Читаем без скачивания Автономный режим - Андрей Ливадный

Мнемонические блокираторы лишь изредка взмаргивали зеленой искрой индикации. «Мыслящих» поблизости нет, значит, и двалги особой угрозы не представляют. Меня они не заметили, обыскивать разрушенные отсеки им ни к чему. Попытаюсь!»

Дитрих все же вскарабкался на массивный, не работающий в данный момент генератор, выглянул наружу через пробоину в потолке отсека. Определив позиции противника, он установил две плазменные гранаты, отстрелил несколько датчиков.

Все. Теперь за дело!

Связь с ближайшим сегментом?

На этот раз автоматика ответила на тестовый запрос.

Он отступил в глубь отсека, присел, положил оружие на колени, машинально прикрыл глаза, погружаясь в кибернетическое пространство.

Точка доступа открылась. От сегмента к сегменту прошла команда, восстанавливая сетевые соединения.

Мнемоники отлично справились со своей задачей.

Дитрих, используя возможности подконтрольной аппаратуры, вышел на связь с «Неустрашимым».

– Джеф, я начинаю. Есть известия от Пахомова или Гормана?

– Нет. Мнемоники на борту. Гиперпривод заряжен. Ждем.

– Слушай внимательно, галакткапитан. Что бы ни случилось, ты стартуешь, как только Хоук расчистит коридор! Это приказ, он не обсуждается! Вариант с уничтожением реакторов провалился, иначе группы уже вышли бы на связь! Они погибли… Я не фиксирую изменений в сигнатуре ядра реакторов. – Дитрих пытался говорить спокойно, но ничего не получалось, голос дрожал. – Твоя задача: доставить собранные данные в штаб Флота. Код «Танаиса» позволит тебе выйти на связь с адмиралом Мищенко. Слушай, не перебивай! Я продержусь еще какое-то время, не подпущу их к складам. Ты должен убедить адмирала – только удар аннигиляционной установки предотвратит начало войны! Все, исполняй!

Дитрих отключился и временно заблокировал канал связи с «Неустрашимым».

– Энтони?

Ответ пришел с секундной задержкой. Голос Хоука показался тусклым, бесцветным, лишенным каких-либо эмоций:

– Мы готовы. Ждем приказа.

– Ты контролируешь ситуацию?

– Абсолютно.

– Передаю данные. Мы реактивировали «Неустрашимый». Твоя задача – обеспечить ему стартовый коридор.

– Принято, – сухо ответил Энтони.

Каждому, кто защищал «Танаис», пришлось сделать жестокий, но осознанный выбор.

Джеф Хостин не был исключением.

Приказ получен. Все системы «Неустрашимого» готовы. От групп, ушедших в тоннели, по-прежнему нет никаких известий. Прошло уже больше полутора часов. Погибли? Не сумели пробиться?

Старшему поколению мнемоников, прошедших через жесточайший «естественный отбор» в подпольных центрах имплантации, вскормленных корпоративной Окраиной, чужды иллюзии. Они редко питают надежду и потому кажутся замкнутыми, жесткими и даже жестокими.

– Боевой мостик, постам управления. Полная готовность. Ожидание стартового коридора. Артиллерийские и зенитные комплексы – захват целей.

Сказал это буднично, сухо, словно подводил черту под жесточайшими событиями последних часов.

Над изуродованной надстройкой транспортного портала «Танаиса» фрегаты чужих формировали плотные построения, прорваться через которые для давно устаревшего, выработавшего ресурс крейсера казалось делом невозможным.

…Чужие уверовали в победу.

Их крейсера, образующие кольцевое построение, приступили к решающим действиям: сотни лазерных лучей впились в обшивку «Танаиса», постепенно прорезая мощное керамлитовое бронирование.

Дитрих похолодел.

Они не собирались «вставать под загрузку»! Чужие хотят вырезать модули складов из корпуса станции! Значит, в состав армады входят корабли, уже оснащенные гиперприводами, способные состыковаться с отделенными от «Танаиса» хранилищами и скрыться в гиперсфере!

Только немедленное уничтожение станции могло бы предотвратить роковые события, но от групп, ушедших в тоннели, нет никаких известий…

Что делать?

Ждать, пока складские палубы отделятся от «Танаиса»? Попытаться уничтожить корабли, оснащенные гипердрайвом?!

Не вариант… Если секторы обстрела блокируют «трезубцы», а инсекты без тени сомнения пойдут на любые жертвы, батареи второго кольца окажутся бессильны.

Не дать им отделить складские палубы от «Танаиса» и одновременно – обеспечить «Неустрашимому» беспрепятственный старт!

