– Дорогая, – делает шаг навстречу. Берет мои руки в свои. Целует пальцы. – Хорошо выглядишь, детка. Видимо, настоящая любовь пошла тебе на пользу.
«Да ну?» – так и хочется закричать мне. В голове поднимается рой вопросов. А у нас тобой какая была? Искусственная, что ли?
– Хочу вернуть тебе перстень, – лезу в карман.
– Погоди, – мягко останавливает меня Вадим. – Посиди со мной. Или твой медведь отпустил тебя на одну минуту, а потом прибежит следом?
– Хорошо, – сажусь на заботливо отодвинутый стул. Вадим, как настоящий рыцарь, придвигает его к столу и располагается напротив.
– Милен, – заглядывает в лицо. – Я виноват перед тобой. Так хотел получить перстень, что берегов не видел. Ты мне очень нравилась. И, может быть, у нас что-то получилось бы, не застань ты меня с Таней. Когда ты ушла, я понял, что люблю тебя. Понимаешь?
– Не совсем, – смотрю с интересом на бывшего. Очередное вранье. Меня от него целый день тошнит!
– Ты классная. Добрая, открытая. Надо было на тебе сразу жениться, а потом…
– Искать кольцо у моей матери? – завершаю я предложение за бывшего и прикусываю язык от страшной догадки. – Ты его так и не нашел. Ну и зачем жениться без перстня? Какой толк, правда?
– Ты неправильно поняла, – поспешно оправдывается он. – Давай отдадим наши перстни Медведям и уедем вдвоем. Только ты и я. Как тебе план? Пусть сами тут в своем озере Любви бултыхаются. А нас Мальдивы ждут, детка…
– Нет, Вадим. Я люблю Захара. Только с ним почувствовала себя женщиной. Ты хороший человек. И еще встретишь свою любовь. А сейчас прости, – отрезаю решительно. Кладу перстень на круглую коричневую столешницу и собираюсь уходить.
– Милена, постой, – догоняет меня Вадим. Вкладывает мне в руку папин перстень. – Знаешь, мой отец часто повторял, что тот, кто получит это озеро, будет охеренно богат. Я и думал, что там какие-то ископаемые или нефть. А когда ты ушла от меня, тайно провел экспертизу. Вызывал геологов. Те бурили шурфы, брали на пробу грунт. Нет там ни хера. Лужа лужей. Не знаю, что так Беровы за нее убиваются. Мне оно низачем не впало. Поэтому я выхожу из игры. Забирай перстень, детка. Считай его моим подарком тебе на свадьбу. Выдури у Беровых их кольцо и оформи озеро на себя, – заговорщицки шепчет он, склонившись ко мне. – Натяни их по самые помидоры. Пусть вздрогнут!
– Нет. Не могу. Я люблю Захара. Когда любят, не обманывают, – мотаю я головой и чуть не реву от отчаяния.
– Тогда пусть будет твоим приданным, – утирает слезы с моего лица Вадим. – Что-то ты плаксивая стала, Миленка. Может, уже медвежонка ждешь? – смеется он, а меня словно сваей по голове ударяет.
Беременна?! Не может быть!
– Скажешь тоже, – фыркаю я, мечтая поскорее купить тест в аптеке и подняться в номер.
– Если что-то надо, звони. Надеюсь, мы расстаемся друзьями. Не держи на меня зла. Нам с тобой было хорошо, – совершенно серьезно изрекает Вадим. Собирается сказать еще что-то, как от двери раздается грозный окрик.
– Отойди от нее, Фалькон. Милена, иди сюда. Быстро.
– Долбонавт, – морщится Вадим, отступая в сторону.
– Никому не двигаться! – грозно приказывает Захар, собственнически притягивая меня к себе. – Какого ты приперся, Фалькон? Тебя сюда никто не звал…
– Ну почему же? – откашливается тот. – Милена решила вернуть мне машину.
– Забирай свою тачку и проваливай. Сейчас ее подгонят к крыльцу. Больше тебе тут делать нечего. Эта женщина моя! – выдыхает гневно Захар.
Ведет себя как первобытный человек! Сейчас закинет меня на плечо и потянет к себе в берлогу!
Глава 40
– Ты просто неандерталец какой-то! – шипит Блонди, как только я ее втягиваю в наши апартаменты.
– Я? – выдыхаю гневно. И даже не пытаюсь сдержать эмоции. Даже говорить не хочу, какого страха натерпелся. Каково это – узнать, что Фалькон нагло пьет кофе у нас в баре, к нему на всех скоростях бежит радостная Блонди, а в номере уже стоит готовый собранный чемодан. Да я чуть не сдох от ее вероломства! Это ж надо!
Выдурила перстень, и на выход! И я хорош. Верил же в ее россказни. Люблю-не могу. Да и как тут не поверишь, если она нежной кошечкой ко мне ластилась. А оказалась лиса бешеная. Покусала, зараза, до сих пор в себя прийти не могу.
Люблю ее. Себе на погибель люблю.
– Отпусти меня сейчас же, – вырывается Блонди. Ставит локоть между нами.
– Я все понял. Ты хотела уехать с ним, – сгребаю в охапку. – И чемоданчик уже собрала, да? Ишь, как торопилась со мной поссориться. Алиса тебе виновата.
– Дурак, ты Беров, – в сердцах заявляет она и неожиданно резко бьет меня между ног. – Обманщик хренов. На вот! – швыряет на стол перстень Фалькона. – Свой завтра из моего номера заберешь. Не собираюсь я с тобой жить. Ты не лучше Вадима. Врешь как дышишь, – захлопывает дверь перед моим носом.
Морщусь от боли и, едва переведя дыхание, вылетаю за несносной девицей. Добегаю до стандарта, оккупированного Блонди, и изо всех сил стучу кулаком в дверь.
– Открой! Мы не договорили!
– Это какой-то ужас! Сколько можно? – распахивается дверь соседнего номера. – Я на всех сайтах отзывы оставлю. Дурдом, а не отель. А сейчас полицию вызову! И собственникам сообщу. Пусть знают, кого пускают! – выговаривает мне толстая тетка в махровом халате и с синими патчами под глазами. Тот еще видок! Восставшие из ада отдыхают.
– Извините, – пряча улыбку, бормочу я. Ретируясь в первый попавшийся коридор. Пройдя до конца, спускаюсь вниз, на рецепцию. Из окна холла наблюдаю, как от крыльца
