стала той, кто ты сейчас. Образно говоря, тебе и за собой придётся следы заметать, – хихикнув, она показательно вернула наушники в уши.
Доводы в пользу моей невиновности готовы были сорваться с языка, но меня опередил Гоголон:
- Прибыли.
* * *
Мы находились в стыковочном отсеке шаттла, полностью готовые к передислокации на «Магдалену». Шлюз состоял из трёх прозрачных кварцевых стен, расположенных под углами в 120 градусов. Люк с немой угрозой смотрел на меня циклопическим иллюминатором. Здесь было настолько тихо, что я слышала каждый шорох: от скрипа магнитных подошв под ногами до посвистывания циркуляционных насосов в области лопаток. За стёклами предстало грандиозное зрелище: тёмная сторона Земли блестела, как чип процессора под микроскопом. Справа от неё парила Луна, за ними белел диск Солнца. Я не замечала их вращения, но кожей чувствовала вибрацию невесомости. Наверняка они переговариваются между собой языком сфер. Обсуждают, что же замышляют эти крохотные создания.
Задира вся извелась: сновала из одного угла шлюза в другой, как бьющаяся в окно муха.
- Скоро мы уже, а? Ещё немного, и я свихнусь.
- Чего ты суетишься?
- Как будто сложно догадаться? – она кивнула в сторону Земли. - Было бы неплохо успеть на съёмки «Полиграфа». Угарные шоу с участием пройдохи Нуки не каждый день случаются, знаешь ли.
- На той стороне нас принять некому, поэтому придётся вручную. Дело ювелирное, расторопность нам ни к чему, - поправив скафандр в плечах, я указала на выход. - Гоголон, готовь гарпун и начинай разгерметизацию.
Один из роботов взял в руки мощную винтовку, напоминающую противотанковую, разве что из дула торчал похожий на вантуз электромагнитный наконечник. К нему подлетели ещё двое. Зафиксировав ствол и приклад, алароиды опустились на колени и слились воедино, образовав собой футуристичную баллисту. Звуковые мембраны наполнились угрожающим шипением, и люк пополз вверх. С каждой секундой я волновалась всё больше; не столько из-за участившихся приступов агорафобии, сколько из-за того, что во всей нашей компании я единственная являлась объектом органического происхождения. Вспотевшие ладони прилипли к прорезиненному утеплителю. Скафандр сковывал движения. Каждый тяжёлый вдох, каждый выдох отдавался шквалом микроскопических шорохов. Следовало позвать хотя бы Масами. Как и всегда, я возомнила себя героем-одиночкой.
- Творец, ваш пульс участился, - сообщил стоящий позади Гоголон.
- Я впервые так далеко от Земли.
ИИ прицепил один конец фала к моему поясу, второй - к себе. Дважды дёрнул: плетёный трос задрожал гитарной струной.
- Каков ваш нынешний предел дальности?
- Геостационарная орбита. Туристическая экскурсия на заброшенный концентратор лучей.
- Я впервые в космосе. И, как видите, я абсолютно спокоен.
- Тебе легко говорить – ты бессмертен.
- И у меня предостаточно времени, чтобы в случае чего вас воскресить.
Я поколебалась, но всё-таки одарила его вымученной улыбкой. Просочившись сквозь меня, Задира прилипла к потолку и взглянула на обсерваторию:
- А что, если там всё-таки окажутся люди? Грохнем свидетелей?
- Я просканировал «Магдалену-1» трижды, - алароид преобразовал ладонь в генератор дуговых разрядов. - Что бы ни стряслось, вы под надёжной защитой.
Люк распахнулся полностью: если бы не безвоздушная среда, мы бы услышали грохот. Плавный перепад давления ощутился даже сквозь изолированные доспехи. В районе ляжек заработали модули маневрирования. Немного пролетев вперёд, я ухватилась за створки и выглянула наружу. Балкон без стен, дома и двора. Бесплодная пустошь вселенной смотрела на меня сотнями хладных звёзд. Обсерватория напоминала гантелю - она грациозно покручивалась вокруг продольной оси подобно балерине из музыкальной шкатулки. Ракетные сопла походили на зонтики медуз. Лучи солнца отглаживали вогнутые стены. Между нами было метров сто, хотя ориентироваться здесь на глаз бесполезно - нет точки отсчёта, а значит нет и относительности. О чём говорить, если со стороны мы находимся в покое, а на деле отдаляемся от Земли со скоростью пять километров в секунду.
- Орбитальное вращение по оси Х «Магдалены-1» установлено, – эхо Гоголона отскакивало от стёкол скафандра, как шар для пинбола. - Готов установить контакт.
- Наиболее удобные точки высадки?
- Внешняя погрузочная зона. Имеется гравитационный фон и тепловое антиастероидное поле. Вероятность эффективного попадания стыковочного болта стремится к ста процентам.
- Тогда за дело.
Гарпун вздрогнул, и стрела полетела по абсолютно ровной траектории. За нею змеёй взвился стальной канат. Достигнув площадки «Магдалены» с примагниченными к ней контейнерами и цистернами, болт приклеился к стенке. Ствол винтовки задрожал, всосав в себя излишки троса, и тот натянулся.
- Наконец-то, а то я уже начинала засыпать! - обрадовалась Задира и истребителем рванула вперёд.
Подхватив меня под руки, два алароида взялись за трос и скользнули в радиоактивную пустошь. Я даже не успела среагировать: сразу же почувствовала неконтролируемый ужас и головокружение. Тиски постуральных рефлексов сдавили носоглотку. Так бывает, когда не можешь понять, где верх, а где - низ, будь то на карусели или тарзанке. Дыхание сбилось. Мозжечок начал посылать настойчивый сигнал о том, что выбираться из передряги мне придётся без его помощи. Казалось бы, самое время для панического махания конечностями, но тут разум понял, что отключился зазря, и сориентировал меня в пространстве. Он сработал подобно встряхнутому компасу, и вот я уже просто наслаждаюсь невесомым космическим дрейфом.
Гоголоны плавно приземлились на «Магдалену» и активировали магнитные подошвы. Потянув за фал, поставили меня на ноги. Мои ботинки плотно сомкнулись с металлической обшивкой станции – контакт более чем надёжный, теперь кануть в пустоту мне не грозит.
Погрузочная зона мало чем отличалась от складской площадки гипермаркета; здесь царил вопиющий беспорядок. Контейнеры лежали криво, с пару десятков и вовсе валялись на боку. Половина из них даже не была зафиксирована. Неподалёку парил баллон, выпускающий большие смолянистые пузыри: интерфейс дополненной реальности сообщил, что это вода, а не кислота или горючее. Два гравитационных крана вздымались над нами, как постаменты времён социализма; тени их антенн накрывали едва ли не всю площадку. Турбина, повисшая между ними, судя по вмятине, уже успела попасть под метеоритный обстрел. Может, операторы кранов играли ею в бадминтон?
- Ну и кавардак, - почесала затылок сестра.
Вытянув из перчатки систему визуального интерфейса, я
