ж, разве не этого я добивалась, идя против семьи? — мягко улыбнулась Рианет.
В тот момент она и сама верила в то, что произносила. Поглаживая кулон, выданный целительницей, леди Дельсийе спокойно и обстоятельно лгала:
— Мне важна свобода. Чистая наука интересует меня куда больше ваших сомнительных радостей. Я окончу курс боевой магии, отработаю положенный срок и вернусь на факультет арифмантики. Затем выйду в мир и буду изучать магию столь полно, сколько мне захочется. Ни муж, ни дети не станут помехой на этом пути. А теперь прости, но двери кабинета открылись, и пора бы уже войти внутрь.
В этом словесном поединке Рианет приписала себе сомнительную победу. Отчего сомнительную? Оттого, что никто из рода Риной никогда не славился ни умом, ни красноречием. Оттого они и пытаются затянуть в семью умника.
«Лорд Риной хочет умных внуков, — развеселилась леди Дельсийе. — Будет забавно, если высокомерие Магрит отвратит Корсена от обещанного золота».
— Ты мне раньше таких подробностей не рассказывала, — шепнула Деорис, когда они устроились за партой.
— Я со злости вспомнила, — отозвалась Рианет. — В дамских гостиных только и разговоров о том кто, кого, когда и почему. Кроме Риноев Корсену покровительство еще кто-то предлагал, но парень предпочел благородную фамилию.
— Зря, — поежилась Деорис. — Будет вечным приживалой.
— Увы, порой людям любой ценой хочется выбраться наверх, но… Как я уже говорила, круг общения наших семей к настоящей аристократии имеет очень опосредованное отношение.
— Как одуванчик и роза? И те, и те цветы, но в императорском парке радуются лишь одному из них.
— У меня было другое сравнение на уме, — хихикнула Рианет, — но твой вариант куда благозвучней!
— А твой вариант?
Леди Дельсийе склонилась к уху подруги и прошептала пару фраз. Ответом было ошеломленное молчание и малиновые щеки Деорис. Откашлявшись, госпожа Брихт покачала головой:
— Таких слов я от тебя не ожидала.
— И те, и те продаются, только цена разная, — пожала плечами Рианет.
После она, правда, справедливо добавила:
— Я не всегда так думаю, но сегодня какой-то очень уж дурной и сложный день. Я сама еще не смирилась с тем, что произошло, а тут…
Хлопок двери прервал леди Дельсийе. Влетевшая в аудиторию профессор Придери отрывисто бросила:
— Очистить парты. Пришло время узнать глубину ваших познаний.
— А вот об этом предупреждали старшекурсники, — шепнула Дея. — Готов рейтинг, и арифманты, как всегда, на самом дне.
— Мы с тобой там же, — хмыкнула Рианет.
— Но Придери от этого не легче.
Профессор тем временем вызвала двух помощников и раздала им две кипы листов. Отдельно для боевого факультета и отдельно для арифмантов.
«Наверное, нам попроще», — подумала Рианет.
Но быстрый взгляд через проход сказал: попроще вариант был у арифмантов. По меньшей мере первые пять вопросов касались общеупотребительных терминов. Остальные двадцать Рианет рассмотреть не смогла.
— Профессор, здесь есть вопросы, которые мы не…
— В учебниках следует читать все, в том числе и сноски. Вы должны знать то, о чем я вас спрашиваю. Более того, вам нужно лишь отметить правильный вариант, а не сформулировать ответ самостоятельно!
От холодного голоса профессора у Рианет заныло в висках. А вот студентку, что изначально завела разговор, тон Придери ничуть не смутил.
— Тогда позвольте нам формулировать самостоятельно, профессор. В конце концов, мы все здесь почти первокурсники.
«Кажется, она тоже рассмотрела первые пять вопросов «родного» факультета Придери, — хмыкнула про себя леди Дельсийе. — Только в чем смысл столь откровенного подсуживания своим? Они же выйдут за стены Академии неучами и опозорят Придери по полной!»
— Надеюсь, вы не считаете себя умнее преподавателя? — сладким, елейным голосом осведомилась профессор. — И не надейтесь списать, пусть вопросы и одинаковые, но зато вы не сможете рассмотреть лист соседа по парте. Уж об этом-то я позаботилась!
«Или это и правда месть за вывешенный рейтинг студентов», — вздохнула Рианет.
— Я не напишу, — тоскливо вздохнула Дея, — я знаю ответ только на предпоследний вопрос.
— Время пошло, — четко произнесла профессор.
Леди Дельсийе посмотрела в выданный ей лист и поняла, что из двадцати пяти вопросов она может ответить лишь на пятнадцать. И все это заслуга библиотеки в школе бытовой магии, а не занятий с Придери.
А затем… Это было что-то вроде озарения, и Рианет, не позволяя себе задуматься и усомниться, поставила локоть на стол и завела кисть за голову, к затылку. Как будто она почесывается.
После она заставила пальцы мерцать. И, посчитав, что хоть кто-то из сокурсников ее заметил, сложила пальцы в знак «внимание». Ей было трудно, потому что приходилось использовать левую руку, ведь с правой стороны были ряды арифмантов, между которыми прогуливалась профессор.
Рианет знала не так много жестов, поэтому после внимания она показала цифру «один» затем знак «три». Затем снова «внимание». Она надеялась, что хоть кто-то из сокурсников поймет, что в первом вопросе нужно выбрать третий вариант. Повторив это дважды, она убрала руку, когда Придери пошла вдоль рядов по стороне боевого факультета.
Затем, улучив момент, Рианет вновь завела левую руку за голову, показала знак «внимание», затем «два» и следом «один». Во втором вопросе правильный ответ первый. Повторила трижды и вновь убрала руку.
Отметив у себя первые два вопроса, она сделала вид, что глубоко задумалась, и скосила глаза на лист Деорис.
Аккуратно толкнув подругу ногой, Рианет поймала ее взгляд и побарабанила пальцами по столу. Затем по-простому показала «один» и следом «три».
Деорис тут же что-то отметила в своем листе. Затем леди Дельсийе показала «два» и «один». Затем, поймав момент, когда Придери отправилась на половину арифмантов, Рианет вновь завела кисть за голову и продиктовала три следующих вопроса.
Затем еще и еще. После пятнадцатого она показала знак «неизвестная опасность» и немного ссутулилась. Что делать с оставшимися десятью вопросами, она не знала.
И, положа руку на сердце, леди Дельсийе никак не могла поверить в то, что на девятнадцатый вопрос ответ «всё неверно».
К огромному сожалению, Рианет и Деорис сидели в середине ряда и не могли передать
