом и стеной развернулась сложная объемная схема, состоящая из множества переплетенных линий. Приглядевшись к изображению, майор Кроу невольно присвистнул, поднялся и подошел поближе.
— Господи, боже ты мой, он заминировал Северное крыло! Я не знаю, что у вас за взрывчатое вещество, но этого хватит, чтобы запустить все сооружение в космос. Хотя нет, скорее отправить в преисподнюю.
Второй гость, представившийся Джоном Литгоу, тоже подошел и принялся внимательно разглядывать голограмму. Филипп с первой минуты следил за каждым из них, пытаясь определить, кто же является мужем Анны Корвел. То, что этот человек здесь, Бран не сомневался. Ни один мужчина в здравом уме не отпустил бы свою жену одну в такое опасное путешествие.
— Эту взрывчатку перестали производить именно по причине ее огромной поражающей силы. Она превращает все вокруг в мелкое крошево, буквально стирает с лица планеты, — полковник присоединился к гостям и встал рядом. — Мы пытались разминировать здание, но у нас ничего не вышло. Тот, кто закладывал заряды, оказался превосходным специалистом, лучшим в своем деле. Ему удалось так закольцевать схему, что взрыв неизбежно произойдет, как только откроется Дверь.
— Вовсе нет, — синеглазый красавец в роскошном бархате погрузил руку в глубь голограммы и указал пальцем на малозаметную точку в густом переплетении светящихся линий. — Вот что активирует заряды. Если я не ошибаюсь, именно этот знак Древние выжгли на груди Императора Фабиана?
— Да, и у Ботаника на кости грудины есть такой же, — майор щелкнул пальцами по изображению. — Это дополнительный контур, который находится внутри основного, те самые меры безопасности, о которых упоминается в тексте.
Адмирал увеличил изображение, из-за чего они оказались практически внутри голограммы, внимательно всмотрелся в причудливую светящуюся форму и повернулся к майору.
— И что, по-вашему, должно произойти?
— Если на Себастьяна наведут соответствующий артефакт, и два изображения совместятся, произойдет детонация.
— Но включился таймер, и уже запущен обратный отсчет, если я правильно понял эти знаки. Как только он обнулится, цепь замкнется.
— Нет, полковник, по подсчетам императора Фабиана в этот самый момент в подземелье откроется Дверь. Так что на все про все у нас остается… — Кроу сверился с мигающими цифрами в самом центре голограммы, — меньше семи дней.
Филиппу очень хотелось обернуться и посмотреть на Анну, но он сдержался. Ситуация стремительно выходила из-под контроля, становясь не просто непонятной, а почти абсурдной. С одной стороны, гости явно говорили со знанием дела, а с другой — все сказанное ими противоречило здравому смыслу.
— Мы исследовали эту самую Дверь всеми доступными техническими средствами, но там ничего нет, пустота. Наши приборы