Гибельный холод отчаянных мыслей, тонкие эфемерные нити каналов мнемонической связи, отклики боевых станций, реакция автоматических систем подконтрольных батарей, последние команды подчиненным:

– Энтони, задача изменилась! Теперь твоя цель – крейсера противника! Джеф, начнешь подъем по моему приказу!

Периметр грузового портала «Танаиса» внезапно озарили тысячи микровзрывов. Изуродованные сегменты верхнего кольца противокосмической обороны отделились от исполинской надстройки, аварийная расстыковка придала им импульсы ускорения, и мертвые, лишенные энергии фрагменты конструкций врезались в тесные построения фрегатов противника.

Новая серия взрывов сбросила оплавленные бронеплиты обшивки, открывая по внешнему периметру надстройки порты батарей второго кольца систем ПКО.

Импульсные орудия, нацеленные в зенит, открыли ураганный огонь, поражая ближайшие «трезубцы», сегменты периметра, обращенные в сторону складов, произвели массированный ракетный запуск по крейсерам противника. Дитрих сознательно использовал только кинетические системы вооружений – массы обломков, облака антилазерных частиц, кристаллизованные газы, мельчайшие капли расплава металлов и органики по-прежнему царили над «Танаисом», осложняя применение лазерных орудий и генераторов плазмы.

– Хоук! Начинай!

В семи километрах от грузового портала станции, на одной из консервационных площадок, вдруг зародилось яростное пламя.

Два древних крейсера эпохи Галактической войны, «Центавр» и «Фриз», при поддержке девяти фрегатов неожиданно пришли в движение. Покрытая шрамами, зияющая пробоинами обшивка исполинов озарилась отсветами от работы планетарных двигателей, лишь «Арчер» пока не проявлял признаков боевой активности. Искра самосознания, еще тлеющая в рассудке Энтони Хоука, диктовала «Одиночкам» ясные, недвусмысленные целеуказания, вдыхала новый смысл в каждое действие искусственных интеллектов.

«Центавр» начал медленно разворачиваться. Небольшой запас планетарного топлива, сохранившийся на борту крейсера, позволил ему осуществить отрыв от поверхности «Танаиса» и приступить к боевому маневрированию. Фрегаты, стартовавшие чуть раньше, образовали построение в виде дуги, поднимаясь все выше, открывая себе дополнительные сектора обстрела.

Хоук, отдавая приказы «Одиночкам», действовал дерзко. Чужие заставили его поменять местами базы данных для систем ПКО в надежде использовать батареи «Танаиса» против Флота Конфедерации. Расчетливый ход со стороны коллективного разума не учитывал вероятных последствий, таких, как внезапная активация древних боевых кораблей. Реликты эпохи Первой Галактической, при прежних условиях подлежащие безусловному уничтожению, беспрепятственно стартовали под равнодушным взглядом устройств слежения, более не воспринимающих их как цель.

Прямой нейросенсорный контакт выплеснул в сеть «Одиночек» клокочущую в душе Хоука ярость, дал искусственным интеллектам мощную мотивацию к действию, указал цели, и веками дремавшая сила подхватила его порыв.

Планетарные двигатели «Арчера» извергли пламя.

Хоук неподвижно застыл в кресле. Он отдал все силы на формирование сети, стал ее ядром, уподобился «Одиночкам», его уже не волновали вопросы жизни и смерти, остались лишь боевая задача и враг, неисчислимый, неподвластный пониманию, но уязвимый.

Фрегаты Земного Альянса выглядели букашками на фоне построения сотен чужих крейсеров, противник поначалу игнорировал их, лишь полсотни «трезубцев» рванулись на перехват.

Дитрих сумел заранее просчитать ситуацию. Сферы противника оказались в тактически невыгодной, уязвимой позиции. Их кольцевое построение дрогнуло под ударом внезапно оживших батарей противокосмической обороны. Эскадры «трезубцев», царившие над надстройкой грузового портала, также попали под ураганный обстрел, они гибли, не успевая оказать серьезного противодействия, очаг внезапного сопротивления ширился, вновь приковывая к себе внимание чужих.

Фактор внезапности отработал мощно, сокрушительно. Большая часть ракет достигла целей, последовательное подключение секторов периметра создавало иллюзию масштабности событий: все новые группировки армады попадали под массированный обстрел, внутри грузового портала, среди оплавленных уступов исполинского амфитеатра вакуумных доков, автоматика выпустила резерв зенитных орудий, и сотни десантных модулей противника, осуществившие благополучную посадку, неожиданно оказались под перекрестным огнем.