— Нет, вы только подумайте, какой он у нас умный? — сияя, сказал Виридовикс. — Он сунул свой любопытный нос в грязную лужу и сделал ее чистой, как утреннее небо. Лично я ни за что бы не догадался!
— Чистой? — фыркнул Скилицез. — Мутной, ты хочешь сказать! Ну-ка объясни мне, теоретик, почему меши ортодоксальны в вере? Ты растолковал нам, как они оказались здесь. Но если следовать твоим предположениям, они должны были воспринять веру от еретиков-васпуракан!
— Интересный вопрос, — признал грек. Поразмыслив немного, он медленно произнес: — Я бы сказал, они ортодоксальны именно по той же причине, почему васпуракане не ортодоксальны.
— Ты опять говоришь парадоксами! — вскричал Скилицез.
— А эти греки для того и созданы, чтобы ходить кругами, — заявил Виридовикс.
— Да провалиться вам обоим к воронам, — рассердился грек. — Лучше выслушайте до конца. Здесь нет никакого парадокса. Васпураканам по душе была религия Видесса, но они боялись, чтобы влияние Империи не распространилось на их маленькую страну — через жрецов Фоса. Поэтому «принцы» так твердо держатся своего учения. Они чтут Фоса и вместе с тем держатся от Империи на расстоянии. Однако для меши Васпуракан был тем, чем для самого Васпуракана был Видесс. Привлекательные идеи, одновременно с тем таящие угрозу потери политической независимости. Поэтому меши остановились на ортодоксальной ветви учения Фоса. А Видесс был слишком далеко, чтобы представлять угрозу.
Судя по гримасе, которую скорчил Скилицез, ему нелегко было переварить все эти доводы. Однако Гуделин, до этого мгновения сохранявший полное спокойствие, заявил:
— Мне нравится твоя мысль. Она многое объясняет. В частности, почему хатриши и намдалени до сих пор привязаны к своим глупым ересям…
— А ведь и верно! — воскликнул Горгид. — Об этом я почему-то не подумал. Что ж, хорошая теория тем и хороша, что объясняет сразу много фактов. — Он призадумался, а потом махнул рукой, показывая на пестрые отряды союзников аршаумов. — Эрзерум сам по себе — богатейшая кладовая разнообразных случаев.
— Красиво болтаешь, — сказал Ариг. — Лично я просто рад тому, что горцы едины в ненависти к Йезду.
— Ты совершенно прав, — согласился Скилицез.
Йезды предавали огню и мечу не только Васпуракан и Видесс. Почти столько же мародеров пробивалось на север, в эрзерумские долины. Поэтому местные жители, обычно не жаловавшие чужаков, с радостью приветствовали любых врагов Йезда. Это было единственным, что помогало Аригу командовать столь пестрым сборищем. Месть общему врагу казалась слишком заманчивой, чтобы размениваться на мелкие усобицы.
Аршаум подозвал к себе гонца:
— Пусть подойдет… как его? Хамрез из Какули. Послушаем, что он скажет об этих всадниках, которые уже готовы вспороть нам брюхо.
Отряды армии аршаумов все еще двигались вниз по течению. Сквозь поднятую лошадьми пыль сверкали наконечники копий.
Племя Хамреза обитало всего в двух днях пути отсюда к северу. Вождь был худощавым человеком мрачного вида с огромными, могучими ручищами. На нем красовались бронзовый шлем с кольчужной сеткой, закрывающей лицо и шею, и длинная, до колен, куртка из плотной кожи с нашитыми костяными пластинками. Хамрез поклонялся Четырем Пророкам Макурана. Несколько строк из их Писания были вытатуированы у него на лбу.
Ариг спросил Хамреза о местных воинах. Мрачное лицо вождя вытянулось, он нахмурил лоб, и одна из строк татуировки почти исчезла в морщинах.
— Они из Братства. Так они зовутся здесь. Не трусы, должен признать. Я видел их в бою. А соседи их называют… — Он произнес какое-то слово на своем гортанном языке и присовокупил к нему грязный жест.
Ариг с ухмылкой повторил:
— Ублажители злого духа. Я слыхивал подобное выражение. А что оно означает?
— Что означает, то и означает, — ответил Хамрез. Он выглядел оскорбленным. — Я не говорю на их языке. Скоро сам все узнаешь, — заключил он таинственно и ускакал.
Ариг переглянулся со своими старейшинами. Те один за другим пожимали плечами.
— Можешь спросить еще кого-нибудь, — предложил Гуделин.
— Зачем терять время? Я скоро сам их увижу, — ответил аршаум. И повысив голос, окликнул солдата: — Нарба, поедешь с нами! Чем дальше на юг, тем чаще мы будем встречать людей, говорящих по-васпуракански.
Подняв на копье белый щит, всадники поскакали к реке. Горцы проводили парламентеров насмешливыми свистками, шипеньем и улюлюканьем.
Виридовикс озадаченно подергал себя за рыжий ус:
— Странно эти эрзерумцы относятся к ребятам из Братства! Можно подумать, они — отъявленные бандиты. Однако поглядеть на их выправку и вооружение — похоже, они стоят половины нашей армии.
Воины, ожидавшие на противоположном берегу небольшой горной речки, и вправду выглядели дисциплинированными. Они сидели на хороших конях, их доспехи — шлемы с плюмажем, кольчуги, плотные кожаные куртки и бронзовые поножи — выглядели весьма внушительно. Вооружены они были копьями и луками.
Разведчики-аршаумы, не желая, чтобы из-за какой-нибудь оплошности случайно был развязан военный конфликт с горцами, держались от реки на почтительном расстоянии.
Несколько эрзерумцев из Братства наложили стрелы на тетивы и выехали вперед, приблизившись к берегу реки.
Завидев отряд аршаумов, высланный на переговоры чернобородый гигант в оранжевой куртке кивнул молодому воину в такой же оранжевой куртке, стоявшему рядом, и тот поднес к губам костяной рог. Прозвучало несколько звонких сигналов. Всадники замерли в ожидании.
Виридовикс внимательно оглядел их строй.
— Смотрите-ка! Они тут все будто разбиты попарно, и каждая пара носит свой цвет.
В правоте Виридовикса нетрудно было убедиться. Достаточно было бегло оглядеть ряды воинов Братства, чтобы увидеть напарников, одетых в зеленое, фиолетовое, красное, коричневое, синее.
— Странно, — молвил Гуделин. Чужие, не сходные с видессианскими, обычаи всегда вызывали у него неприязнь. — Любопытно. Что бы все это значило?
Краска бросилась в лицо Горгида. Сперва его окатило волной жара, затем по спине прошла ледяная дрожь. Внезапно он понял смысл слов Хамреза.
До этого времени жизнь грека протекала если и не слишком счастливо, то, во всяком случае, без излишних осложнений. Если догадка верна, то скоро они получат ее подтверждение.
Впрочем, у Горгида было не слишком много времени для раздумий. Тряхнув головой, чернобородый великан в оранжевой куртке пришпорил лошадь и двинулся к берегу. Река оказалась совсем неглубокой — коню по брюхо. Не колеблясь ни мгновения, его товарищ с рогом у пояса последовал за ним. Тревожные крики пронеслись вдоль строя воинов, но великан успокоил их взмахом руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
